Отблески тебя (ЛП) - Коулс Кэтрин - Страница 32

Я выдернула пробку, и вода стала быстро уходить. Она уже успела остыть — видимо, я провела здесь дольше, чем думала. Взяла полотенце у Кейдена, быстро вытерлась и обмотала им тело.

— Готово.

Кейден медленно повернулся. Его взгляд скользнул по мне с ног до головы. Полотенце было огромным, но я вдруг почувствовала себя так, будто стою перед ним в одном нижнем белье.

Он сделал шаг ко мне. Потом еще один.

Я судорожно сглотнула. Он снял пиджак и закатал рукава рубашки, обнажив сильные предплечья.

— Ты в порядке? — спросил он.

В его голосе звучало напряжение, от которого у меня затрепетал живот.

— Честно?

— Всегда.

— Такое ощущение, что моя жизнь рушится на глазах, — призналась я.

Кейден подошел еще ближе, его тепло окутало меня, как кокон. Он поднял руку, убирая выбившуюся прядь волос за ухо.

— Мы все исправим.

— Не знаю, можно ли восстановить дом. Он уже не ощущается безопасным местом.

Кейден нахмурился, его ладонь скользнула к моей шее и замерла там.

— Тогда мы построим тебе новое убежище. Новый дом.

Я фыркнула:

— Богач, конечно, скажет именно так.

Кейден пожал плечами:

— Иногда в этом есть свои плюсы. — Золото в его глазах засияло ярче. — Вещи можно заменить. Тебя — нет.

Он склонился ко мне и поцеловал меня в висок. Потом — чуть ниже уха. У меня перехватило дыхание. Еще один поцелуй — в уголок губ.

Когда он отстранился, золото в его глазах горело огнем.

— Я не знаю, что бы я сделал, если бы с тобой что-то случилось.

Мои легкие сжались. Я не могла вдохнуть.

И вдруг Кейден просто исчез. Был рядом одну секунду и в следующую его уже не было.

Что, черт возьми, только что произошло?

21

Кейден

Мои кулаки снова и снова врезались в тяжелую грушу, пот струился по груди. Обычно этого выплеска хватало, но сегодня даже близко не снимало напряжение. Я пробил хук, затем апперкот — мешок качнулся, цепь загремела.

— Каких демонов изгоняешь?

Я резко обернулся на голос Нэша.

— Как ты сюда попал?

Он закатил глаза.

— Ты сам дал мне запасной ключ и код, помнишь?

— Уже жалею, — проворчал я.

Он фыркнул.

— Выглядишь паршиво.

— Ты тоже не фонтан.

— Дом моей сестры прошлой ночью выгорел дотла. Чего ты ожидал?

Я глухо рыкнул, сильнее сжав перчатки.

— Ну что, поборешься с тем, что еще и в ответ бьет? — бросил вызов Нэш.

Я изогнул бровь.

— Размяк ты, брат. Не уверен, что потянешь.

Он нахмурился.

— Сейчас посмотрим, кто размяк.

Нэш подошел к шкафу с экипировкой, достал бинты и перчатки. Через пару минут был готов.

— Может, я выбью из тебя этот дерьмовый настрой.

— Как скажешь.

Мы вышли в центр моего зала, где я разметил лентой импровизированный ринг. Стукнули перчатками и начали кружить. Сначала легкими джебами приспосабливались друг к другу — мы давно не спарринговали.

— Как Грей? — спросил Нэш, подпрыгивая на носках.

— Нормально. Когда я встал, она еще спала.

У него дернулась скула. Он подумал, что я оставил ее в своей постели. На самом деле я просто заглянул в гостевую, прежде чем спуститься в зал.

Нэш зарядил хук мне в корпус. Я повернул плечи, смягчив удар, и отправил джеб ему в подбородок, но в последний момент снял часть силы.

Нэш толкнул меня перчатками.

— Не сдерживайся, иначе ты это из себя не выгонишь.

Я врезал ему апперкотом в солнечное сплетение.

Он застонал и тут же отдал мне хук в челюсть.

— Вот так уже лучше.

Удар обжег и что-то во мне щелкнуло. Мы обменивались сериями, пока мышцы не загорелись, а грудь не начала рывками хватать воздух. Я списал провал в защите на усталость — кулак Нэша врезался в скулу, и голову отбросило назад.

— Черт! Прости, — Нэш остановился, пока я стаскивал перчатку и шарил по лицу.

