"Фантастика 2026-1". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Семенова Мария Васильевна - Страница 415

В итоге почти все, таща с собой упирающегося Кадая и его семейство, толпой ввалились в сени. Хилья, держа в руке горящую лучину, прошла мимо двери, ведущей в нетопленный сруб, нагнулась и приоткрыла низкую дверь, ведущую в пустую клетушку без окон, с земляным полом. Изнутри пахнуло морозом. Стены покрывал белый иней.

Нойда первым заглянул туда, держа руку на ноже, и сердце его сжалось. Он ожидал увидеть чудовище – но перед ним был его друг, точно такой же, как год назад, когда уходил от Арнгрима. Вархо лежал на подстеленной шкуре, сложив на груди руки: молодой, красивый мужчина с худым лицом и светлыми, почти белыми волосами. Он был бледен, но не намного бледнее, чем глядящие на него в ужасе сородичи. Нойда шагнул вперед и впился взглядом в лежащего. Вархо выглядел так, словно умер только что. Или вообще спал.

– Он такой с осеннего солнцеворота, – тихо сказала Хилья. – Однажды вернулся из леса, лег и не проснулся… Не дышит – но и не гниет.

– Почему костёр ему не сложили?

– Кадай запретил. Сказал, вдруг очнётся? А потом начали люди пропадать…

Нойда быстро обдумал положение.

– Пусть все выйдут на улицу, – приказал он. – Зажгите факелы, да побольше. Стойте наготове. Скоро закат.

«Я не знаю, на что сейчас способен Вархо. Чародеем он был сильным…»

Все охотно послушались его приказа. Задержалась лишь Хилья.

– Помоги ему, – лихорадочно зашептала она, трогая нойду за руку. – Ведь осталось хоть что-то от прежнего Вархо? Он твой побратим… Такие узы смертью не рушатся…

– Я не знаю… – начал нойда, но осёкся: Хилья с ужасом смотрела ему за спину.

С оглушительным воем ударил ледяной ветер, изба дрогнула и со скрипом начала поворачиваться, разваливаясь по бревнышку. Половина крыши с треском разлетелась во все стороны. Нойда схватил Хилью и выскочил из разрушающегося сруба, пока их не придавило. Они успели выбежать на крыльцо, когда над рухнувшей избой заклубилось густое облако пыли. А на обломках, будто глумясь над бывшими сородичами, во весь рост поднялся равк.

Он больше ничем не напоминал не только Вархо, но и человека – черная тень с полыхающими глазами. Упырь зарычал и оскалился, в отблесках факелов сверкнули железные клыки. Со всех сторон понеслись крики ужаса, но равк по сторонам и не глядел – он не сводил глаз с нойды. Внезапно он прыгнул, одним махом преодолев половину двора, и бросился на побратима.

Тот успел принять его на нож, но равк будто и не заметил удара зачарованного железа. Оба покатились по земле. Острые когти впились саами в плечи, разрывая одежду и плоть. Длинные зубы лязгнули у лица, нойду обдало смрадным дыханием. Ни один из оберегов не остановил равка – бывший колдун, видно, умел обходить их. Шаманский пояс тоже оказался бесполезным – нойда просто не успел воззвать к духам. Равк с нечеловеческой силой схватил противника за горло и, верно, через миг свернул бы ему шею, – но тут подскочила Искра и с воплем ткнула равка факелом в морду. Вслед за ней, всей толпой, мешая друг другу, набросились на упыря и прочие водья.

Нойду едва не затоптали. Родичи Вархо слишком долго жили под гнетом смертельного страха, и он наконец переплавился в отчаянную решимость. Равка жгли, рубили, кололи. Нойде наступили на руку, кто-то, пробиваясь вперед, случайно заехал ему обухом по голове. Метался свет факелов, со всех сторон неслась свирепая ругань… Нойда уже не слышал – лежал, уткнувшись лицом в землю, и звуки схватки доносились как будто издалека…

Нойда очнулся от боли. Он лежал на лавке в незнакомой избе, обнаженный по пояс. Кто-то стащил с него кожаную рубаху, промыл и перевязал оставленные когтями раны, которые нойда в пылу побоища даже не заметил. Кисть руки ныла, голова справа вспыхивала болью при каждом шевелении, изба то и дело принималась идти кругом. Нойда поднял руку, прикоснулся к болевшему месту и обнаружил над виском огромную шишку.

– Упырь сбежал, – раздался над его головой голос Искры. – Ветер завыл, факелы гаснуть стали. Пока все суетились в потемках, он, вражина, будто улетел…

Она склонилась над чародеем, прикладывая к шишке завернутый в тряпицу кусок льда.

