Плохая жена (СИ) - Романовская Кира - Страница 5

Мила ничуть на неё не обиделась, приняла с распростёртыми объятиями в семью, видя как её сын любит свою жену. Её родная дочь называла её «Маман», иногда матриархом семьи Громовых. Энергетика Милы буквально сбивала с ног тех, кто к ней не привык. Она говорила чаще всего командным голосом, ибо тридцать лет работы хореографом наложили свой отпечаток — она привыкла, что все танцуют под её дудку. Однако, как свекровь, она была очень лояльная и понимающая.

Если у Ульяны дома был бардак, когда Мила приходила в гости, она махала на это рукой:

— От этого ещё никто не умирал, только женская энергетика, когда драишь полы без конца и края!

Когда свекровь заставала Ульяну падающей от усталости с грудничком на руках, Мила молча засучивала рукава и брала на руки внука:

— Иди быстро спать! — прикрикивала она.

Когда Ульяна выходила из спальни, выспавшаяся и готовая к ещё одному раунду на поле боя материнства, дома у неё была чистота и порядок, полный холодильник продуктов. Благодарности Ульяны не было предела. Мила всегда хвалила стряпню своей невестки, даже, если она откровенно приготовила что-то неудачно.

— Я вот вообще готовить не люблю. Если б не Витенька, я бы с голоду сдохла, — смеялась свекровь. — Если в гостях кормят бесплатно, я всегда ем и не жалуюсь, а то больше не пригласят. Давай добавку!

Её муж только улыбался, любуясь своей женой. Виктор — бывший прокурор, а ныне детский тренер по дзюдо обожал свою жену. Не отставал от неё — выглядел подтянутым и крепким, Саша пошёл в него. Глядя на родителей мужа, Ульяна всегда представляла, что и у них с Сашей будет также, когда дети вырастут — тёплая семейная идиллия.

Из родственников у Ульяны была только мама, которая жила в том же городе, что и родители мужа. Там их с Сашей и свела судьба, когда Ульяна переехала вместе с мамой в небольшой городок и пошла в школу рядом с домом, сначала она подружилась с Катей, потом с её младшим братом.

Разливая чай, Ульяна грустно улыбнулась, они начали встречаться с Сашей, когда ему было восемнадцать, а ей двадцать один. Он признался ей тогда, что был влюблён в неё с тринадцати лет. Она была его первой любовью, как и он её.

«Моя первая и последняя любовь» — говорил он ей, когда надевал кольцо на палец.

Ульяна засунула в рот шоколадную конфету, чтобы заесть горечь последних недель общения с мужем. После их ссоры из-за аварии, Саша даже извинился, чисто формально, без эмоций, дежурный поцелуй в щёку и на этом всё. Любовью между ними как будто и не пахло. Сердце Ульяны болезненно сжалось и она мотнула головой, будто отрицая, эту страшную мысль.

— Как у вас дела, Ульяночка?

— Нормально.

— Сынок не звонит, не пишет, сейчас придёт, получит подзатыльник. Да, Вить? Твоей-то рукой быстрее до мозга дойдёт ментальное сообщение? — усмехнулась Мила, кивая мужу.

— Конечно, Людочка, получит, — вздыхал её муж.

— Ну, как, Уль, готова к сегодняшнему дню?

Ульяна через силу улыбнулась и кивнула. У них была семейная традиция — ходить в декабре в оперный театр, только женской компанией: Мила, Катя, Ульяна, пока мужчины остаются с детьми.

Ульяна вчера доставала вечернее платье из шкафа и вспоминала, когда она куда-то выходила без детей? Это было летом, Катя вытащила её на набережную погулять, они пили кофе, ели мороженое, Ульяна смеялась.

Когда они с мужем куда-то выходили вдвоём? В супермаркет за продуктами, два месяца назад, пока дети были в школе и садике. Они умудрились поругаться ещё до выхода, мужу не понравилось, как одета его жена.

— Ты можешь надеть что-нибудь поприличнее? Ты всё-таки вместе со мной идёшь в магазин, не на детскую площадку, — раздражённо кивнул он на её спортивный костюм.

Ульяна посмотрела на себя в зеркало, и решила, что муж-то прав. Она привыкла надевать что-то удобное, немаркое, чтоб пятен не видно. Ульяна переоделась в простое платье до колен, накинула сверху пиджак, распустила волосы и накрасилась. Глядя на себя в зеркало, она даже осталась довольна. Саша не сказал ни слова.

