Альфа волк (ЛП) - Пекхам Кэролайн - Страница 50

— Если? — спросила я, приподняв бровь.

— Ты расскажешь мне о своей идеальной фантазии. Потому что я до сих пор не разобрался в тебе, котенок, и это сводит меня с ума.

Я закатила на него глаза.

— Я же говорила тебе, что для меня дело не во внешности. Мне нравится все понемногу.

— Сраный бред, — прорычал он. — Должно быть что-то, что возбуждает тебя сильнее всего. Просто должно быть.

Я хотела отмахнуться от него, но поняла, что это не сработает, поэтому сделала паузу и заставила себя серьезно обдумать его вопрос. И через некоторое время я придумала ответ.

— Хорошо, тогда послушай меня. Когда я училась в Академии Аврора, это был первый раз в моей жизни, когда я надолго уехала из дома, и один из первых случаев, когда у меня был доступ к множеству разных фейри, с которыми я фактически не была в родстве — потому что моя семья чертовски большая. Так что у меня наконец-то появились все эти варианты горячих парней и девушек, с которыми я могла бы переспать, и я… как бы это сказать. Я имею в виду, что так уж устроены Волки, так что для меня не было ничего странного в том, чтобы быть немного распущенной, — сказала я, пожав плечами, а Син ухмыльнулся, словно ему нравилась эта история. — В общем, дело в том, что через некоторое время мне стало казаться, что я неправильно занимаюсь сексом, потому что все парни и девушки, с которыми я встречалась, не могли возбудить меня так хорошо, как я могла бы сама себя, если ты понимаешь, о чем я. Я с радостью подцепляла кого-то, а потом, как только мы начинали заниматься сексом, я начинала думать о домашнем задании, о том, во сколько ужин, и вообще надеялась, что все скоро закончится, понимаешь?

— Нет, но продолжай, — сказал Син с грязной ухмылкой.

— Так вот, однажды ночью мы со своей стаей тусовались в городе в одном клубе, и тут зашел этот парень, и, клянусь, как только я его увидела, мое сердце охренело. От него исходила такая аура силы, что хотелось держаться подальше, но он притягивал меня. Он даже не был таким уж сексуальным, как большинство людей, но в нем была та самая сила, которой обладают немногие фейри. Короче говоря, мы едва успели дойти до его машины, как он оказался внутри меня, и я никогда в своей гребаной жизни не испытывала ничего подобного. Клянусь, я кончила шесть раз за час. Конечно, оказалось, что он действительно мудак, и через несколько недель мне пришлось с ним расстаться, но он стал для меня билетом к пониманию того, какой мне нужен партнер — Альфа.

— Не хочу тебя расстраивать, котенок, но я не Волк, — тихо произнес Син, казалось, обдумывая мои слова.

— Не Альфа-Волк, stronzo, — ответила я, придвигаясь к нему ближе. — Просто Альфа. Ну, знаешь, stronzo, который больше и круче всех остальных ублюдков в комнате и которому плевать на то, что он кого-то обидел. Из тех, кто видит то, что хочет, и просто берет это, потому что никто не в состоянии остановить его, даже если бы захотел.

— Звучит знакомо, — ответил Син с мрачной ухмылкой.

— Правда? — невинно спросила я, медленно скользя взглядом по его телу, а затем снова поднимаясь, чтобы встретиться с его глазами.

Син захихикал так, что я закусила губу и захотела сорвать с него одежду.

— Твоя очередь, — сказала я, отступая назад, когда он устремился вперед.

— Моя очередь для чего? — спросил он, следуя за мной, пока моя спина не уперлась в дверь клетки Белориана, и он не склонился надо мной. Он прижал ладонь к металлической двери по обе стороны от моей головы и посмотрел на меня сверху вниз, держа меня в плену своих рук, но не прикасаясь ко мне.

— Расскажи мне о своей идеальной фантазии, — сказала я, приподняв подбородок в ожидании его ответа.

— Никто никогда не спрашивал меня об этом раньше, — сказал он, наклонив голову, словно пытаясь понять, действительно ли я хочу услышать ответ на этот вопрос.

— А я спрашиваю, — сказала я.

