Игрушка с изъяном. Суши, лорды, два стола (СИ) - Лерн Анна - Страница 65

— Эй! — закричала я, собрав остатки сил. — Сюда! Мы здесь!

— Сюда! — подхватила Броня, поднявшись в полный рост. — Сюда-а-а-а!

Белла подняла весло и начала размахивать им над головой, пытаясь привлечь внимание.

Вскоре силуэт судна заметно увеличился, а его нос медленно развернулся в нашу сторону. На палубе показались чьи-то размытые силуэты. Когда расстояние сократилось настолько, что можно было различить лица, я ахнула: на носу знакомой шхуны, прямо у самого борта стояли лорд Блэквиль, Адриан и Мэйсон.

Почти сразу же с неё спустили шлюпку, и несколько матросов, ловко спустившись по канатам, энергично начали грести в нашу сторону.

— Держитесь, красавицы! Сейчас мы вас вытащим! — раздался весёлый голос, и я чуть не заплакала от облегчения.

Спасение казалось нереальным. Нас одну за другой осторожно подняли на палубу. Первым навстречу шагнул Адриан. В его глазах читалась такая буря эмоций, что Броня даже сделала шаг назад. Малыш не произнёс ни слова, лишь жадно схватил подругу и сжал в объятиях.

Найджел Блэквиль стоял чуть поодаль, неподвижный, как скала, скрестив руки на груди. Он не двинулся с места, но его глаза буквально прожигали меня насквозь.

— Антония, я надеюсь, в следующий раз вы будете более осторожными? Чтобы нам не пришлось вас вылавливать из воды.

Я молчала, понимая, что за этой холодной маской скрывается что-то намного большее. От тёмного взгляда, а может от пережитых событий, у меня слегка подкашивались ноги. Найджел стремительно подошёл ко мне, но ничего не произошло. Рука мужчины лишь сжала моё плечо. Он не обнял меня, как Адриан Броню, но я чувствовала его тепло, его волнение. Пальцы Блэквиля сжались, а потом мой покровитель отстранился так же резко, как и приблизился.

— Я прошу прощения, — вдруг раздался голос Мэйсона. — А это кто?

Головы Блэквиля и Адриана медленно повернулись в сторону Бэллы, сжимающую в руках корзину с сэром Рэджинальдом.

— Здравствуйте, — испуганно сказала она и покраснела.

Глава 64

Феликс Демор вышел из кареты и поднял усталый взгляд на окна Тайной Канцелярии. Эти несколько дней, проведённые в столице, были очень напряжёнными. Ежегодный отчёт перед Королевским Советом о состоянии внутренней безопасности королевства отнимал много времени и выматывал километры нервов. Его Величество потребовал доклад по вопросам, касающимся недавно выявленных контрабандных схем. Феликс не любил эти командировки и всегда испытывал неимоверное облегчение, возвращаясь в родной город.

Глава Тайной Канцелярии поднялся в свой кабинет и жестом приказал секретарю выйти. После чего медленно опустился в кресло. На столе его ожидали аккуратные стопки корреспонденции, разложенные по степени важности: срочные доклады, личная переписка и, конечно, отдельная, довольно внушительная пачка с пометкой «Доносы и Прошения». Именно к этой стопке Феликс потянулся первым делом. Дела государственной важности подождут. Он бегло просматривал конверты, когда вдруг взгляд зацепился за знакомый герб на одном из них, ниже которого находилась изящная подпись: «Графиня Элиара фон Штернберг».

Брови Демора медленно поползли вверх. Недавно прибывшая в Велуар вдова графа фон Штернберг? Феликс криво усмехнулся, вспомнив скандал, разразившийся в обществе после её заигрываний с двумя лордами. Причём один из них был его младшим братом. Интересно, что заставило эту даму обратиться напрямую в Тайную Канцелярию? Феликс аккуратно вскрыл конверт, развернул надушенный лист бумаги и начал читать. С каждой строчкой его брови поднимались всё выше.

«Его светлости лорду Феликсу Демору Главе , Тайной Канцелярии Его Величества.

