Девочка Дикого (СИ) - Дейл Ира - Страница 20

На последней фраза мои брови взлетают, в груди начинает неприятно печь.

Вроде бы я не должна удивляться, что отчиму что-то от меня нужно. И уж точно это не должно меня задевать. Но, похоже, эмоции берут надо мной верх. Хочется послать отчима куда-то подальше, встать и просто уйти. Но доля разума все-таки прорывается через вихрь эмоций.

— Помочь? — спрашиваю, чувствуя, как напряжение разливается по телу.

Отчим, явно, что-то задумал. И хорошо бы понять, что именно.

Мужчина замечает, что я внимательно слушаю, поэтому быстро оглядывается по сторонам, пододвигается к столу, нависает над ним.

— Ты же идешь завтра на открытие казино? — понижает голос до едва слышимого.

Желудок тут же скручивается в тугой узел. Сужаю глаза. Медленно киваю.

Отчим расплывается в широкой улыбке. Облегченно выдыхает.

— Именно там я и помогу и выбраться из заключения, — протягивает ко мне руку открытой ладонью.

Смотрю на нее так, словно она отравлена, и даже не думаю прикоснуться. Поднимаю взгляд на отчима, заглядываю ему в глаза и не вижу ничего. Последнее время мы мало общались, очень сильно отдалились после «ухода» моей матери. Но я и не думала, что за какой-то год человек может так измениться. Жизнерадостный мужчина превратился в бездушную оболочку.

Только сейчас осознаю, что, присматривая за мной, отчим просто отдавал долг моей матери. Если бы не обещание, он, скорее всего, уже давно отказался бы от меня.

Но я бы никогда не подумала, что мужчина, который когда-то заменил мне отца, захочет меня использовать. В его благородство не сильно верится. Тем более, в памяти всплывает разговор двух охранников Дикого. Неужели, эти трое успели спеться?

Мелкая дрожь сотрясает тело.

— Что от меня требуется? — спрашиваю аккуратно.

Нужно же знать о планах «на меня».

Отчим какое-то время подозрительно смотрит на меня, после чего все-таки забирает руку и забирается в карман брюк. Достает оттуда телефон, кладет его на стол и подталкивает ко мне.

— Ничего особенного, — откидывается на спинку диванчика, расслабляясь. — Просто откроешь нужную дверь, я пришлю в сообщении, какую именно. И получишь желанную свободу.

— То есть, ты хочешь сказать, что я смогу просто уйти? — выгибаю бровь. — Ты же понимаешь, что Дикий меня в любом случае меня найдет?

Отчим хмыкает.

— По этому поводу можешь не переживать, — в его глазах появляется зловещий блеск. — Откроешь дверь и пойдешь, куда глаза глядят. Сможешь вернуться к своей обычной жизни, вернуться в университет, жить спокойно. А Дикий останется для тебя страшным сном. Разве ты этого не хочешь? — отчим сужает глаза, какое-то время пристально смотрит на меня, прежде чем резко выпрямить спину и оглядеться по сторонам, словно вспоминает, что в любой момент может появиться Дикий и поймать его с поличным. Но, видимо, не находит ничего подозрительного, поэтому возвращает свое внимание ко мне. — Я обещал твоей маме, что позабочусь о тебе, и не откажусь от него. Но если хочешь, дам тебе слово тоже — если ты откроешь дверь, Дикий тебя больше не побеспокоит. Обещаю, — в голосе отчима столько уверенности, что мне становится страшно.

Я толком не успеваю ничего осознать, как мужчина встает и выходит из-за стола.

— Я должен идти, — посылает мне короткую улыбку, которая даже его глаз не касается. — Но не переживай сильно, завтра увидимся, — подмигивает, после чего разворачивается и направляется прямо к выходу.

Мне же остается лишь сидеть, смотреть отчиму в спину, пока он не скрывается из вида. Но стоит мужчине исчезнуть, как в голове появляется разумная мысль: “Нужно найти Дикого”.

Подрываюсь с места, подхватываю телефон, чтобы у меня были доказательства, но даже пару шагов сделать не получается, потому что девушка-администратор преграждает мне путь. Она все так же пренебрежительно смотрит на меня, но сейчас я плевать хотела на то, какую реакцию у нее вызываю. Важнее другое. Открываю рот, хочу попросить отвести меня к Дикому, но девушка меня опережает.

