"Фантастика 2026-6". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Любимка Настя - Страница 1117

— Спасибо за похвалу, — кивнула Терра.

Гелиан прищурился и внимательно на нее посмотрел:

— Почему мне кажется, что ты что-то не договариваешь?

Терра улыбнулась в ответ:

— Я матери твоей нагрубила. Это-то тебя и беспокоит.

— Извиняться будешь перед ней?

— Нет.

— Терра, — мягко произнес Гелиан. — Я свою мать почитаю и люблю. И не позволю никому обижать ее, даже тебе.

— Извини, Гелиан, но я свое слово уже сказала.

— И что мне прикажешь делать? Ты — моя жена. Она — моя мать. Извинилась бы ты, да и делу конец. К чему из-за дребедени какой-то в позу становиться?

— Если сейчас характер не проявлю и на попятную пойду, уважения матери твоей, точно так же, как и людей твоих, не сыщу.

Гелиан локти на стол поставил и голову руками подпер:

— Значит, ты грубостью собралась уважение заслужить?

— Плясать под дудку твоей матери, как это делают жены твоих братьев, я не стану.

— Ты на жен братьев моих не равняйся: они тебе и в подметки не годятся.

Терра улыбнулась его реплике:

— Ты собираешься меня похвалами умаслить?

— И похвалами тоже. Но все же… Ты не должна вести себя с моей матерью так, как тебе заблагорассудится. Я муж твой, Терра, и как муж прошу тебя усмирить свой гонор и с матерью моей отношения наладить.

Терра обреченно вздохнула и опустила плечи:

— Для этого мне нужно время.

— Сколько времени тебе нужно, чтобы престать перед моей матерью и извиниться?

Западня… Ловко же он в угол ее загнал. Но Терру так просто не пронять. Давить на жалость она давно научилась. И врать, не краснея, тоже… Изобразив на лице усталость, Терра подтянула колени к груди и одернула подол рубашки, чтобы прикрыть их:

— Сейчас я очень устала. Дай мне несколько дней в себя прийти да поразмыслить над тем, как разговор с твоей матерью на эту тему завести. Кроме того, если она на самом деле уехала, то и прощения сейчас попросить я не смогу.

— У тебя красивые глаза, — произнес Гелиан. — Ты немного щуришься, когда врешь.

Терра окаменела. У нее не получилось! У нее не вышло его обмануть! Почему? Всегда ведь срабатывало! Всегда!

— В общем так, — произнес Гелиан, убирая руки со стола. — Если моя мать никуда не улетела, тебе придется попросить у нее прощения. Присутствие Радомира и Авроры при этом я считаю излишним, но решать, безусловно, тебе.

Гелиан наклонился и достал из голенища сапога небольшой клинок. Уколов им палец, Гелиан убрал клинок и подошел к кровати, на которой спала Терра.

— После ухода моего позови Франю белье постельное сменить, — он прикоснулся окровавленным пальцем к белоснежной простыне.

Терра от изумления дар речи потеряла.

— Так нам обоим проще будет, — пояснил Гелиан. — Франя язык свой длиннющий сегодня же распустит и молва о том, что брак наш состоялся, все поселение к утру обойдет.

Гелиан смял одеяло Терры и сбил подушки на кровати.

— Теперь все, — кивнул он и сунул окровавленный палец в рот.

— А что с Авророй ты решил? — тихо спросила Терра. — Позволишь ей служить лишь мне?

— Позволю, — Гелиан взглянул на свой палец: — Ну что ж, вполне сносно.

— А жалованье? Ты сохранишь его в прежнем размере?

— Сохраню.

— Спасибо, — с облегчением вздохнула Терра и опустила ноги на пол.

— Пожалуйста, — ответил Гелиан и направился к двери.

***

После его ухода Терра позвала к себе Аврору:

— Прошу тебя, сходи к Фране и попроси ее белье свежее постелить.

— Конечно, госпожа.

— И завтрак накажи, чтобы принесли. На двоих. Молоко пусть цельное дадут, а к каше пущай мяса нежирного добавят.

— Я распоряжусь, госпожа.

— Аврора, — в последний момент окликнула ее Терра, — принеси мне одежду какую-нибудь. Хочу в коридор выйти, но в рубашке не могу.

Аврора кивнула и направилась искать Франю. Терра закрыла дверь и подошла к кровати. Сбросив с нее одело на пол, уставилась на измятую, перепачканную кровью простынь.

