Порочный наследник (ЛП) - Джеймс М. - Страница 66

Я не могу этого допустить.

— Это ничего не меняет, — слышу я свой голос. — После этого мы всё равно аннулируем брак. Мы всё равно покончим с этим, когда опасность минует.

— Я знаю, — тихо говорит Энни. — Я понимаю. — Она с трудом сглатывает, и я не знаю, вызвано ли выражение её лица мыслью о том, что ей придётся меня отпустить, или мыслью о том, что она вообще это делает.

Сомневаюсь, что первое. Сомневаюсь, что она хоть представляет, чего мне это будет стоить.

Но я всё равно киваю.

— Хорошо. Хорошо, мы… — я не могу закончить предложение. — Дай мне несколько минут.

— Мне всё равно нужно принять душ, — шепчет Энни. — Я… найду тебя в спальне, когда закончу?

Я с трудом сглатываю и снова киваю.

— Хорошо.

Я жду, пока она соберёт свои вещи, слышу, как льётся вода, а затем направляюсь в главную спальню. У меня дрожат руки, когда я включаю свет и смотрю на кровать, где собираюсь совершить, как мне кажется, самую большую ошибку в своей жизни — сразу после того, как я ушёл от неё в первый раз.

Не потому, что я её не хочу. Боже, я хочу её так сильно, что мне физически больно.

Но потому, что я её хочу. Потому что я люблю её. И потому что я знаю, что одна ночь с ней, одно ощущение того, какой могла бы быть наша жизнь, если бы она действительно была моей... уничтожит меня.

И я позволю этому случиться, если это будет означать, что она в безопасности.

ГЛАВА 21

ЭННИ

Моё сердце бешено колотится, когда я иду в спальню, чтобы переодеться. Я хочу снять это свадебное платье, честно говоря, хочу его сжечь, и мне нужно смыть с себя всё, что произошло со мной сегодня, прежде чем Элио прикоснётся ко мне.

Прежде чем мы вступим в брачные отношения.

От этой мысли у меня перехватывает дыхание. Одиннадцать лет назад мы с Элио были так близки к тому, чтобы сделать именно это. А потом, когда я уже думала, что он станет моим первым, когда я уже думала, что он возьмёт то, о чём я умоляла его позволить мне дать, он остановился.

Он встал и сказал, что не может. Что он уезжает в Чикаго, и мой отец и брат убьют его, если узнают, что он вообще прикасался ко мне, мы уже не раз это обсуждали... что он недостаточно хорош для меня, и он никогда не станет тем, с кем мне позволят быть. Выйти замуж. Любить.

Я хотела, чтобы он боролся за меня. Противостоять им и сделать то, о чём мне рассказывали в каждом любовном романе, в каждой сказке, сказать моему отцу и Ронану, что он не собирается уходить. Что он не собирается бросать меня. Что я была для него всем... и он любил меня.

Теперь, одиннадцать лет спустя, он борется за меня. И мы женаты.

Он вот-вот станет моим первым.

И почему-то мне кажется, что это неправильно.

Он делает это, потому что у него нет другого выхода. Он женился на мне сегодня не потому, что любит меня, он женился на мне, потому что я была права — это был лучший способ пресечь запланированную месть Десмонда. И он не собирается трахать меня сегодня, потому что хочет меня, он сделает это, потому что нам нужно, чтобы этот брак был настолько реальным, насколько это возможно.

Я знаю, что он хочет меня. Каждый раз, когда мы проверяли эти границы, это было доказательством того. Но сегодня не будет ни желания, ни любви.

Только необходимость. И от этой мысли у меня сжимается сердце.

Я снимаю окровавленное свадебное платье, бросаю его в угол ванной и включаю душ на полную мощность, вставая под струи воды, позволяя им смыть всё. Я тру кожу до тех пор, пока она не становится розовой, смывая все следы прикосновений Десмонда, все воспоминания о его руках на моих плечах, о его дыхании на моей шее. Когда я заканчиваю, я чувствую себя обновлённой и чистой.

Проблема в том, что надеть после этого. У меня нет ничего, хотя бы отдалённо подходящего для первой брачной ночи. Ни шёлковой ночной рубашки, ни изысканного нижнего белья. Ничего из того, что я купила бы для настоящей свадьбы. Только практичная одежда из списка, который я дала охранникам Элио, чтобы они купили её для меня. Я останавливаюсь на простой хлопковой майке и шортах для сна — это самое близкое к пижаме, что у меня есть, и смотрю на себя в зеркало.