Будет синяк.

Я мотнул головой.

— Нормально. Я начал лениться.

Нэш всмотрелся в меня.

— Ты скажешь, что тебя так несет? Дело не только в пожаре.

Я стиснул зубы. Нэш видел меня не так насквозь, как Грей, но мы дружим почти всю жизнь. Видел достаточно.

— Ночь была длинная. Слишком много всего навалилось.

Нэш толкнул меня.

— О том, что ты должен был мне рассказать.

— Джиджи не хотела. Я не собирался ее предавать. Даже ради тебя.

Он глухо зарычал:

— Дело не только в этом. Ты отталкиваешь меня. Что-то говоришь, но не настолько, чтобы я мог реально быть рядом. Уже пару лет тебя что-то жрет изнутри, и больно до черта, что ты не доверяешь мне это.

Я сорвал перчатки.

— Тут не в доверии дело.

— Да ну? Когда я разваливался из-за Мэдди, я пришел к тебе. Рассказал то, чего никому не говорил.

Сырая вина заскребла изнутри.

— Я помню.

— Так скажи, что с тобой происходит, черт возьми.

Я метнул перчатки в стену и с грохотом рухнула фотография.

— Я не могу о ней заботиться.

Нэш застыл.

— О ком?

Живот провалился, будто я не ел неделями.

— Ты знаешь о ком.

Ноздри Нэша раздулись, он боролся за самообладание.

— Но ты ведь заботишься.

— Я не могу, — паника разлилась по венам, оставляя за собой огонь.

— Почему? Сначала идея мне не нравилась, но видно же, что вы нужны друг другу. Вы понимаете друг друга так, как, наверное, никто другой не поймет.

К горлу подступила горечь, я проглотил ее.

— Я не могу о ней заботиться и ее потерять. Не могу.

Нэш замер.

— Кейден…

— Я уже проходил через это. Оно что-то сломало во мне. Я не знаю, способен ли я снова впустить кого-то так глубоко. — Особенно того, кто и без того живет на риске, как Грей. Ее диабет — это миллион факторов, любой может сорвать ее вниз.

Нэш тяжело дышал, глядя на меня.

— Я не могу представить, что ты пережил, потеряв Клару…

— Не надо, — отрезал я.

— Тебе нужно говорить об этом. О ней. Все это, да еще твоя семейная хрень — разносит тебя в клочья. И если не одумаешься, угробишь лучшее, что с тобой случалось.

Невидимые тиски снова сжали ребра. Я задыхался. Я не мог позволить себе пойти туда с Грей, но и отпустить ее не мог. В какую бы сторону ни шагнул — там поджидал ледяной, парализующий страх.

Легкие горели, перед глазами плясали черные точки.

Сирены скорой выли, мы вписывались в каждый поворот как могли, но я словно оглох за последние двадцать минут. Тело одеревенело, я сидел перекошенный на переднем сиденье кареты.

Я не смел отрывать взгляд от Грей. Будто сам факт, что я не моргаю, держал ее в живых. Она дышала. Но едва.

Ее кожа приобрела оттенок, почти совпадающий с ее именем, и в голове крутилась только картинка Клары в последние минуты. Как ее рука обмякла в моей, когда ее не стало.

Я прикусил щеку до крови. Грей не может умереть. Вселенная не настолько жестока.

— Падает пульс! — крикнула фельдшер сзади.

— Что это значит? — выдавил я, голос перехватило паникой.

Санитар рядом со мной сильнее вжал педаль газа.

— Что нам нужно торопиться.

Воздух застрял в легких — раздалась серия писков, фельдшер сзади выругалась и принялась рыться в ящиках.

— Почти на месте, — сказал тот, что был рядом со мной.

Шины взвизгнули, когда он влетел на парковку у больницы. Он домчал до приемного, встал юзом.

Сзади завыла тревога.

— Остановка! — крикнула женщина.

Задние двери распахнулись — и там уже ждали люди в скрабах.

— Везите в травму номер три!

Фельдшер запрыгнула прямо на каталку и начала непрямой массаж, пока врач накрыл рот Грей маской.

Я вывалился из машины и бросился следом. У двойных дверей меня остановила женщина.

— Дальше нельзя. Простите.

— Я с ней. Она моя… — я не смог договорить. Кто? Подруга? Это слово и близко не подходило. Грей — это весь мой мир.

Кожа вокруг ее темных глаз смягчилась сочувствием.