Реинкарнация архимага. Тетралогия (СИ) - Богдашов Сергей Александрович - Страница 120

– Знаете, Марципанова предложила мне в жёны двух сестёр Янковских, – глядя мне в глаза, произнёс Канин, предлагая чокнуться.

– Совет вам да любовь, – легко согласился я на его предложение, и по‑моему, он выдохнул, – Стоило ради такого с меня клятву требовать.

– Ещё как стоило, – поморщился Владимир Владимирович, заедая коньяк лимоном без сахара, – Потому что это было вступление. Дальше я поделюсь с вами парой постыдных семейных тайн.

– Может не стоит?

– Допускаю, что вы мне откажете, но слово с вас я взял. Нарушите – наживёте во мне смертельного врага.

– Ой, вот только угроз не надо. И в мыслях ничего такого не было. Не поверите, но мне своих тайн хватает.

– Тогда погодите, я сейчас закуски посерьёзней закажу. Разговор у нас долгий предстоит, – поднялся с места Канин, и выйдя за двери, отдал какие‑то распоряжения.

Что разговор будет долгий, я осознал, как только увидел, каких размеров нам внесли сырную, мясную и рыбную тарелки. Кстати, на последней, моя любимая севрюга горячего копчения прямо‑таки обильной горкой выложена. Нас бы с ней один на один, да в чулан, где никто не видит, а вот за столом… эх‑х‑х, придётся по ломтику таскать.

– Детей у меня нет, и жена умерла, – начал своё повествование Владимир Владимирович, – Но есть младший брат, пьяница и картёжник, и его сын, воришка. Лет шесть назад, когда они у меня гостили, мне брату пришлось морду набить, когда он по пьянке барагозить начал, с чего‑то вдруг вздумав требовать с меня деньги, а его сынок у меня пять лучших экземпляров спёр из той коллекции, что я восемь лет собирал. Нет, я пропажу потом нашёл и выкупил, если что, в ближайшем же ломбарде, но осадок от визита родственничков остался. Я тогда, сгоряча, даже свою коллекцию монет в музей сдал, лишь бы она не им досталась. Всё же по ветру пустят. Прокутят, проиграют или в ломбард за копейки снесут. Так что, единственных родственников я от себя отрезал, а все другие у нас эпидемию холеры не пережили. Может, и есть где‑нибудь какие‑то далёкие, но как мне стряпчий подсказал, случись мне умереть, и брат всё отсудит, а у них шансов нет. А я этого не хочу. У меня пять коллекций европейского значения, и больше десятка таких, что для Державы значение имеют. Да что там говорить – одних полотен голландских художников на изрядную сумму наберётся, случись мне их продать. Я их по случаю покупал, а вот подиж ты – они в изрядной цене нынче.

– Вы это к чему? – уже сам наполнил я наши бокалы, поняв, что Канина понесло.

– Сын мне нужен! А лучше два сына, и чтобы оба Одарённые, – задрал свои глаза в небо Владимир Владимирович, и накатил, не чокаясь.

Так‑то вторая бутылка уже пошла, и бодро. Вот‑вот закончится.

– Ну, невест же вам нашли. Кстати, а девушки не возражают? – слегка поёрзал я на стуле, припоминая свои эксперименты с его потенциальными невестами.

– Дело во мне. И я ещё раз напоминаю вам про ваше обещание, – выстрелил в меня Канин взглядом, – У меня не может быть детей. Довелось в юности долгое время в проруби пробыть. И всё. Напрочь себе мудя отморозил. Протез у меня теперь вместо них. Трубочка серебряная, чтобы малую нужду справлять. Чисто для туалета. Всё остальное отрезать пришлось. Иначе подох бы от гангрены. Понятно?

Я лишь кивнул в ответ, выпив, не чокаясь.

– Барон, я могу считать, что мы договорились?

– Я же обещал, никому ни слова не скажу, – потянул я к себе в рот пластик севрюги, готовясь принять его вкус, как положено.

Неземное наслаждение, если что.

– Я вас про наследников спрашиваю, – добавил Канин сталь в голосе, – Мне нужны двое мальчиков. Одарённых. Вы сможете мне помочь?

– Э‑э‑э, я правильно вас понял? – неуверенно промямлил я в ответ.

– Правильно, – сказал Канин, как отрезал.