— Ну… мне нравятся волосы длинные и достаточно темные, чтобы соответствовать моей душе, — пробормотал он, протягивая руку и беря прядь моих черных волос между пальцами, а затем накручивая их и дергая за них так, что у меня начало покалывать кожу головы. — Мне нравятся большие глаза, полные озорства и грязных обещаний, способные видеть сквозь чушь и оценить человека быстро и без промедлений, — добавил он, заглянув в мои глаза так глубоко, что я почувствовала, как на щеках разгорается румянец. — Мне нравятся губы, привыкшие улыбаться и приспособленные к поцелуям, которые могут говорить красивые слова на языке, которого я не понимаю. — Его большой палец провел по моим губам, и я раздвинула их, прикусив его плоть, чтобы напомнить ему, что я не игрушка, которую он может обвести вокруг пальца.

Син мрачно усмехнулся и отпустил мои волосы, убрав большой палец с моих зубов. Его руки легли мне на плечи, и он медленно спустил с них комбинезон, а я позволила ему это сделать, мое сердце забилось, когда он подошел ко мне ближе, но все еще не прижимался к моему телу.

— Мне нравится девушка, которая может нанести удар и поставить на место злобных ублюдков, — продолжал он, поглаживая мои бицепсы, прежде чем его руки скользнули вниз по моим рукам, вызывая мурашки по всей коже до самых кончиков пальцев, которые он сжал в кулаки в своих ладонях. — И кто не боится живущего во мне дьявола.

— Кажется, ты говорил что-то в этом роде, когда мы впервые встретились, — напомнила я ему. — А еще ты говорил, что мои сиськи недостаточно большие.

— Кажется, мы договорились, что мне нужно посмотреть поближе, чтобы убедиться в этом, — запротестовал он, ухмыляясь, словно ожидая, что я снова скажу ему отвалить, как было каждый раз, когда мы флиртовали на грани, но на этот раз я не хотела этого. Я смотрела в глаза монстра, подобного которому еще не встречала, и хотела узнать, каково это — поддаться его зову.

— Ты серьезно говорил, что я единственная, кто тебя интересует? — спросила я, потому что, как бы безумно ни казалось, что Инкуб действительно может испытывать такие чувства к одному человеку, я начинала в это верить. Он ждал три месяца, пока я была в яме, и мог заполучить кого угодно, но не воспользовался шансом. И мысль о том, что я ему так нужна, заставляла меня чувствовать себя не такой одинокой в этом месте. Чуть более ценной.

— Только ты, дикарка. Если бы я не знал лучше, я бы сказал, что ты — Сирена, посланная, чтобы заманить меня, но вместо этого я начинаю думать, что ты можешь быть чем-то гораздо более опасным, чем это.

— Например? — спросила я, задыхаясь.

— Моя личная, персональная одержимость. Мой наркотик, ответ на все мои желания, свернутый в один маленький, фаэталийский шарик опасности. Думаю, ты можешь стать моей погибелью, дикарка. Но мне кажется, что эта идея мне тоже нравится.

Мое сердце бешено заколотилось от его слов и от мысли, что кто-то может действительно иметь такие чувства ко мне, несмотря на мои многочисленные недостатки, и я приподнялась на цыпочки, обвивая его шею руками, чтобы мои губы могли найти его.

Син застонал, когда я поцеловала его, его руки опустились на мою задницу, чтобы он мог поднять меня на руки, и мне было легче его целовать.

Мои губы разошлись для его языка, и я издала стон, когда он провел им по моим губам так, что я задыхалась от желания. Клянусь, я чувствовала жар его огненной магии в этом поцелуе, и в нем же ощущалось отчаянное поклонение.

По мере того как наш поцелуй становился все глубже, толстый член Сина вдавливался мне между бедер, и я жаждала его еще больше. Но он, казалось, не торопился, а целовал меня так, словно отмечал, запоминал каждый момент, когда держал меня в своих объятиях, и впитывал его, словно пытался запереть и сохранить навсегда.

Я зацепилась кулаком за заднюю часть его майки и стащила ее с него, разорвав наш поцелуй, пока он прижимал меня к стене, чтобы поднять руки и отбросить ее в сторону.

— Не дразни меня, дикарка, — прорычал он. — Я давно хочу тебя, и мы подошли к точке невозврата. Если ты не хочешь меня, скажи, чтобы я остановился, или я сойду с ума, если ты оттолкнешь меня в следующий момент.