1274 (ЛП) - Крофт Эмери - Страница 6

Мне нужно успокоиться!

Рука дрожала на дверной ручке. Я не хотела возвращаться туда!

Я отпустила ручку и сползла на пол.

Тело забилось в холодном ознобе.

Боже мой... всё кончено, всё просрано! Что теперь будет с нами? Все деньги отца нам не помогут — не в случае убийства!

Горячие слезы покатились по щекам.

Почему я этого не предвидела? Макс весь вечер вел себя странно. Я должна была обратить внимание. Это моя гребаная вина, такая же, как и его.

Я встала и на негнущихся ногах вернулась в гостиную. Макс стоял у камина — ждал меня. Я старалась не смотреть в сторону дивана и сразу подошла к нему.

Он улыбнулся мне.

Его темные волосы были небрежно зачесаны назад, а мутный взгляд потеплел. Сердце захлестнула неистовая любовь к нему. Кричать на него не было смысла.

— Что мы будем делать, Макс?

Он рассмеялся, и его большой палец провел по моей мокрой щеке.

— Не плачь, детка. Ничего не случится.

Я в отчаянии прижалась к нему. Я знала, что не смогу жить, если нас когда-нибудь разлучат.

Мои пальцы судорожно вцепились в его рубашку. Я вытерла слезы.

— Рассказывай, Макс.

Он посмотрел на мертвого Клейтона Декстера.

— Тебе это не понравится.

Он сделал последнюю затяжку и бросил окурок в кучу дров.

Я теряла терпение:

— Просто скажи!

Он улыбнулся:

— Мы от него избавимся.

Глава 6

— Ты что, блядь, совсем свихнулся, Макс?

Я сама удивилась тому, что меня не вывернуло снова после того, как он изложил свой план насчет Клейтона.

Я уставилась на отцовскую огромную профессиональную черную сумку для гольфа на пять отделений, которая зловеще стояла в гостиной. Рядом с ней примостился мой новенький тоут1 «Mini-Mee».

Макс постукивал своей платиновой картой по дорожке белого порошка, не поднимая на меня глаз. Он был сама невозмутимость.

Конечно, он не парился — это была моя гребаная работа!

— Макс!

Его глаза сузились, он посмотрел на меня и стиснул зубы.

— Не ори — если только не хочешь, чтобы я нашел твоему рту более подходящее применение.

Я замерла, чувствуя, как щеки обдает жаром.

— Макс, это серьезно. Это, блядь, убийство.

Он наклонился и втянул дорожку кокаина через свернутую купюру.

Ухмыльнулся мне и потер ноздрю.

— Иди сюда, детка.

Я покачала головой. Он рассмеялся и перешел к следующей дорожке.

Я смотрела на него и понимала: это место — Стэнфорд и наша квартира 1274 — не шло ему на пользу. За те восемь месяцев, что мы провели здесь, я потеряла над ним контроль. Я знала, что должна сделать, но сначала нам нужно было разобраться с Клейтоном.

Возможно, макабрический план Макса сработает.

— Макс, везде камеры. Нам нужно быть чертовски осторожными.

Он указал на сумку для гольфа.

— Она выдерживает пятьдесят фунтов веса. Думаю, если я упакую его как следует, его конечности туда влезут.

На этом моменте он осекся и разразился приступом смеха.

Я не смеялась — это ни капли не смешно.

Расчленить человека и вывезти его из пентхауса, сохраняя полное спокойствие и непринужденность — та еще задачка. Я свирепо посмотрела на Макса.

Он встал и подошел ко мне.

Его пальцы вцепились в мой подбородок; он наклонился и сильно меня поцеловал.

— Давай начнем, моя дорогая, — его язык коснулся моих губ. — Будь уверена: когда я закончу, я выебу тебя так жестко, милая Миа, что завтра ты, скорее всего, не сможешь ходить.

Он рассмеялся и направился на кухню на поиски топорика.

Я думала, что брошу Макса после того, как помогу ему оттащить труп Клейтона в гостевой санузел, но не бросила.

Жирная красная линия прочертила его путь от пола гостиной до места назначения. Лезвие топорика с деревянной ручкой, который мы использовали для камина, поблескивало на фоне синей ванной плитки. Рядом лежали отцовский изогнутый нож викинга, разделочный нож с кухни и молоток из ящика с инструментами.