Не такой я представляла себе первую брачную ночь. Ни романтического номера в отеле, ни лепестков роз на кровати, ни шампанского. Ни затаённого ожидания всю ночь, ни Элио, снимающего с меня свадебное платье, которое я выбрала для нашей свадьбы. Только я в хлопковой пижаме, готовящаяся переспать с мужем, который женился на мне скорее по необходимости, чем по любви.

Но когда я открываю дверь ванной и вижу Элио, сидящего на краю кровати, вся моя застенчивость улетучивается. Он тоже переоделся: на нём только свободные пижамные штаны и футболка. Когда я вхожу, он поднимает на меня взгляд, от которого у меня подкашиваются ноги. В его глазах читается желание, независимо от того, почему мы здесь. Когда он скользит по мне взглядом, на его лице появляется выражение потребности, от которого у меня перехватывает дыхание.

— Иди сюда, — тихо говорит он.

Я на нетвёрдых ногах пересекаю комнату и встаю перед ним. Он протягивает руку и берёт меня за руки, притягивая ближе, пока я не оказываюсь между его коленями.

— Ты нервничаешь, — шепчет он.

— Немного, — признаюсь я. — Это глупо? Мы женаты. Мы уже... ты уже прикасался ко мне раньше.

— Это другое. — Он поглаживает мои костяшки большими пальцами. — И тебе позволено нервничать. Чёрт, я и сам нервничаю.

Это меня удивляет.

— Правда?

— Энни, ты доверяешь мне то, что никогда не сможешь вернуть. Твой первый раз. Это... — Он качает головой. — Я не отношусь к этому легкомысленно. Ты должна это знать.

Конечно, я это знаю. Я никогда не могу чувствовать запах нагретой солнцем травы или сена, не вспомнив, как в тот день, одиннадцать лет назад, Элио обнимал меня, а его тело нависло надо мной. Он был в одних боксерах, а я в футболке и трусиках. И я не могу надеть шерстяной свитер, не вспомнив, как приятно было ощущать одеяло на коже. Мы были так молоды. Наверное, тогда это было правильным решением.

Но я так и не смогла перестать хотеть его.

— Я доверяю тебе. — Слова звучат неуверенно, но я говорю то, что думаю. — Я хочу, чтобы это был ты.

Он вглядывается в моё лицо.

— Даже несмотря на то, что это не по-настоящему? Даже несмотря на то, что мы разведёмся, когда всё закончится?

В его голосе слышится что-то такое, что заставляет меня замолчать, какая-то скрытая мысль, которую я не могу уловить. Но прежде чем я успеваю её расшифровать, он тянет меня на кровать рядом с собой. Я опускаюсь на матрас, чувствуя, как сердце бьётся где-то в районе рёбер.

— Мы не будем торопиться, — бормочет он, убирая волосы с моего лица. — Если ты захочешь остановиться в любой момент...

— Я не захочу останавливаться. — Я удивляюсь тому, насколько искренне это звучит. Несмотря на волнение, несмотря на сложные обстоятельства, я хочу этого. Я хочу его.

Элио долго смотрит на меня, а затем наклоняется и целует.

Поцелуй нежный и медленный. Его губы едва касаются моих, словно он заново изучает их очертания. Я начинаю сильнее прижиматься к нему губами, и он нежно обхватывает мой подбородок пальцами, снова замедляя меня.

— Я хочу не торопиться, — поправляется он. — Мне всё равно, почему мы здесь, Энни. Я мечтал об этом одиннадцать лет. Каждый раз, когда я... — Он замолкает и, взяв мою руку, кладёт её себе на промежность.

Он уже возбуждён для меня, толстый, длинный и твёрдый под моей ладонью.

— Каждый раз я представлял, что это твоя рука. Твой рот. Твоя... — Он прерывисто дышит. — Я мысленно трахал тебя сотней разных способов. Двумя сотнями. Во всех местах, которые только мог вообразить. И я по-прежнему знаю, что реальность будет лучше, чем всё, о чём я мог мечтать.

Я благодарна, что сижу у него на коленях. От его слов у меня кружится голова, я слабею, у меня перехватывает дыхание. Он говорит всё, что я когда-либо хотела услышать. Благодаря ему сегодняшний вечер кажется таким реальным, как будто мы здесь, потому что выбрали друг друга, а не потому, что нас загнали в угол.