Искренне, твоя неудобная жена (ЛП) - Вулф Джулия - Страница 5

Он оторвал голову от моей груди и обхватил одну из них своей широкой ладонью.

— Это требует большего внимания. Твои соски такие же сладкие, как твои губы. — Он посмотрел на мой живот. — Могу поспорить, что между ног ты еще слаще, не так ли?

— Я не знаю. Тебе придется мне рассказать.

Один крепкий поцелуй в ответ на мою улыбку, и он двинулся вниз по моему телу, облизывая соски, а затем посасывая кожу под пупком. Мои трусики были сняты, как ударом кнута, быстро и плавно. Люк, не теряя времени, широко раздвинул меня и насытился моим видом.

— Иисус. Блять. Даже твоя киска красивая.

Положив ладони мне на бедра, он прижал мои колени к груди и упал, чтобы поглотить меня.

И именно это он и делал.

Никакого поддразнивания не было. Он провел одно длинное прикосновение, от попки к клитору, застонав, когда мой вкус коснулся его языка, затем пронзил меня двумя толстыми пальцами и вцепился в мой клитор.

Моя шея выгнулась, глаза широко открылись к потолку. У меня эта часть редко срабатывала, а если и срабатывала, то это занимало очень много времени. Но Люк разжег пламя еще до того, как прикоснулся ко мне. Когда его пальцы согнулись внутри меня, найдя место, которое я до сих пор считала мифом, и он пососал мой клитор своими талантливыми губами, я превратилась в трясущуюся, стонущую, распутную маленькую наркоманку.

Он подсадил меня меньше чем за минуту.

Его удовлетворенное мычание, когда он лизал и доставлял мне удовольствие, только подталкивало меня все ближе и ближе. Потому что ему это нравилось. Он делал это не только для меня. Этот человек явно наслаждался своей работой.

Я хотела, чтобы он никогда не останавливался.

Но я даже не пыталась себя сдерживать. Моя кульминация обрушилась на меня с невообразимой силой, заставив меня совершить головокружительную петлю. Узел глубоко-глубоко внутри меня развязался, и через меня хлынули реки тепла. И из меня.

Я крепко схватила его за волосы, прикасаясь к его ожидающим губам и языку, выкрикивая его имя с такой громкостью, которая, должно быть, отражалась от стен. В моих ушах звенело, и я потеряла контроль над тем, что вылетало из моего рта. Если все на вечеринке внизу услышали меня, то я надеялась, что они порадовались за меня, потому что я только что испытала лучший оргазм в своей жизни.

Мои веки закрылись, я тяжело дышала и дрожала от толчков. Люк позволил моим ногам упасть в сторону, поглаживая внутреннюю часть бедер и изгиб талии.

— Посмотри на меня, красотка.

Мягко, но это был приказ, которому мои веки подчинились. Люк стоял на коленях между моими бедрами, его штаны были расстегнуты, кончик его члена выпирал из-под пояса черного нижнего белья.

Я облизнула губы.

Он усмехнулся.

— Глаза сюда.

Наши взгляды встретились. Если это возможно, то в них было еще больше огня.

— Я испортила твои простыни? — спросила я.

Его голова склонилась набок, он провел указательным пальцем по рту и подбородку, затем сунул его в рот и пососал. Раздавшийся от него грохочущий стон заставил мои бедра приподняться над матрасом.

Он положил ладонь мне на живот и прижал меня к кровати.

— Ты улучшила мои простыни. Им не хватало лужи чертовски горячей сладости, приготовленной твоей киской.

— Я никогда раньше этого не делала, — призналась я.

— Это будет не в последний раз. — Он вставил в меня палец и повернул. — Я сейчас тебя трахну, красотка.

Я кивнула.

— Пожалуйста.

Ему пришлось подняться с кровати, чтобы взять с тумбочки презерватив. Глядя на то, как чувственно двигаются его конечности, на пульсацию его живота и на эту мокрую фиолетовую головку, практически вырывающуюся из его нижнего белья, я никогда не хотела никого больше.

Это было безумие. Не я. Я никогда не теряла контроль из-за мужчины.

Но Люк был в своей собственной лиге.

Как только он бросил презерватив на простыню рядом со мной, кто-то постучал в дверь его спальни.

