Измена. Обманчивое превосходство - Павлова Дина - Страница 8

– Не трогая меня. – в голосе неподдельная обида.

– Можешь сказать, что случилось? – мое сердце бьется так, что готово выпрыгнуть из груди. А вместе с этим растет злость на Аркашу. Ну ладно ты об меня ноги вытираешь. Но зачем детей втягивать в свои взрослые проблемы? Чтобы что? Получить поддержку от ребенка? Но какой ценой?

Таня переживает сейчас не самый простой свой возраст… Я стараюсь разговаривать с ней как можно мягче, но толку с этого пока никакого.

– Что случилось? – смотрит на меня красными глазами, с обидой, – А ты не в курсе? Не ты ли отца сейчас выгнала?

– Я. Потому что он нашел любовницу и хотел выгнать нас.

– Угу, – кивает и, скинув ботинки, идет в свою комнату. Похоже на диалог она не настроена. А я даже не знаю что делать. Видя эту сцену, Артем тихо произносит:

– Давай я попробую поговорить…

Киваю, не спуская взгляда с двери детской. Есть надежда, что она захочет поделиться переживаниями с братом. Все-таки они оказались в одной лодке и на одинаковых правах… Но нет. Артем стучится, но в ответ только раздается щелчок замка. Я знаю это ее поведение. Теперь Таня будет переваривать все внутри себя, и лишь когда хоть немного остынет, выйдет на разговор. Только это будет точно не сегодня.

С Таней в последние полгода стало сложно, но не критично, как бывает со многими другими детьми. Ее подростковый бунт до последнего времени проходил легко, выражаясь в желании выкрасить волосы в ярко-рыжий, сделать пирсинг губы и ходить в тяжелых ботинках и бесформенной одежде. Я не препятствую ее самовыражению, ребенок должен «переболеть» этим. Однако сейчас – это что-то новенькое. Конечно разрыв родителей, крушение семьи – это всегда стресс для детей, но она как будто обвиняет меня… И я уверена что она не знает, что я не виновата в решении своего мужа. Только как это объяснить Тане? Нужно разговаривать. А она не хочет, не готова. Она очень любит отца, и от осознания как у нее сейчас разрывается сердце, мне самой становится совсем плохо. Хотя куда уж хуже.

Вот поэтому я и не хотела уходить от Аркаши, хотя прекрасно понимала что он далеко не идеал. Точнее сначала я была влюблена в него по уши. Мне он казался самым лучшим, самым красивый мужчиной на свете. И вроде все было относительно неплохо, когда я сидела в декрете сначала с Артемом, потом с Таней…

Первые звоночки раздались, когда я заявила, что хочу продолжить образование, которое пришлось прервать из-за декрета. Как же Аркадий возмущался! Подозревал меня в желании развестись, ревновал и без конца твердил: «У нас все есть, зачем тебе учиться? Тебя что, не устраивает сколько я зарабатываю? И вообще ты должна уделять все внимание детям». Дети в тот момент уже ходили в садик. Он искренне не понимал зачем мне образование в принципе. Но я все равно вернулась в училище, несмотря на постоянное давление со стороны Аркаши.

Первый кризис закончился когда я получила диплом. Мы снова стали жить душа в душу, и я даже подумала что все разногласия – это случайность. Артем пошел в школу, а потом и Таня. А я решила устроиться на работу. К тому моменту что из себя представляет Аркаша я уже начала подозревать, но, во-первых, любовь была слишком сильной, а, во-вторых, лишать детей отца, когда мать не в состоянии себе на хлеб заработать – огромная глупость.

Но было еще кое-что. Кроме отца я не хотела лишать детей дедушки и бабушки. Я видела, как любит Артема Владимир Петрович, как на каникулы забирала обоих детей Вероника Сергеевна, его супруга. Будет ли такая же связь с ними после развода? Кто знает… А пока не возникало по-настоящему драматичных ситуаций, брак я сохраняла что есть силы. Но, вопреки желанию мужа, устроилась на работу. Сначала в скорую, а потом в Психиатрическую Больницу. Очень может быть что наш брак закончился бы еще тогда, семь лет назад. Но на мою сторону встали свекры. Владимир Петрович тогда так и сказал: «Что может дать детям мать, которая видит только четыре стены? Пусть работает!». Аркашу слова отца тогда остудили… Кстати сама Вероника Сергеевна много лет трудилась сначала учительницей химии, а после – завучем.

