Отморозок 7 (СИ) - Поповский Андрей Владимирович - Страница 29

— Кто из нас врач, Ричард? — Холодно взглянула на Уотсона Линда. — Я абсолютно уверена, что это ты и Майкл, строили иллюзии насчет Юрия. А он просто больной юноша, которому была помощь.

— А какие иллюзии строили мистер Фергюссон и мистер Уотсон на счет вашего пациента? — Вставил вопрос Монтано, когда перепалка между Линдой и Ричардом закончилась.

— Здесь мистер Монтано, к сожалению, начинается территория государственных секретов, и ни мистер Уотсон, ни мисс Браун не смогут, ответить на ваш вопрос, не нарушая государственную тайну. — Тут же вмешался в разговор Фергюссон.

— Хорошо, оставим пока эту тему. — Кивнул Рон, и снова обратился к Линде. — В утро предшествующее побегу, вы около часа гуляли с пациентом в парке, а потом принимали его у себя в кабинете во второй половине дня. С чем это было связано?

— Это моя обычная работа, и общение врача и пациента не ограничено временными рамками.

— Понятно. Тогда мисс Браун, расскажите максимально подробно, где вы находились и чем занимались в ночь исчезновения вашего пациента?

— Я находилась у себя в квартире и спала. — Пожала плечами Линда.

— Кто-то может подтвердить ваши слова?

— Думаю, что нет. Я живу одна. В тот вечер я вернулась домой около восьми часов вечера, поужинала, посмотрела комедию и легла спать в одиннадцать часов. Утром встала, приехала на работу и узнала, что мой пациент исчез.

— А что смотрели по телевизору в тот вечер? — Уточнил детектив.

— Сначала Cosby Show, а потом Family Ties.

— Cosby Show — это про ту самую веселую семейку доктора Хилларда Косби и его жены Клэр? — тут же заинтересовался Монтано. — Что там тогда у них произошло интересного? Я, к сожалению, не имел возможности посмотреть.

— Во той серии их старший сын Денис получил от деда в подарок машину — старую развалюху, но на ходу, а его сестра Руди всю серию донимала брата шуточками насчет непрезентабельного внешнего вида машины. Но Хиллард и Клэр в конце концов убедили сына, что важен сам подарок, доказывающий, что дед помнит о нем и любит его, а не его стоимость и внешний вид. — Охотно ответила Линда.

— Согласен с родителями Дениса. — Кивнул Монтано. — Моим дочкам тоже подавай все самое дорогое, и не всегда дедушки и бабушки способны угодить их вкусам.

— У вас дочери? — Тут же расплылась в улыбке Линда.

— Да, две очаровательные девочки восьми и двенадцати лет. — Улыбнулся в ответ Монтано.

— Как я вам завидую. — Вздохнула Линда. — У меня, к сожалению, нет детей.

— Ничего, у вас все еще впереди, — махнул рукой Монтано и тут же осторожно поинтересовался — Скажите Линда, а может, это вы решили помочь своему пациенту?

— Каким образом? — Сделала вид, что не поняла детектива Линда. — Моя помощь Костылеву носила только профессиональный характер.

— Я имел в виду, что вы могли ему помочь покинуть палату не совсем обычным способом. — Мягко улыбнулся Рон, гладя в глаза женщине.

— Нет! — твердо ответила Линда, не покупаясь ни на мягкий тон, ни на гипнотизирующий ее взгляд детектива.

— То есть, вы утверждаете, что никаким образом не помогали Юрию сбежать из палаты?

— Нет, конечно! За кого вы меня принимаете? — Возмутилась Линда и ее глаза метнули молнию.

— За одинокую женщину, которая могла пожалеть милого юношу, попавшего в трудную ситуацию и решившую помочь ему в меру своих сил. — Ничуть, не смутился Рон, все так же мягко смотря на Линду. — Ведь это так естественно, помочь бедному юноше, тем более, что он ваш пациент.

— Мистер Монтано, я прекрасно отдаю себе отчет, где заканчиваются взаимоотношения врача и пациента, и начинается государственная измена. — Холодно ответила Линда. — Я работаю с Пентагоном не первый год и знаю границы допустимого. Повторяю, никакой помощи в побеге я своему пациенту не оказывала. Мой интерес к нему, носил исключительно профессиональный характер.

— Тогда мисс Браун, я думаю, что вы не будете против проверки на детекторе лжи. — Невинно поинтересовался Монтано.

