Реинкарнация архимага. Тетралогия (СИ) - Богдашов Сергей Александрович - Страница 127

– Четыре сантиметра за час! – не удержался новый апологет, нынче истинно верующий в Магию, чтобы не измерить её возможности привычными ему методами.

Он бы и дальше наблюдал, но тут уж я настоял на том, что поездка сейчас крайне своевременна. Осень. Когда ещё выдастся день с погожей погодой. А месить по дождям грязь сельских дорог – удовольствие сомнительное. Так что – едем, и немедленно!

Профессор, которого с трудом удалось оторвать от созерцания быстро растущих колосков, немного поворчал, но в дорогу собрался живенько, прихватив с собой один из своих саквояжей.

– Чтобы попусту время не терять, соберу образцы и сделаю быстрые анализы почвы с разных участков. Должен же я понимать, с какой землёй мне предстоит работать, – правильно истолковал он мой вопросительный взгляд на его позвякивающий багаж.

Хороший настрой у профессора, он заряжен на результат, и это радует!

Все два с половиной часа, что мы пробыли в пути, я впитывал знания. Самые разные. Как необходимые, так и не очень. Мой дядюшка – уникальный человек! Ходячая энциклопедия! Ни один мой вопрос он не оставил без ответа. Казалось, он знал всё!

Он обращал внимание на такие мелочи, которым я бы никогда не придал значения.

К примеру, какая мне разница, какие из сорняков где растут? Оказывается – это косвенный показатель типа почв! Кислотные почвы любит лютик и подорожник, нейтральные пырей и осот, щелочные – люцерна и вьюнок. И чем лучше развиты эти растения, тем сильней показатели той же кислотности.

Заодно по видам растений можно узнать, какие из почв богаты кальцием или магнием.

Я тут же начал интересоваться травами, разумеется, с точки зрения фармакологии. И тоже узнал много нового.

– Владимир, а ты на дорогу смотрел?

– Ям много?

– Я не про то, местами дорога была неплохо отсыпана, пусть и давно. Но ты на камушки посмотри, – ткнул дядюшка в сторону обочины, куда колёсами телег и повозок с дороги были откинуты довольно крупные камни.

– М‑м, и что я должен среди них увидеть? – даже не попытался изобразить я удивление, оттого и вопрос задал искренне.

– Вряд ли отсыпку везли издалека, а значит местные породы в основном состоят из известняка, мергеля и опоки.

– Это важно?

– Как сказать. В России строительные смеси и изделия из них постепенно входят в моду, хотя известны уже лет пятьдесят. Именно тогда, благодаря мастеру Егору Челиеву, был получен первый цемент. Результаты Челиев изложил в книге «Трактат об искусстве приготовлять хорошие строительные растворы», изданной в Петербурге. Если задумаешь большое строительство, то сырьё для него у тебя прямо под ногами находится. Да, нужно будет вложиться, но это окупится. При хороших объёмах выйдет намного дешевле, чем из привозного кирпича что‑то большое возводить.

За время поездки я выслушал ещё много всего интересного.

Собственно, профессор высказывался обо всём, мимо чего мы проезжали.

К примеру, я многое узнал про липы и прочие медоносы. Александр Николаевич даже периоды цветения основных видов медоносов примерно определил, загружая меня цифрами. Зато я теперь знаю, что иван‑чай вполне может конкурировать с липой по добываемому мёду с его цветов.

Сравнение коровьего стада с его смоленскими аналогами вышло не в пользу местных особей, зато овцы оказались хороши. Но в особый восторг профессора привели гуси. По его словам, они чуть ли не в полтора раза массивней своих смоленских собратьев.

Когда показалось усадьба имения Петровское, я был настолько переполнен самыми разнообразными сведениями, что перестал их в какой‑то момент воспринимать. Мозги попросту запросили пардону и ушли в отгул. Так что во двор усадьбы я въехал со слегка остекленевшим взглядом.

Полугрюмова нам нашли быстро, и управляющий повёл нас по ремонтируемой усадьбе. Ремонт ещё был закончен не полностью, но до его полного завершения, со слов управляющего, оставалось не больше пары недель.