— Виктору Юрьевичу пришлось срочно уехать, но он прислал за вами машину. Она ждет вас у входа, — профессионально произносит девушка, а у меня желудок ухает вниз.

Глава 27

Я не видела Дикого почти сутки.

Охранник, высокий, лысый, с пустым взглядом, привез меня домой, дал телефон и сказал, что босс со мной свяжется.

Я ждала. Весь день ждала. Сначала мерила шагами комнату, то и дело бросая взгляд на два гаджета, лежащих на журнальном столике. Потом упала на кровать и долго смотрела в потолок. Конечно, я не забыла порыться в телефонах и… ничего не нашла. Везде было пусто. И рассказать все охране тоже так и не решилась. Мало ли кто из них настроен против Дикого.

Мне ничего не оставалось, кроме как томиться в ожидании.

Вот только Дикий домой на ночь не пришел домой. Лишь когда я уже засыпала, положив телефон, который дал мне охранник, на подушку рядом, прислал сообщение:

“У меня важное дело. Не жди. Ложись спать. Завтра будь готова к восьми вечера”

Сердце тут же начало заходиться в груди. Я резко села, засунула ноги под себя и быстро напечатала ответ:

“Нам нужно срочно поговорить”.

Пару секунд, и экран вновь загорелся.

Мне даже не пришлось открывать сообщение, потому что в уведомлении прочитала:

“Завтра”.

Снова написать Дикому мне смелости не хватило. Мало ли какие бы последствия меня могли ждать, если бы я побеспокоила мужчину, зная, что он занят.

Заснуть удалось с трудом, а потом меня ждал еще один день, наполненный тревогой, из-за чего у меня совсем не было аппетита. Почти весь я провела в кровати. Лишь за час до выхода легко накрасилась, завила волосы и надела изумрудное платье в пол из материала, чем-то напоминающего шелк.

Обув туфли-лодочки такого же оттенка и подхватив клатч, я выхожу из комнаты, куда меня куда-то привели к Дикому в качестве… Кого? Заложницы? Товара? Рабыни?

Не знаю, кем я была. И понятия не имею, кто я сейчас. Хотя вряд ли что-то изменилось.

“Изменилось”, — нашептывает внутренний голос. — “Ты теперь его девочка. Девочка Дикого”.

Желудок болезненно сжимается.

Я очень на это надеюсь. Знаю, глупо. Но пора признаться хотя бы себе, что Дикий стал значить для меня гораздо больше, чем просто похититель.

Он значит для меня слишком много.

Может, у меня Стокгольмский синдром?

Неважно.

Сейчас неважно.

У меня есть первоочередное дело — найти Дикого и рассказать ему все, что знаю. За ночь я кое-что поняла — готовится какая-то засада. Нужно предупредить Дикого, чтобы он был готов.

Все тот же охранник ждет меня у входа в дом. Стоит только открыть дверь, он проходится по мне безэмоциональным взглядом, после чего открывает заднюю дверцу черного автомобиля.

Горло перехватывает. Желудок ухает вниз. Волнение вместе с кровью разносится по венам. Дыхание то и дело прерывается, в ушах шумит, но я все-таки собираюсь с силами. Спускаюсь по лестнице, после чего забираюсь в салон.

Дверца захлопывается, и я вздрагиваю. Дрожащими пальцами пристегиваюсь, сосредотачиваясь на дыхании.

Вдох.

Выдох.

Вдох.

Выдох.

Жаль, что это не помогает утихомирить тревогу, которая полностью захватила мое тело. Меня мучают тысячи вопросов, на которые у меня нет ответа.

Как мне обо всем рассказать Дикому?

Будет ли вообще у меня такая возможность?

А что, если он мне не поверит?

Нет, Дикий должен поверить! Не зря же я взяла с собой телефон отчима. Он, конечно, тоже пустой. Но сообщение, которое обещал прислать отчим, должно подтвердить мои слова.

Съедаемая переживаниями, не сразу замечаю, что машина останавливается. Прихожу в себя, только когда охранник выходит из машины, огибает ее и открывает дверцу с моей стороны.

Сердце, которое и без того билось часто, еще сильнее разгоняется. У меня появляется чувство, что оно сейчас вообще выпрыгнет из груди. Во рту пересыхает. Внутри все стягивается в тугой узел.