– Тогда несите ещё коньяк и пополните закуску. Это стоит обговорить по‑трезвому – постарался я изобразить умное лицо, – Я же у ваших наследников, как минимум, крёстным буду.

С чего я это ляпнул и откуда взял – не спрашивайте. Само пришло.

Зато, как логическое завершение разговора – на золотую прокатило.

Следующие две бутылки коньяка у нас пролетели лёгким соколом. Молча и быстро. Наливали, и поглядывая друг на друга, поднимали бокалы, каждый за своё. Без слов. И лишь потом у меня наступила спасительная сплошная полоса забвения.

Вырубился.

Скачивание для Подписчиков и Друзей включено. Приятного чтения!

Глава 6

Обычная суета  

Пробуждение вышло тяжёлым. Потолок надо мной пытался кружиться, во рту присутствовал филиал Аравийской пустыни, а всё пространство вокруг было наполнено низким утробным гулом.

Не понял. Такого со мной никогда не было. Вот это мы посекретничали с Каниным!

Стараясь не делать резких движений, я осторожно поднялся, чтобы оглядеться. Определённо я у себя в спальне. А тут и причина неважного состояния нашлась. Мой лечебный амулет лежал на прикроватной тумбочке. Зря я его снял. Будь он на мне ночью, я бы сейчас так не мучался. Тут мне на глаза попался запотевший кувшин со стаканом. Аграфена, добрая душа, позаботилась. Подрагивающей рукой наполнил стакан и сделал пару глотков. По виду, запаху и вкусу – рассол от квашеной капусты. Не, не тот коленкор. Средство может и хорошее, народное, но для моего сегодняшнего состояния нужно что‑то более радикальное. Взгляд упал на ещё не разобранный саквояж. А что, если…

Две капли модификатора на стакан… Рассол приобретает едва заметный синеватый оттенок. Задумчиво покачав стакан, чтобы жидкость перемешалась и приобрела ровный цвет по всей ёмкости, рискую сделать первый глоток. Вкус почти не изменился, разве, что стал чуть более терпким. Делаю второй глоток, и о чудо! Вроде отпускать начинает. В несколько жадных глотков осушаю стакан, и вытирая капли с подбородка, пролитые от излишней торопливости, осторожно опускаюсь на подушку. Работает!

Ощущения – словно ребёночек голенькими ножками по сердцу побежал! Лепота…

Минут через десять на кровати лежал и счастливо болтал опущенной ногой абсолютно счастливый человек. Хорошо‑то, как, Господи… А мысли какие великолепные в голову лезут.

– Опохмелятор Энгельгардта, – произнёс я вслух, чтобы прочувствовать всю значимость снадобья, которое способно осчастливить добрую четверть населения планеты, – Он сделает мою фамилию знаменитой. Не хуже, чем водка Смирнова или реакция Вассермана (тьфу‑тьфу три раза).

Когда счастья много, им хочется поделиться. Повторив рецепт ещё раз – две капли на стакан рассола, я накинул найденный в шкафу длинный домашний халат, и со стаканом в руках пошёл в сторону кухни.

– Аграфена, найди какую‑то бутылку подходящую, чтобы в неё этот стакан перелить можно было и подавай завтрак, – вовсе не по‑барски уселся я за кухонным столом.

Не прошло и пяти минут, как проворный Миколка, с чекушкой опохмелятора в руках, понёсся к особняку Канина. Тут недалеко ему бежать, и трёх кварталов не будет.

Надеюсь, мой торговый партнёр, и в некотором смысле, почти что родственник, по достоинству оценит сей щедрый дар. Так‑то, от души.

Сказать честно, никаких особых планов я на этот отпуск в Саратове особо не имел. Да, остались некоторые незавершённые дела, но не готов сказать, что вот прямо они горят. Хотя, один вопрос я не забыл. Вот только вчера он мне к слову никак не пришёлся. Не готов я был у Канина начать выспрашивать фамилии и явки тех, кто на окраинах Саратова малолетками барыжит. Не тот момент.

Своим отпуском я больше интересовался ради собственной прокачки, которую смогу провести в спокойной обстановке. Был у меня интерес и в опробовании продаж моих экспериментов травника, вот только я пока не очень себе представляю, как их можно подать, чтобы поверили. Не ходить же мне с транспарантом – «Поднимаю магический уровень, недорого».