При первом знакомстве усадьба показалась мне небольшой. Как выяснилось, зря. Я тогда просто не стал заходить, оттого и не понял, что выстроена она в виде буквы П, где верхняя её часть и есть та, что смотрит парадным входом во двор.

Что взволновало профессора – так большое помещение на первом этаже в правом крыле. Не удивлюсь, что прежние хозяева планировали здесь изобразить зал для танцев.

Отчего‑то дворяне повёрнуты на том, чтобы пару раз в году дать бал. Просто фетиш какой‑то у них на этом деле.

– Это же можно переделать в оранжерею под круглогодичные опыты… – словно заворожённый, медленно начал оглядывать профессор ещё недоделанный зал, – Вот только света не хватит, – спустя полминуты, с досадой заметил он, собираясь отказаться от своей мечты.

– Со светом я вам запросто помогу, – остановил я профессора, когда он уже засобирался на выход, – Есть у меня пара разработок на перспективу. Думал, предложить их для устройства балов, но и для нашей цели вроде должны подойти. Просто скажите, сколько и каких светильников вам потребуется? К примеру, вот таких по свечению, – скастовал я здоровенный Светляк, загоняя его под потолок.

– И где я мага возьму? – полюбовался Александр Николаевич на освещение, но затем отрицательно мотнул головой.

– Я вам поставлю артефакты. Самозаряжающиеся. Двадцать часов они будут заряжаться, а потом четыре часа примерно так светить, как мой Светляк. Для оранжереи такого света достаточно?

– Володя, ты же не шутишь?

– Да какие шутки! У меня эта модель уже полтора месяца в черновиках готова. Всё руки не доходят, чтобы её в металл перенести.

– А ты сможешь зажечь здесь сразу четыре таких светильника? Мне бы посмотреть – хватит или нет света растениям, – попросил профессор.

Зажёг четыре, и ещё раз повторил, что артефакты ничуть не хуже будут светить.

Тут я ни разу не соврал. Примерно на то они и сконструированы.

Что такое бал, который кто‑то из дворян надумал устроить зимой? Прежде всего – это порядка двух – трёх сотен свечей, каждая из которых толщиной в два пальца. Денег на них уходит изрядно. Но гораздо больший недостаток в том, что они нагревают воздух и делают его душным, выжигая кислород. В какой‑то момент, когда я планировал и изобретал для себя доходы, идея с такими светильниками показалась мне здравой, чтобы заменить ими люстры со множеством свечей, но гораздо больше тогда меня увлекла связка Камней.

У меня скопилось большое количество Камней из тех же сусликов – мутантов и сайгаков.

Мелочёвка, на которой что‑то серьёзное и достойное вряд ли создашь. А вот если взять четыре Камня, и использовать хитрую схему их подключения, то они очень даже ничего выглядят!

Просто два камня включаем последовательно, а потом их стыкуем с такой же парой, но уже включённой параллельно. В итоге получаем очень приличный накопитель Силы, и уже совершенно другого класса, как и ценовой категории. Недостаток у него всего лишь один – он громоздкий. Зато по всем остальным параметрам вполне соответствует тому, который дороже его раз в десять – двенадцать.

Так‑то – замечательно же? Я сообразил, как из мелких Камней, чуть ли не мусора, сооружать нечто крутое! Пусть сложно, зато каков результат!

– Если ты ещё скажешь, что и обогрев в этой оранжерее будет от магии… – подбежал ко мне профессор, успев обследовать все углы зала на предмет освещённости.

– Пф‑ф‑ф. Тут две печи – голландки, а для усадьбы я заказывал четыре воза дров. Василий, их уже привезли?

– Три воза уже в сарае, а четвёртый начальник вашей охраны попросил чурбаками доставить на задний двор. Охранники их ради тренировки колют, чтобы удар топором нормально поставить, – уловил я в голосе управляющего тревожные нотки.

– С местным населением трудности были? – в лоб спросил я у Василия.

– У меня – нет, а вот с наймом работников на поля ожидаются проблемы.