Ритуал (ЛП) - Шанталь Тессье - Страница 66

— Раят, я не…

Его рука сжимается вокруг моего горла, пальцы впиваются по обе стороны моей шеи, на этот раз снова перекрывая мне слова и воздух.

Он смотрит на меня сверху вниз, на его губах появляется улыбка.

— Я знаю, Блейк, и мне, блядь, все равно.

Я бы застонала, если бы могла, но его рука, обхватившая мое горло, не дает этого сделать. Он ускоряет темп, и мои руки падают с края, а веки тяжелеют от недостатка кислорода. Я отпускаю, отдавая ему контроль. Я доверяю ему свою жизнь.

Раят вдалбливается так сильно, что моя голова свисает с края, и я вижу перевернутое тело скорчившейся в кресле Синди. Ее лицо мокрое от слез, а волосы спутаны. У меня кружится голова, и ее тело начинает покрываться пятнами.

Я закрываю глаза, и кровь стучит в ушах, перекрывая звук его стонов. Мое тело плывет, поднимается, как воздушный шар. Все выше и выше к небу. Боль делает его еще более приятным, и я свободно отдаю ему контроль.

Это вызывает привыкание, как наркотик. Я чувствую головокружение, почти кайф. Моя киска сжимается вокруг него, и Раят шипит на вдохе, когда мое тело реагирует, и я кончаю на его член. Волна жара прокатывается по мне, и он отпускает мое горло.

Втягивая воздух, я начинаю кашлять, но это не замедляет его движения. Я чувствую прилив крови и потерю остатков концентрации. Он толкается в меня еще раз, и я чувствую, как он пульсирует. Он кончает в меня, как и обещал.

ГЛАВА 42

РАЯТ

Я смотрю вниз и вижу, как мой полутвердый член выскальзывает из Блейк, и из ее мокрой пизды капает сперма. Я провожу по ней пальцами, а затем засовываю их в нее, от чего с губ Блейк срывается стон.

— Надо убедиться, что в ней останется все до капли, — говорю я, и Блейк двигает на моих пальцах бедрами взад-вперед. Она такая нуждающаяся во мне шлюха.

— Раят, — выкрикивает она, все еще пытаясь перевести дыхание, в то время как ее тело неконтролируемо содрогается.

— Шшш, — говорю ей я, вытаскивая пальцы.

Наклонившись, целую ее плоский живот. Она зарывается руками мне в волосы, и я снова целую ее нежную кожу, спускаясь к киске.

— Не могу дождаться, когда ты забеременеешь, Блейк, — шепчу я, прижимаясь к ее коже, языком облизывая ее пизду, пробуя на вкус ее и себя.

Блейк стонет от моих слов.

Я никогда не думал о детях. То есть, конечно, я знал, что когда-нибудь они у меня будут. Но с тех пор, как она вернулась, я только об этом и думаю. О ее выпуклом животе и набухших сиськах. Я хочу, чтобы Блейкли Рэй Арчер была беременна моим ребенком, и я этого добьюсь.

Закинув ее дрожащие ноги себе на плечи, я опускаюсь на бетонный пол у края стола и просовываю в нее язык. Не отрывая глаз, я смотрю, как Блейкли извивается передо мной. Ее руки обхватывают груди, и она щиплет свои твердые соски.

Моя девочка любит, чтобы было немного больно. Это ее возбуждает.

Я не останавливаюсь. Я могу бесконечно смотреть, как она кончает, и никогда от этого не устану. Я мог бы сказать, что это вопрос контроля, но это нечто большее. Дело в том, что я единственный, кто когда-либо видел ее такой. Такой уязвимой и неспособной контролировать свои желания.

Блейк стала моей навязчивой идеей, но я знаю, что сам я тоже стал ее навязчивой идеей.

Ее тело бьется на столе, и я тянусь к ее ногам, большим пальцем поигрывая с ее клитором, пока ее бедра скользят по моему лицу. Она выгибает спину, ее дыхание снова учащается, и бедра сжимаются вокруг моего лица, удерживая его на месте, кончая во второй раз.

Я сосу ее пизду, как будто это моя личная сосалка со вкусом меда, наполняя рот ее сладким вкусом. Ее тело опускается на стол, ноги падают с моих плеч. Отстранившись, я наклоняюсь над столом, возвышаясь над телом Блейк, и берусь за ее лицо. Она смотрит на меня затуманенными глазами. Они все еще расфокусированы из-за того, что моя рука обхватила ее горло, ограничивая доступ воздуха. Я надавливаю ей на щеки, Блейк понимает, чего я хочу, и высовывает кончик своего розового языка, медленно пробегает им по губам, а затем приоткрывает их для меня. Наклонившись, я сплевываю ей в рот.