Мои мысли и воспоминания меня уносят куда-то не туда. А между тем надо поговорить по душам с дочерью. А может и правда, не сейчас? Может дать девочке переварить случившееся, а объяснить все завтра, когда у нее улягутся первые эмоции? И все равно меня разрывает тревога. Однако время скоро одиннадцать, всем пора спать.

– Я завтра после тренировки заеду к дедушке, – выводит меня из размышления Артем. – Я ему расскажу все что произошло. И видео надо показать будет.

– Да, это правильно, – киваю, – Видео я сейчас скину.

– Мама, ты спать ложись. Дедушка не даст нас в обиду, тем более что я его любимчик, – объясняет сын, а я невольно улыбаюсь. Его слова выглядят как будто наивно, но правда в них есть. А значит, надо не забыть повесить сушиться халат, чтобы он успел высохнуть, принять душ и лечь спать. Завтра вечером поговорю с Таней. Потому что, если начать ломиться к ней в комнату сейчас, мне кажется, будет только хуже.

Глава 12. Аркаша

Забрав ключи с работы, заезжаю за Лерой. Она стоит возле подъезда, недовольно поджав губы. Ну ничего, потерпит и привыкнет. Кто сказал что путь к счастью устелен розами?

– Долго ждешь?

Она закидывает сумку на заднее сиденье, а сама садится вперед. И даже не пытается делать вид что довольна ситуацией.

– Десять минут. Так и что?

– Что ты хочешь услышать? – нет, даже Лера меня раздражает. Делает максимально сложное лицо и вот это постоянное: «Так и что?» меня уже бесят не по-детски.

– Я хочу узнать, что мы дальше будем делать! Я хочу жить в той квартире, понимаешь? – ей-богу, как ребенок. «Хочу, хочу, хочу». А ведь сама всю жизнь в панельке с родителями.

– Пока поживешь в другой.

Воцаряется молчание, правда ненадолго.

– А мы куда едем? Это не центр… – сообщает с сомнением, глядя как мимо проносятся многоэтажки Бирюлево.

– А кто тебе сказал что мы едем в центр? – усмехаюсь. Да, много тебе предстоит открытий чудных.

– Твоя квартира ведь в центре… Ну, в которой Рита осталась. А это что, не там?

– Не там, – не могу сдержаться чтобы не передразнить Леру, – в Бутово она находится! Потому что это корпоративная квартира! Я же уже объяснял двадцать раз! Она покупалась не для меня!

– А у тебя нет еще одной? Такой же как та, где живет Рита?

– Нет! – рявкаю. Лера замолкает, и остальное время мы едем в полной тишине.

Я не хочу ей рассказывать, что на мою зарплату элитную недвижимость купить весьма затруднительно. То есть хорошо жить, не ограничивая себя, да, можно. А вот что-то серьезное и дорогое приобрести не получится. Да я на автомобиль просил у отца деньги! А этот жмот каждую копейку считает! Хотя ему давно пора на покой!

Остаток пути едем молча. Следующий виток начинается когда мы въезжаем в микрорайон и начинаем искать место для парковки. Разумеется попробуй найди! Лера сидит, не скрывая недовольства, а я, мысленно обматерив все и вся, наконец останавливаюсь около помоек, слегка перекрыв тротуар. Другого места все равно нет.

– Приехали.

– Далеко идти? – выйдя из машины, Лера оглядывает многоэтажки, после чего достает сумку с вещами.

– Не особо. Извини, возле подъезда припарковаться не вышло. – ядовито отвечаю.

Скоро полночь, а я только домой вернулся. Если это можно назвать домом. Мы поднимаемся на лифте, и я осознаю что не готов жить в подобных условиях. Ну уж нет! Я съеду отсюда при первой же возможности!

Лера выглядит потухшей. Она молча разглядывает исписанные стены лифта, правда не говорит ничего. Уже смирилась что с дворцом придется немного подождать. А я еще посмотрю насколько она и вправду меня любит. В смысле меня, а не мои деньги.

Когда я открываю дверь квартиры, а ноздри бьет характерный затхлый запах. С презрением оглядев прихожую, я скидываю на пол сумки и, разувшись, прохожу в комнату.