— Быстро же ты нашел способ избавиться от меня в своей постели, — прошипела Терра. — Что ж, Гелиан Птахов, я принимаю твои условия.

Аврора вернулась к Терре спустя минут пять.

— Франя обещала подыскать вам что-нибудь из одежды, госпожа. И белье сейчас сменит.

От Терры не ускользнула ухмылка на лице Авроры, когда та мельком взгляд на простыню кинула.

— Еще какие-нибудь поручения будут? — поинтересовалась Аврора, почтенно склоняя голову.

— Отправь посыльного к портному. Пусть передаст, что первое платье должно быть у меня сегодня к обеду. Черное, как мы и договаривались. К обувщику тоже пошли кого-нибудь: пусть явится ко мне немедля и заготовки тапочек из кожи с собой возьмет: ходить босая я не собираюсь. Ты запоминаешь, Аврора?

— Конечно, госпожа.

— Хорошо. Еще одного человека направь в школу: пусть возьмет два букваря и несколько книжек детских. Если спросят его, зачем мне книги эти — пусть ответ даст, что госпожа его детям в больнице читать собирается. Кстати, дети здесь есть?

— Есть.

— Прекрасно. Так, что еще… — Терра задумалась, сверля взглядом Аврору.

— Извините, госпожа, — пропыхтела Франя, врываясь в палату без стука. — Я нашла вам накидку чистую…

Франя на кровать покосилась и тут же к Терре подошла, накидку ей протягивая.

— Спасибо вам, — кивнула Терра.

— Бельем я сейчас займусь. Завтрак через минут десять принесут. Вы, госпожа, присядьте пока… Устали поди…

— Немного устала, — вздохнула Терра, — но сидеть не хочется. Аврора, проводи-ка меня к Радомиру. Разговор у меня к нему назрел.

Франя злобно на Аврору покосилась. Аврора взгляд тот заметила, но виду не подала. Наоборот, улыбнулась как-то по-дурацки и ресницами захлопала:

— Конечно, госпожа. До его кабинета рабочего рукой подать!

Терра накидку на плечи надела и полы на груди стянула.

— Пойдем, Аврора. Не будем Фране мешать.

Аврора двери распахнула и первой в коридор вышла. Терра вышла следом и глаза зажмурила от света яркого дневного. Аврора ее за руку придержала, пока глаза к свету привыкли.

— Спасибо, — кивнула Терра, когда видеть нормально стала.

Они находились в конце длинного коридора почти у самого окна. Терра к окну этому обернулась и замерла. Она была готова к тому, что увидит нечто новое. Но никогда не думала, что увиденное заставит ее почувствовать себя такой ничтожной…

— Госпожа, вам нехорошо? — забеспокоилась Аврора.

— Со мной все в порядке, Аврора, — прошептала Терра и подошла к окну, утыкаясь лбом в стекло.

Она смотрела на поселение, которым управлял ее муж, с высоты третьего этажа. Больница Радомира стояла, очевидно, на холме, потому возвышалась над всеми остальными домами. Перед Террой раскинулось поле из одно- и двухэтажных построек. В отличие от домов в поселении Терры, эти постройки не были похожи одна на другую как две капли воды. Каждый домик был возведен на свой манер. Разных цветов черепица покрывала крыши этих домов. Печные трубы разных диаметров и кладок устремлялись ввысь. Флюгера, один краше другого, указывали одно и то же направление ветра. А там, далеко-далеко, за всеми этими домами, печными трубами и флюгерами виднелся высокий деревянный забор. Он стоял на возвышении, как и больница Радомира, но за ним, за этим высоким забором, за огромными трубами, которые вздымались в небо за забором, за черным дымом, который клубами вырывался из этих труб, за металлической стеной, поблескивающей в лучах солнца, Терра видела то, о чем раньше читала лишь в книгах. Поначалу она подумала, что это — облака. Темно-серые облака, которые наплывают друг на друга в преддверии грозы. Облака цвета глаз Гелиана. А потом Терра поняла, что облака эти не движимы. Что они не плывут по небу, а разрезают его.

— Горы… — прошептала Терра и улыбнулась, ощутив одновременно внутренний трепет и собственную ничтожность перед этим творением Божьим.

Аврора подошла к Терре и остановилась рядом с ней:

— Красивый вид, не правда ли? — произнесла она.