Я уставилась в мертвый взгляд Клейтона, в горле запершило от остатков желчи.

Макс обнял меня за плечи и вдохнул запах моих волос.

— Я могу сделать это сам, детка. Серьезно, иди наверх.

Я повернулась к нему и накрыла его губы своими. Волна тепла захлестнула меня; я смотрела в его орехово-зеленые глаза.

— Ты с ума сошел? Никогда!

Макс сунул руку в карман и положил на кончик языка крошечную синюю таблетку.

Он прильнул ко мне и снова поцеловал. Его язык сплелся с моим, и я почувствовала горечь «Крыльев ангела», когда таблетка оказалась у меня во рту.

Я благодарно проглотила её, и он улыбнулся.

— Чтобы немного притупить остроту ощущений.

И это сработало.

Не будь я так обдолбана и накачана наркотиками, я бы никогда не выдержала эти четыре изнурительных часа.

Это было путешествие в садистский ад.

Забавно: когда занимаешься чем-то настолько неестественным и жутким, как разделка человеческого тела, всегда наступает момент потери чувствительности.

Мы смеялись, мы работали и — да, после всего мы трахались как ненасытные животные. Но до этого мы еще дойдем. Сначала — Клейтон Декстер.

Глава 7

«Я думаю, что мы все психически больны. Те из нас, кто находится за пределами лечебниц, просто прячут это чуть лучше». — СТИВЕН КИНГ

Голова слегка кружилась, пока я стояла напротив Макса. Мы уже раздели Клейтона и раскинули его руки и ноги в стороны, словно он застыл, делая «снежного ангела».

Макс был под кайфом, но я должна была признать, что его планирование было безупречным.

В современной ванной уже были установлены сливы в полу, и, к счастью, плитка на полу и стенах была темно-синего цвета.

Макс замерил руки и ноги мертвеца и остался вполне доволен, готовый приступить к своему проекту, от которого даже Мэри Шелли вскинула бы бровь.

Он стянул рубашку, бросил её в сторону и размял руки круговыми движениями — словно атлет перед соревнованиями. На его красивом лице играла злобная ухмылка.

Боже мой... он наслаждался каждой минутой этого процесса!

К счастью, я не была так напугана, как следовало бы. «Крылья ангела» позаботились и об этом.

Он обхватил топорик, замахнулся над головой и с силой обрушил его вниз.

ХРЯСЬ!

Лезвие глубоко вошло в плоть, ударилось о плечевую кость Клейтона и застряло.

Я не шелохнулась — забавно, но в тот момент я чуть не прыснула со смеху.

Макс поставил ногу в ботинке на грудь Клейтона и поудобнее перехватил топор. Затем он резко выдернул его. Почти сразу он замахнулся снова, и рука отделилась от туловища.

ШЛЁП!

Из обрубка медленно потекла густая кровь.

— Нихрена себе.

Слова чистого изумления сорвались с моих губ, пока я смотрела на это с ужасом и завороженностью одновременно.

Макс перехватил окровавленный топорик своими багровыми руками и перешел на другую сторону.

Боже, он действительно ловил от этого кайф. Надеюсь, это всё кокаин так на него действовал.

Он ударил трижды, и левая рука отвалилась. Густая темная кровь закапала и потекла ручейком к сливу.

— Ты был прав, Макс — крови не так много, как я думала.

Честно говоря, я просто не могла отвести взгляд.

Он рассмеялся и отшвырнул отрубленную руку в сторону.

— Конечно, нет, Миа — он же мертв. Сердце не качает. Поэтому кровь не хлещет фонтаном. Это только в кино для эффекта показывают.

Я кивнула и уставилась на него, пока он склонился над Клейтоном.

Откуда он всё это знает?

— Перестань витать в облаках — заворачивай руки в пакеты для мусора.

Я замялась, и он посмотрел на меня, беря нож викинга.

— Живее.

Я шагнула вперед, обходя густую красновато-бурую лужу, которая на мгновение скопилась на полу, а затем устремилась потоком в сторону слива. Запах сырого металла, смешанный с легким оттенком... попкорна, который ударил мне в ноздри.