— Так, Ульяна, хватит нам чаёвничать, пора пёрышки чистить — сегодня пойдём красивые в театр! — хлопнула в ладоши Мила. — Витюша, собирай ораву пацанов, быстро на улицу, нам нужно свободное пространство, чтобы навести марафет!

— Отлично выглядите, девочки! Прям страшно отпускать, красоту такую! — расплылся в улыбке Виктор, глядя на двух Громовых в вечерних платьях.

Ульяна ждала хоть какой-то реплики от мужа, но он упрямо молчал, доставая ужин из холодильника. Саша скользнул по жене взглядом, как будто она предмет мебели на кухне и отвернулся. Слёзы жгучей обиды чуть не испортили макияж, который она так старательно наносила. Но всё же он кое-что сказал ей на прощание, от чего Ульяна всплакнула в такси:

— Ты бы так одевалась, когда со мной куда-то ходишь, — пробурчал он, проходя мимо неё. — Одеваться надо для мужа, а не для других.

Ульяна даже не нашлась, что ответить, растерянно глядя на себя в зеркало, пока подкрашивала губы. Упрёки о её внешности стали частым явлением, и она понимала, что муж-то прав. Ей надо было что-то делать и с лишними кило, и с уходом за собой, и с гардеробом, в котором красивые вещи были редкостью. Осталось найти на всё это время и лишние деньги.

Из-за денег они теперь ругались чаще всего, последняя ссора случилась совсем недавно, когда Ульяна заплатила за ремонт своей машины. Её муж опоздал на день и высказал своей жене претензии:

— Ты специально это сделала? — рявкнул он в трубку, когда она приняла от него звонок. — Мало того, что я скотина, которая жену и детей бросил на плечи братьев после аварии, так ты ещё и меня полным идиотом выставила перед Мишей?

— Ты о чём?

— Могла бы и сказать, что ты уже заплатила ему за ремонт! Он мне сказал: «А вы с женой не общаетесь что ли? Она вчера всё оплатил»!

— А мы разве общаемся, Саш? Мне и не хочется, если честно, — вздохнула Ульяна и положила трубку.

От мужа она получила два дня полного игнора. Так ей было даже легче. Под грузом претензий в свою сторону, Ульяна постепенно начала задыхаться. Она надеялась, что сегодняшний выход из дома будет для неё глотком свежего воздуха.

Её глаза были устремлены на сцену, где актёры в ярких костюмах создавали волшебное представление. Ульяна же думала совсем о другом. В какой момент они с мужем потерялись в этой бытовой рутине?

Даже, когда у них было двое детей, их отношения были совсем не такими, как сейчас. Они оба ими дорожили, Саша был самым лучшим отцом, о котором можно было только мечтать. И ночью вставал, и со старшим играл, ей во всём помогал, они куда-то выбирались из дома, об Ульяне заботился. Может, теперь он заботится о ком-то другом, а семья стала слишком тяжёлым грузом?

Ульяна отчаянно замотала головой, прикрыв глаза — нет, её Саша не такой, он не предатель! Им просто нужно отдохнуть и побыть вдвоём, расслабиться, поговорить о чём-то кроме бытовухи, денег и детей.

В антракте она попросила свекровь взять детей на выходные к себе:

— Конечно, Уль, мы с Витей с внуками поводимся, мы у Кати пока поживём, мальчики могут с нами.

— Чего? — встрепенулась Катя, которая, похоже, не знала, что у неё кто-то собрался жить.

— Мы с папой решили остаться у тебя, с внуками пообщаемся, сходим куда-нибудь.

— А мне об этом сказать, не судьба? У меня, может, планы другие!

— Какие у тебя планы, доча, ты ж бесхозная баба, одна живёшь.

Ульяна улыбнулась, слушая, как мать и дочь начинают перепалку. Катя недавно шепнула Ульяне, что у неё появился мужчина, она теперь не бесхозная разведённая женщина чуть за тридцать.

У Ульяны мужчина был, только она всё чаще чувствовала себя одинокой. Может, выходные без детей подарят какое-нибудь другое чувство или хотя бы оргазм, которого у неё не было с…

Блин, она забыла срок его давности.