"Фантастика 2026-6". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Любимка Настя - Страница 374

— Не стоит. Благодарю.

Она забрала сумочку и встала.

— Ты куда? — не понял Тартас.

Аудроне подарила другу воздушный поцелуй и с грустью улыбнулась.

— Искать выход, — ответила она и рванула из бара на всех парах.

Шла по улице, едва ли не спотыкаясь. Дженериец. Дженериец. Дженериец. Только женатый на другой…

На следующий день пришел приказ о ее переводе в команду капитана Рурка, и еще через два дня они с Тартасом попали на «Анвайзер». Аудроне решила, что если ничего не делать и держаться от дженерийца подальше, она сможет за несколько недель придумать какой-нибудь другой план спасения мира и убедить Сюзанну Мэль в том, что он уж точно сработает!

К сожалению, дела у Аудроне пошли из рук вон плохо с самого начала. Когда на корабль попытались напасть ловцы смерти, вся команда выяснила, что Аудроне трансгрессир. Ошейник и кандалы повесили всего на пару дней, но «осадочек» остался. Затем был прокол со спасением профессора Робертсона, благодаря слишком длинному языку которого все узнали, что Аудроне — тоже профессор и автор теории пространственно-временной инверсии. Хорошо еще, что перед смертью тот не успел разболтать много чего другого…

Была одна миссия по передаче неких данных связному, на которой Аудроне едва голову не прострелили. Спас дженериец, вытащив ее в разрыв реальности по ментальному каналу. Когда он успел этот канал создать и с какой стати раскрыл ей свою тайну о том, что он модельер, Аудроне не поняла, но после миссии и открытия правды, осознала, что другого плана по спасению мира у нее нет, а с тем, который есть, она не в состоянии справиться. И тут Аудроне обрела цель. Ведь если ее не будет, то и реальность потечет своим чередом, и кто-нибудь другой обязательно найдет способ остановить кровопролитие!

Четыре года плена в другой реальности и полгода допросов в тюрьме этой не довели ее до мыслей о самоубийстве. А два месяца службы под командованием капитана Рурка справились с задачей на отлично!

Чтобы никого не обвинили в том, что «не досмотрели», «не предугадали», Аудроне настроилась на самоубийство во время какого-нибудь задания. И тут капитан Рурк начал доводить ее до белого каления. Не мог этот упертый, вечно собранный и молчаливый дженериец оставить ее в покое и дать спокойно погибнуть! То вытащил из эпицентра взрыва, то из ловушки Асгендо достал, то вытянул с линии перекрестного огня. Аудроне злилась из-за своих неудач, а капитан Рурк… Она догадывалась, что причиной вспышек гнева была ее мнимая безалаберность и неудачные попытки свести счеты с жизнью.

После очередного задания Киаран вызвал ее в свою каюту и спросил напрямую:

— Ты же трансгрессир. Почему ты так вляпываешься? На пустом месте, а?

— Простите, капитан, — только и ответила она. — Постараюсь подвигов не повторять. Я могу идти?

— Пришел приказ. Нам дают увольнительные на три дня. У команды есть традиция отмечать в баре.

— Извините, капитан, но я никуда не пойду. Посторожу корабль, — она пожала плечами. — А вы отдыхайте.

— Это неправильно! — он повысил тон. — Ты — член нашей команды!

— Если с нотациями закончили, разрешите идти? — она вытянулась в струну и отдала честь.

— Да, идите.

Увольнительные получили, и Аудроне никуда не пошла. Поздно ночью, мучаясь от очередной бессонницы и дум о том, во что превратилась ее жизнь, она решила выпить кофе, что б уж точно не спать.

Вошла в столовую и замерла. Киаран сидел за столом в пустом помещении и… пил кофе.

— Вы же в баре должны быть, — произнесла она.

— Должен, — он кивнул.

Она налила себе кофе и присела за стол напротив него. И только тогда обратила внимание на его запястья. На них не было ни браслета, ни брачной руны. Аудроне поморщилась и щелкнула пальцами. Прогнозы были один краше другого… Столько заниматься сексом просто нельзя: тело сотрется…

Аудроне заморгала и отпила кофе.

— Я с женой развелся, — произнес Киаран.

— Мне очень жаль, капитан, — ответила она.