— Люк! Высокая блондинка там с тобой? — Благодаря сильному итальянскому акценту Винсента было легко узнать.

— Отъебись, — крикнул Люк, сжимая пальцы по бокам.

Затем Винсент крикнул что-то по-итальянски. Люк ответил на столь же быстром итальянском языке, его горло и лицо покраснели.

Я выпрямилась, внезапно почувствовав себя уязвимой и странной, хотя Винсент не мог видеть меня через запертую дверь.

Люк повернулся и посмотрел на меня, положив руки на бедра.

— Не двигайся. Я избавляюсь от него. — Затем он снова начал кричать по-итальянски.

Обычно этот мужчина, говорящий по-итальянски, сделал бы это за меня, но в этой ситуации не было ничего нормального.

Смущение нарастало. Нам следовало хотя бы обменяться фамилиями, и мне обязательно следовало поинтересоваться его сексуальным здоровьем.

Голос Кары, доносившийся прямо из-за двери, стал гвоздем в гробу этого вечера.

— Сирш, мы можем идти? Я готова и не чувствую себя в безопасности, ловя Убер в одиночку, — скулила она.

На мне уже наполовину было платье, когда Люк повернулся ко мне лицом.

— Да, дай мне минутку, — крикнула я. — Я встречу тебя внизу.

Он смотрел на меня, пока я металась по его комнате, хватая трусики и бюстгальтер.

— Мы еще не закончили, — проворчал он.

Я остановилась как вкопанная, прижимая нижнее белье к животу.

— Я знаю, и мне очень жаль оставлять тебя в таком состоянии... но, наверное, это к лучшему. Мы даже не знаем друг друга.

Он фыркнул.

— Это была лучшая часть. — Его взгляд задержался на мне, и я старалась не реагировать на его обидное признание. Я даже не могла точно определить, почему это причиняло боль, но это было так.

Я прикрыла это кокетливым пожатием плеч и легкой ухмылкой.

— По крайней мере, один из нас пережил самое лучшее.

Он подошел ко мне с мрачным выражением лица, и мое сердце подпрыгнуло к горлу, когда он потащил меня к двери.

Его теплое дыхание коснулось моего уха раньше, чем его резкие слова.

— Я выставлю тебе счет за простыни. — Затем он осторожно застегнул молнию и разгладил платье по бокам. — Я не пробовал никого слаще тебя, красотка.

Затем он открыл дверь своей спальни и отправил меня в путь.

ГЛАВА 4

Лука

Первый раз в жизни я пришел в спортзал вовремя.

Всего через полчаса после Эллиота и Уэстона, что для меня было вовремя. Из-за моих поздних ночей утра были трудными. Но прошлой ночью, когда я выгнал гостей Винсента из своей квартиры и позаботился о бушующей эрекции, оставленной длинноногой, причудливой блондинкой, которая самым лучшим образом уничтожила мои простыни, я спал как чертов ребенок.

Только для того, чтобы проснуться рано этим утром, и с воспоминанием о ее вкусе, все еще сладком, на моих губах.

Эллиот Леви, мой друг еще со времен Стэнфорда, невозмутимо приподнял бровь, глядя на свое отражение в зеркале, пока делал подъемы на бицепс. Мое определение раннего прибытия на милю отличалось от определения Эллиота. Он ни разу не появлялся куда-либо более чем на миллисекунду позже назначенного времени.

Я поднялся на открытую беговую дорожку рядом с Уэстоном, третьим участником нашего трио. Он бы сказал, что я третий участник, так как они с Эллиотом были друзьями с детства, но я уютно устроился посередине между ними двумя, так что я никак не мог быть третьим.

Уэстон взглянул на меня, продолжая идти быстрым шагом.

— На этот раз ты выглядишь отдохнувшим.

— Да. Я заснул в одиннадцать.

— В своей постели?

— Да. — Я нажал несколько кнопок на панели управления, и беговая дорожка заработала. — Тоже совсем один.

На свежих простынях, о которых я не упомянул. Хотя какая-то больная, грязная часть меня испытывала искушение лечь в беспорядок этой хорошенькой девушки. Если бы я это сделал, я бы не смог спать, и мой член натерся бы от ночного поглаживания.

Он нажал кнопку, замедлив темп, чтобы соответствовать моему.