Прежде нойда и не рассмотрел ее толком. Лишь теперь заметил, как она красива. Водские девицы славились светлой, жемчужной красотой по всему северу, и глядя на кузнецову дочку, нойда готов был с этим согласиться. Куда делось мертвенно-бледное, встрепанное существо с остановившимся взглядом, найденное в разгромленной кузнице? Девушка удивительно быстро пришла в себя. Лицо было решительным, в глазах горела готовность продолжать битву. Да, мимо такой девицы его побратим, разумеется, никогда не прошел бы…

– Равк никого не убил? – спросил нойда.

– Нет. Ошалел от огня, – Искра кровожадно усмехнулась. – Зря мы пошли смотреть на него. Надо было сразу поджечь избу.

– Может и так…

Нойда уставился в потолок, думая. Хвала богам, водья не разбежались. Они нашли в себе достаточно отваги, чтобы всем миром выступить против нечисти. Ради такого им можно простить ушибленную голову и оттоптанную руку… Итак, равк сбежал с помощью колдовства. Он ранен – обожжен огнем и железом. Ушел в лес, но куда? Будет искать тихое место, где можно залечь на дневку. Если позволить ему отоспаться, уже к утру его раны зарастут, и равк снова выйдет на охоту – а точнее, отправится мстить… Нет, надо опередить его!

Нойда сел, озираясь в поисках рубахи. Не так-то просто будет найти равка. Умелый колдун легко спрячет любые следы. А Вархо переродился еще совсем недавно, так что все его колдовские знания и умения остаются при нем…

Но под рукой есть верное средство, которое бывший друг не озаботился, а может пока еще не осмелился уничтожить.

– Мне нужна его сестра, – сказал нойда, вставая с лавки.

– Держите ее крепко!

Младшая сестрица Вархо плакала и голосила на всю деревню, пытаясь вырваться, но сородичи держали крепко. Водья собрались кругом у крыльца дома Койвы, оставив свободное место для костра. Нойда стоял, грея бубен над огнем, и казалось, не видел и не слышал ничего вокруг. Когда бубен был готов, нойда повернулся к сестре побратима и достал нож. При виде ножа та испустила дикий крик и принялась отчаянно рваться, видимо, думая, что настает ее последний час. Нойда молча схватил ее за руку и рассек кожу. Кровь часто закапала в костер.

– Теперь держите еще крепче. И сами держитесь.

Нойда прикрыл глаза и ударил в бубен. Бумм, бумм, бумм…

Ночная тьма начала расступаться. С каждым ударом вселенная становилась все более яркой, наполненной и прозрачной. Таяли невидимые преграды между тремя мирами, открывались небесные двери. Повсюду – наверху, внизу, – вспыхнули десятки глаз. Духи трех миров подкрадывались к огню, сглатывая слюну. Их неодолимо притягивала капающая кровь – нойда видел ее сейчас как алое, тягучее, сладкое пламя. Чародей остановился, отложил бубен и воззвал:

– Ниаль!

Одно из красноглазых существ приблизилось. Хищная, белая мохнатая морда вытянулась, принюхиваясь и дрожа от жадности.

– Твое, – нойда дернул сестру равка за руку, заставив ее упасть на колени.

Сайво-песец подкрался, начал быстро лакать кровь.

– Хватит!

Нойда отпустил девушку и хлопнул в ладоши. Белый зверь шарахнулся прочь, десятки светящихся глаз погасли. Двор Койвы снова окутала ночная тьма, нарушенная лишь пламенем костра. Миры разделились, незримые преграды закрылись наглухо, словно ставни. Нойда стоял теперь в круге людей и больше не видел духов. Но он знал, что рядом его сайво-охотник, злой и все еще голодный, в бешенстве, что его оторвали от трапезы.

– Ищи! – беззвучно приказал он.

Сестра Вархо – живой человек, до нее сайво уже не добраться. Но ее брат теперь обитатель сразу двух миров. У них с сестрой одна кровь, и Ниаль учует его где угодно.

Нойда поднял бубен, поправил ножны на поясе и направился за проводником к воротам. Водья провожали его взглядами, но почти все остались во дворе Койвы, негромко переговариваясь. Нойда заметил Хилью – та стояла отдельно, пристально глядя на него. Нойде показалось, что женщина еле держится на ногах и прячет лицо, низко надвинув платок на лоб. Но он спешил и прошел мимо. Тем более что его тут же догнала Искра.