— Из-за другой женщины, — сдавленно добавил он.

Аудроне поежилась.

— Она изменила вам с другой женщиной? — брякнула, не думая.

Киаран вскинул брови, не без удивления глядя на нее.

— И ты еще себя гением мысли называешь?

— Это не я, а другие меня так называют, — она приподняла подбородок.

— Может, в науках ты и умна, а в жизни — дура дурой! — вспылил он и резко встал.

— Ну знаете, — негодовала Аудроне и тоже встала, — я вас никогда не оскорбляла!

— А что мне еще сказать! — он развел руками. — Ты уже месяц спишь со мной в своем сознании, но в живую все никак не можешь правду признать!

Аудроне вздрогнула и испуганно прижала ладонь к губам. Щеки покраснели, а шею побили розовые пятна.

— Я не пускала вас в свою голову! — только и нашлась, что сказать.

— Тогда каким образом мы не слезаем друг с друга по ночам?

Аудроне стала пунцовой.

— Фантазировать не запрещено! — она указала на него пальцем. — А в голову ко мне лезть — это нарушение закона! За это и казнить могут!

Киаран спрятал лицо в ладонях и воскликнул:

— О Инаг!!! Женщина, ты спишь со мной в своей голове! — он отнял руки. — Ты со мной спишь! Как в реальности, только в голове! И кончаешь так же регулярно, как пьешь кофе в этой столовой! И строишь из себя святую невинность! Брак ты мой не хотела разрушать?! Он распался еще до того, как ты в эту реальность вернулась! Что сложного, я не понимаю? Затащить в постель мужика, который глаз от твоей задницы оторвать не может, и заставить его развестись с… — он не договорил. — Так нет же! — продолжил возмущаться Киаран. — Проще делать вид, что ты ничего не замечаешь, что ты вся прямо-таки безгрешная, зато во сне устраивать такой разврат, при мыслях о котором у меня стояк на миссиях возникает! Сколько можно издеваться над собой и надо мной, а? Развелся я, — он потряс перед ней голыми запястьями, — все! Женщина, ради мира во всем мире, я не только на тебе женюсь, но и трахать буду регулярно и качественно! Хоть в самой Обители Инага во время церемонии!

— И ты все вот это, — она покрутила рукой у груди, изображая душевные волнения, — узнал из моих воспоминаний и теперь держишь внутри?

— Да! — гаркнул он. — И о твоих жалких попытках прикончить себя на миссиях тоже! — припечатал он и стукнул кулаком по столу.

Аудроне вздрогнула и спрятала голову в плечах.

— Сдавай посуду и пошли! — он схватил свою кружку, и понес ее к посудомоечному автомату.

— Куда пошли… — промямлила Аудроне, но кружку понесла сдавать.

— Ко мне в каюту, — более спокойным тоном ответил он.

— Зачем? — еле ворочая языком спросила она.

— А ты как думаешь? — он сложил руки на груди.

— Мне нужно переодеться, ладно? — она ретировалась к двери.

— Нет! Спортивный лифчик и безобразные хлопковые трусы я намерен с тебя снять сам! — он подбежал к ней, подхватил на руки и перекинул через плечо, словно поймал добычу.

Вышел в коридор и понес в свою каюту. Аудроне почувствовала его ладонь на своей пятой точке. «Приятно-то как… мамочки…» — подумала она и больше не проронила ни слова.

Растянувшись на простыни, она размышляла о том, что ходить в ближайшие сутки точно не сможет. Киаран пристроил голову на ее пояснице и по-хозяйски поглаживал голый зад.

— Я полагала, что умру, — безмятежно произнесла Аудроне.

— На свадьбе или в постели? — уточнил Киаран и прикусил кожу на ее попке.

— И там, и здесь, — сообщила она.

Он обхватил ее талию и перевернул на спину.

— Я же сказал, что не позволю тебе умереть. Что за привычка никому не верить, кроме своих сомнительных прогнозов?

— В том, что они проваливаются, виноват ты, — сообщила Аудроне. — Угораздило же меня с модельером связаться, — пожаловалась она.

— Можешь поплакать, а я обещаю тебя пожалеть.

Киаран начал целовать ее живот и бережно его гладить.

— Почему мне кажется, что и этот секрет ты уже знаешь? — устало спросила она.