Глубокоуважаемый лорд Демор. Я обращаюсь к Вам, движимая глубокой тревогой за честь и порядок в нашем благородном обществе. Мне стало известно о возмутительных событиях, происходящих в доме и антикварной лавке , исчезнувшей при загадочных и трагичных обстоятельствах Доротее Пендлтон. Осмелюсь заявить, что в отсутствие законной хозяйки её дом фактически захвачен двумя молодыми особами. Антонией и Брониславой. Дамы , появившиеся в наших краях при довольно туманных обстоятельствах, не просто занимают чужое жилище, но и, что самое вопиющее, ведут активную торговлю в антикварном магазине госпожи Пендлтон. Я лично могу подтвердить, что картины, мебель и другие предметы антиквариата беззастенчиво продаются этими девицами. У меня нет никаких сведений о том, что их действия были санкционированы, и, полагаю, подобное самоуправство является не чем иным, как спланированной аф е рой, нацеленной на полное разорение наследия исчезнувшей хозяйки . В сложившихся обстоятельствах, когда речь идёт о возможной краже и присвоении имущества, я с надеждой взываю к Вашей беспристрастности и непоколебимой приверженности закону. Умоляю Вас, лорд Демор, расследовать это вопиющее дело и пресечь посягательства на чужое добро.

С глубочайшим уважением и верой в справедливость. Леди Элиара де Штернберг».

Феликс дочитал письмо и, смяв его, швырнул в холодный камин. Женской ревностью несло за милю. Использовать Тайную Канцелярию, священное ведомство, отвечающее за безопасность королевства, для сведения личных счётов?! Это было возмутительно!

Демор почувствовал, как в нём закипает тихая ярость. Но что вывело его из себя по-настоящему, так это имя Антонии, упомянутое в письме. Руки Феликса, лежащие на столе, сжались в кулаки. Он был предан долгу и чести, а в данной ситуации именно они требовали действий. Глава Тайной Канцелярии не мог игнорировать официальный донос, тем более от аристократки. Но он также не мог позволить, чтобы Элиара безнаказанно порочила имя женщины, которая захватила все его мысли.

Феликс вызвал секретаря и ледяным тоном произнёс:

— Отправьте к графине де Штернберг людей. Пусть её доставят в Тайную Канцелярию. Немедленно.

Секретарь кивнул и исчез за дверью, а Демор встал и подошёл к окну, за которым просыпался город. Лучи утреннего солнца мягко скользили по верхушкам деревьев, отбрасывали блики на окна домов. На горизонте сверкала синяя полоса моря.

Доротея Пендлтон... Глава Тайной Канцелярии вспомнил тот вечер, когда он склонился над бездыханным телом лорда Кассиана Вэйла, а в этот момент дверях кабинета показалась хозяйка антикварной лавки.

У Феликса не оставалось другого выбора. Ни единого. Если бы он хоть на секунду замешкался, то вся его тщательно выстраиваемая операция по разоблачению преступной сети Кассиана пошла бы прахом. Настоящим убийцей был Бертран Вэйл. Но его арест мог спугнуть всех остальных причастных. Демору нужна была пауза и, конечно же, отвлекающий манёвр. Появление Доротеи стало счастливым стечением обстоятельств. Идеальным шансом. Обвинив её, Феликс выиграл драгоценное время. Он мог использовать Бертрана как марионетку. Постепенно, по крупицам вытягивая из него нужную информацию, не спугнув при этом большую рыбу…

Феликс вынырнул из своих мрачных мыслей и позвонил в колокольчик. Почти сразу же дверь приоткрылась, и в проёме показался секретарь.

— Кофе, — коротко бросил Феликс. — Крепкий.

— Да, ваша светлость.

Вскоре молодой человек вернулся с небольшим серебряным подносом, на котором стояла дымящаяся чашка. Но главе Тайной Канцелярии удалось сделать всего лишь несколько глотков. В кабинет снова заглянул секретарь:

— Лорд Демор, доставили графиню де Штернберг.

— Пусть войдёт, — Феликс откинулся на спинку кресла. Раздражение с новой силой охватило его.

Через минуту на пороге появилась леди Элиара де Штернберг. Её дорогое платье цвета индиго выгодно подчёркивало идеальную фигуру, а блеск бриллиантов на шее и в ушах слепил глаза. На лице графини заиграла кокетливая улыбка. Демор с неприязнью отметил, что демонстративно великолепный вид посетительницы не соответствовал раннему утру.

— Здравствуйте, ваша светлость, — проворковала она, будто Феликс был не главой Тайной Канцелярии, а очередным поклонником. — Я так и знала, что вы отреагируете на мой сигнал незамедлительно.