Тайновидец. Том 10: Беглец (СИ) - Рудин Алекс - Страница 7

— Уверен, до этого не дойдет, — машинально возразил я.

Сейчас мне было не до нападок Долгорукова. Я неожиданно столкнулся с серьезной проблемой.

Чего я не мог понять, так это почему Валериан Андреевич Чахлик мне ничего не сказал. Посылая мне зов, он всякий раз уверял меня, что в Академии все в порядке.

Но спрашивать об этом студентов я, конечно, не стал. Выясню все у самого Чахлика.

— Ну что, разъезжаемся по домам, господин ректор? — не унимался Долгоруков. — Занятий-то, похоже, не будет.

Настойчивость молодого княжича заставила меня повнимательнее присмотреться к нему.

А что он здесь делает, собственно говоря?

После того, как Никита Михайлович с моей помощью арестовал главу рода Долгоруковых, я был уверен, что княжич покинет Императорскую академию. Но он остался, и это меня сильно удивило.

Делая вид, что, раздумываю над сложившейся ситуацией, я незаметно присмотрелся к Долгорукову. И перехватил взгляд, который он бросил на Елену Разумовскую.

Это многое проясняло. Я уже знал, что свадьба Разумовской и Долгорукова окончательно расстроилась. Но княжич, похоже, все еще не терял надежды.

— Так что, по домам? — никак не мог успокоиться Долгоруков. — Елена Николаевна, прошу вас в мой мобиль! С удовольствием подвезу вас до дома.

— Обойдусь, — фыркнула Разумовская.

— Занятие состоится, — твердо сказал я. — При необходимости я проведу его сам. Прошу всех спокойно подождать.

Первым делом я послал зов Чахлику.

— Валериан Андреевич, вы сейчас в академии?

— В академии, Александр Васильевич, — наигранно бодрым тоном ответил Чахлик.

— Я тоже здесь, — сообщил я ему. — И только что узнал удивительную новость. За две недели у нас пропали три преподавателя. Вы в курсе?

— Конечно, — мгновенно перестав притворяться, ответил Чахлик. — Простите, что не сообщил вам об этом раньше, Александр Васильевич. Вы были так заняты магическим порталом, и я посчитал, что должен справиться с этой проблемой самостоятельно.

— И как успехи? — поинтересовался я.

— Так себе, — честно признался Чаклик. — Прямо сейчас сижу в вашем кабинете и в сотый раз перекраиваю расписание. Мы с Анной Владимировной взяли на себя двойную нагрузку. Но нельзя же учить студентов только магии природы и магической истории. Кто-то должен преподавать и другие предметы.

— Через несколько минут я к вам загляну, — пообещал я. — А пока попробую кое-что придумать.

По счастью, у меня не было недостатка в знакомых артефакторах. И я очень надеялся, что один из них согласится меня выручить. Секунду подумав, я послал зов Владимиру Кирилловичу Гораздову.

— Слушаю вас, Александр Васильевич, — сразу же откликнулся артефактор.

— Добрый день, Владимир Кириллович, — поздоровался я. — У меня к вам неожиданная просьба. Не могли бы вы провести занятия для студентов Императорской Магической академии?

— На какую тему? — помолчав удивленно, спросил Гораздов.

— Расскажите им о практической стороне вашей работы, — предложил я. — Думаю, им будет интересно, как на практике создаются магические артефакты.

— Ну, хорошо, — согласился Владимир Кириллович. — Если это важно, я попробую подготовить лекцию. Думаю, дня за три-четыре управлюсь.

— К сожалению, этого времени у нас нет, — вздохнул я. — Мне очень нужно, чтобы вы приехали в академию немедленно и провели занятия прямо сейчас. У меня куда-то пропал преподаватель, и студенты слоняются без дела. А вы же знаете — мало какое стихийное бедствие сравнится со студентами, которым нечем заняться.

— Но я никогда не преподавал, — растерялся Гораздов.

— Вы не поверите, но я тоже, — с улыбкой ответил я. — Не нужно ничего выдумывать. Просто покажите им, как создается простенький артефакт, и дайте самим попробовать. Я уверен, что у вас все получится.