— Буду, — покачала головой Линда — Я живу в свободной стране, знаю свои права, и не позволю никому их нарушать. Подозреваете — доказывайте. С этого момента, все разговоры с вами, я буду вести только в присутствии своего адвоката.

— Успокойся, Линда. Никто тебя ни в чем не подозревает. Рон просто задает тебе обязательные в данном случае вопросы.

Начал, было, Ричард, но его прервал Монтано.

— Ну что же, мисс Браун, тогда я вас не задерживаю. Вы свободны.

Линда поднялась со стула, и буквально обдав ледяным холодом всех присутствующих, гордо вышла из кабинета.

— Рон, ну чего ты к ней прицепился? — Накинулся на Монтано Ричард. — Я ручаюсь за Линду.

— Мистер Уотсон, меня пригласили сюда, чтобы я нашел и беглеца и его сообщника, так что не мешайте мне выполнять свою работу. — Покачал головой Монтано и добавил. — Я специально выводил из себя тех, кто показался мне наиболее подозрительным Теперь мы установим круглосуточное наблюдение за миссис Браун, Самиром и санитаром который вывозил больного на прогулки. Думаю, что помощником беглеца является кто-то из них. У них есть повод поволноваться и, если они как то поддерживают связь с беглецом, мы выйдем на него.

Глава 8

Сразу после приезда в Принстон, я, по старой памяти, пешком направился к университету. Там на досках объявлений, полно таких, где хозяева предлагают сдать квартиру, или комнату внаем. В отсутствии интернета, доски объявлений и местная газета «Town Topics», это самые верные способы найти себе недорогое жилье. При зрелом размышлении, я решил, что мне лучше всего снять комнату на паях с другими студентами. Так будет дешевле, и к тому же, гораздо меньше палева. К тому, кто живет в одиночку, всегда больше внимания. А если в доме уже живет с пяток лоботрясов — студентов, то появление шестого, не вызовет особого интереса, ведь листья лучше всего прятать в лесу. Добравшись до университета, я быстро нашел и записал в блокнот телефоны из нескольких объявлений с предложением разделить оплату проживание в районе «Five Points» или «Пять углов» — месте, где обычно селятся студенты многочисленных городских учебных заведений.

Произведя несколько звонков из уличного телефона-автомата, выделил три адреса с устраивавшими меня условиями и ценой. На первом адресе, хозяева были уж слишком придирчивы и сразу же спросили про документы, которых у меня естественно не было. Ответив, что зайду с документами позже, я быстренько оттуда ретировался. Хозяйка второго дома миссис Блэкстоун — зрелая дама на вид лет шестидесяти, с двойным подбородком, пышной грудью и дряблыми полными руками, поначалу отнеслась ко мне подозрительно из-за легкого акцента. К счастью, я сумел ее убедить в своей благонадежности, изложив адаптированную легенду про то, что я Анджей Сикорски — польский эмигрант, приехавший в Принстон подготовиться к поступлению в университет, а пока желающий поработать и позаниматься на подготовительных курсах.

В этой истории, в отличие от истории, рассказанной дальнобойщику, отсутствовал сеновал и длинноногая красавица, с которой я потерял девственность в копне сена, в данном случае, та часть, явно была бы лишней. Вместо этого, я живоописал хозяйке небольшую ферму родителей, и то как «проклятые коммунисты» постоянно приходили к нам с «продразверсткой», чтобы отобрать последнее. Так что, у нас осталвались продукты только, чтобы не протянуть ноги с голода. Продразверстку, я бессовестно спер из времен гражданской войны своей родной страны, ну да ладно, лишь бы на пользу делу. Миссис Блэкстоун, абсолютно не владевшая темой, и считавшая коммунистов кем-то вроде исчадий ада, сильно растрогалась, и посочувствовав «бедному мальчику сбежавшему от ужасов коммунистического режима», милостиво разрешила остаться. Я сразу отдал хозяйке тридцать долларов за первую неделю проживания, и она повела меня по скрипящей лестнице на второй этаж.

Постучав несколько раз в белую деревянную дверь, и так и не дождавшись ответа, хозяйка просто толкнула ее, и зашла внутрь, пригласив меня войти следом. Комната оказалась довольно светлой и просторной, с большим окном и письменным столом стоящим рядом. По бокам от окна находились две вполне приличные кровати. Одна была аккуратно застелена синим покрывалом, а на другой, укрывшись одеялом с головой, сладко похрапывая дрыхло, какое-то тело.