— Попробуй себя, — приказываю я, наблюдая, как ее влага скользит по языку прямо в горло. Сжав губы, Блейк сглатывает, и я прижимаюсь губами к ее губам, желая попробовать еще раз.

Блейк стонет, ее язык встречается с моим для быстрого поцелуя, после чего я отстраняюсь, и она вдыхает.

Я срываю футболку через голову.

— Вот, тебе нужно что-нибудь надеть, пока я несу тебя в дом.

С моей помощью Блейк садится, и я надеваю футболку ей на голову. Теперь, когда я знаю, что Мэтт в курсе того, где мы живем, мне нужно убедиться, что она не будет находиться на улице без одежды, независимо от времени суток. Это также означает, что мне нужно повесить затемненные шторы на все окна в гостиной. У него слишком много возможностей за ней наблюдать.

Мэтт мог бы сейчас сидеть снаружи, потому что знал, что Синди здесь.

— Блядь! — шиплю я. Я о ней забыл.

— Что? — спрашивает Блейк и напрягается.

— Не волнуйся об этом, — говорю я, стягивая футболку, чтобы ее прикрыть.

— О чем? — спрашивает Блейк, и тут ее взгляд падает на мертвую девушку в комнате. — Я хочу помочь тебе.

— Блейк…

— Раят, позволь мне помочь тебе.

Выпустив вздох, я киваю. Я все равно не могу оставить ее здесь одну. Сегодня вечером мне нужно позаботиться о паре вещей. Блейк этого не знает, но я собираюсь снова ее испытать. С той лишь разницей, что на этот раз я не буду винить ее, если она не пройдет.

— Хорошо. Сначала мы должны забрать мой внедорожник.

Я еду по двухполосной дороге, фары освещают то, что впереди, когда звонит мой мобильный, и я поднимаю его, чтобы быстро проверить.

Готово!

Именно то, что я хотел увидеть. Я сделал телефонный звонок, пока Блейк собирала нам сумку. Сегодня еще какое-то время мы, возможно, не вернемся в хижину. Я закрываю сообщение от Ганнера и снова бросаю мобильный на колени. Съехав с главной дороги, я поворачиваю к открытым воротам.

— Что мы здесь делаем? — спрашивает Блейк, усаживаясь поудобнее.

— Занимаемся делами, — туманно отвечаю я.

Она скоро все узнает. В поле зрения появляется Собор, и я заезжаю на парковочное место. Сейчас тут никого, кроме нас, нет.

— Пойдем.

Я глушу внедорожник. Выйдя из машины, мы оба идем к задней части автомобиля, и я открываю люк.

— Возьми это, — я протягиваю Блейк лопату. Затем беру завернутое в пакет тело и перекидываю его через плечо. — Ты в порядке?

Оглядев Блейк, убеждаюсь, что она не хочет убежать или остаться здесь вместо того, чтобы следовать за мной.

Блейк кивает в ответ.

Поправив свою ношу, я иду прочь от внедорожника в сторону здания. Блейк молча следует за мной, обходя его сзади. Мы проходим мимо места, где я впервые трахнул ее после церемонии клятвы, и идем дальше. Чем дальше мы отходим от собора, тем темнее становится вокруг.

— Почти пришли, — говорю я ей.

Подойдя к старым кованым воротам, я останавливаюсь.

— Открой, пожалуйста, — прошу я.

Блейк проносится мимо меня, снимает сломанный замок и толкает его, скрип заставляет ее вздрогнуть, и она быстро оглядывается по сторонам, как будто кто-то может это услышать.

Мы входим на кладбище, и я иду направо, где, как мне известно, есть место. Опустив тело на землю, я тянусь за лопатой.

Блейк, не говоря ни слова, передаёт ее мне, и я начинаю копать.

БЛЕЙКЛИ

Раят кряхтит, втыкая конец лопаты в землю, а затем вдавливает ее ногой, копая могилу. Мне понадобилась всего секунда, чтобы понять, зачем мы сюда приехали.

Оглядывая кладбище, я вижу, что большинство надгробий одинаковые — маленькие, с именем и фамилией, датами рождения и смерти. Ни любимого отца, ни любящей матери… ничего больше не упоминается, как это обычно бывает. Некоторые совсем пустые.