— Хорошо, — наконец согласился Гораздов. — Я выезжаю.

Мастерская, которой руководил Гораздов, располагалась совсем недалеко. Я очень надеялся на то, что Владимир Кириллович быстро доберется до Академии.

— Проблема решена, господа, — объявил я студентам. — С минуты на минуту здесь появится новый преподаватель артефакторики, и я с удовольствием передам вас в его опытные руки. Это замечательный практик. Уверен, вам будут интересны секреты его мастерства. А пока расскажите мне: что случилось с вашими преподавателями?

Я спрашивал не из праздного любопытства.

Большинство студентов принадлежали к влиятельным аристократическим семьям. Слухи о внезапном исчезновении преподавателей академии наверняка расползлись по столице. Их вовсю обсуждали в светских салонах, и я надеялся узнать что-нибудь важное.

— Я не знаю, куда они подевались, — сказала Разумовская. — Слышала только, что они не отвечают на зов. Но полиция нас ни о чем не спрашивала. Значит, с ними все в порядке.

Данила Изгоев молча пожал плечами. Молодой маг крови оставался таким же сумрачным и немногословным, как и всегда. Но я был уверен, что это скорее привычка, а не свойство его характера.

Зато княжич Долгоруков и на этот раз не промолчал.

— А я думаю, они просто не хотят работать с вами, господин ректор, — широко улыбнулся он, — уж простите за прямоту.

И Долгоруков отвесил мне дурашливый поклон.

— Вы бы и нового преподавателя поберегли, а то вдруг и он куда-нибудь исчезнет.

— Надеюсь, этого не случится, — спокойно ответил я. — Мне сейчас интересно другое, Михаил Александрович. Судя по вашему поведению, вы не горите желанием учиться в Императорской Академии?

— С чего это вы взяли? — приосанился Долгоруков.

— Прямо перед моим появлением вы собирались уехать, — равнодушно бросил я. — И теперь изо всех сил стараетесь, чтобы занятия не состоялись. Может быть, вам и в самом деле отправиться домой? Уверен, ваш отец может подыскать вам подходящее место для учебы.

Я намеренно провоцировал Долгорукова, а сам внимательно наблюдал за его эмоциями. И это подсказало мне, что княжич знает об исчезновении преподавателей больше, чем говорит.

— Благодарю вас за заботу, господин ректор, — ответил Долгоруков. — Но я, пожалуй, останусь. Любопытно посмотреть, что станет с Императорской академией дальше. Я ведь пока не отчислен?

— Пока нет, — кивнул я, сделав упор до слова «пока».

В эту секунду у ворот Академии остановился мобиль, а из него вылез Владимир Кириллович Гораздов. Я махнул ему рукой, и Гораздов подошел к нам.

— Вот и ваш новый преподаватель, — объявил я. — Он проведет сегодняшнее занятие. Елена Николаевна, будьте добры, покажите Владимиру Кирилловичу, где находятся мастерские.

Студенты неохотно направились в холл академии, а я попросил Михаила Долгорукова задержаться.

— Я ничего не имею лично против вас, Михаил Александрович, — сказал я. — Вы не в ответе за преступления вашего деда. Поэтому предлагаю вам вести себя благоразумно и продолжать учиться. Если я пойму, что вы провоцируете конфликты, мне придется принять меры.

— Я, пожалуй, пока продолжу учиться, господин ректор, — оскалился Долгоруков. — Не думаю, что это продлится слишком долго.

— Вы что-то знаете об исчезновении преподавателей? — прямо спросил я.

— Какая разница, что я знаю? — ушел от ответа Долгоруков. — Вам надо, вы и выясняйте.

— Хорошо, — кивнул я. — Можете отправляться на занятия.

Следом за студентами я вошел в просторный холл академии и по широкой деревянной лестнице поднялся на второй этаж. Там находился кабинет ректора.

Мои шаги гулко звучали в тишине коридора. А с каменных стен сурово косились портреты ученых мужей, которые когда-то преподавали в этих стенах.

Магические духи весело летели вслед за мной, я ощущал их присутствие. И внезапно подумал — есть ли среди этих картин портрет ректора Разумовского?

Надо будет как-нибудь выяснить, если найду свободную минуту.