Реинкарнация архимага. Тетралогия (СИ) - Богдашов Сергей Александрович - Страница 57

А сегодня его известили ещё об одной возможности. На радостях он даже лично аванс отвёз.

Кто же знал, что вечером все переменится.

С Федосеихой, бывшей содержательницей дешёвого публичного дома, выкинутой конкурентками с рынка услуг, Батрукин познакомился случайно. Уже перед самым выпуском из училища один из его приятелей решил угостить всех «свежачком», отмечая свой день рождения. Тогда ассортимент парня впечатлил, и он стал завсегдатаем.

Когда его отец умер, Иван Иванович переселил Федосеиху во вполне приличный дом, а потом и сам туда почти переселился. А почему бы и нет, если все его фантазии она исполняла, поставляя любых девиц на заказ. Вот и сегодня бывшая бандерша из Затона двух белокурых молоденьких близняшек привезла, которые уже голышом сидят в спальне, ко всему готовые.

Ещё раз перечитав обе панические записки от подкупленных им чиновников, Батрукин покачался на стуле, в раздумьях, и лишь потом позвал Федосеиху.

– Сможешь найти мне исполнителей, которые одного подпоручика уберут? – решился наконец купец, не в силах отказаться от столь весомого куша, – Он у Янковских живёт сейчас, на Сергиевской улице.

– Завтра к обеду скажу… – хмуро отозвалась Федосеиха, которой вовсе не улыбалось окунаться в тот криминальный мир, из которого она чудом выплыла, – Вы бы к девкам шли. Их родакам всего лишь до полуночи оплачено, – не стала она уточнять, что платой тем алкашам стала всего лишь бутыль самого дешёвого самогона, и девчата взяты до утра.

– Продли, – оправдал её надежды купец, с которого она потом вдесятеро возьмёт, и вовсе не самогоном, а приятно хрустящими ассигнациями.

В спальню Батрукин направился с гордо поднятой головой – никто не посмеет встать между ним и изобретённым им путём к богатству.

До ужина я решил заняться расширением энергоканалов и развитием их эластичности. Пока именно они меня сдерживают в плане применения более сильных заклинаний, заставляя вводить серьёзные ограничения. Есть и ещё одна проблемка, и тоже связанная с каналами. Мне очень хочется внедрить в свою магическую структуру первую Печать. Да, создать её будет непросто. Работа тонкая, архисложная и кропотливая. Но… Вот это НО меня и напрягает – Печать поставить легче, чем потом её удалять. Придётся буквально вырывать её из своего магического каркаса. Оттого мне и хочется создать её с некоторым запасом, так сказать – на вырост. Чтобы не пришлось потом удалять и ставить на её место другую – более мощную. Вот только сделать я этого пока не могу – не хватает пропускной способности каналов.

Сегодняшняя тренировка должна была стать болезненной, но необходимой.

Я сел в позу лотоса, закрыл глаза и погрузился вглубь себя, ощущая переплетение магических путей, по которым циркулировала энергия. Они напоминали узкие реки, едва справляющиеся с мощным потоком, когда я применял заклинания высокого уровня. Если я хотел установить Печать, требовалось не просто расширить их, но и сделать гибкими, способными выдержать внезапные всплески силы.

– «Начнём с малого», – прошептал я, направляя ману в ближайший канал.

Не в их пучок, а в один – единственный. И так со всеми по очереди…

Ощущение было похоже на то, как будто мне в вену вливали раскалённый металл. Я стиснул зубы, но продолжал. Постепенно энергетический путь начал расширяться, а стенки растягивались, становясь эластичнее. Но стоило мне ослабить давление, как канал тут же пытался вернуться в прежнее состояние.

– «Не так быстро», – мысленно приказал я сам себе, усиливая контроль, и набираясь терпения.

Процесс требовал не только силы, но и филигранной точности. Один неверный шаг – и канал мог лопнуть, а его восстановление заняло бы недели. Я медленно, миллиметр за миллиметром, продвигался вперёд, укрепляя стенки дополнительными слоями энергии и раз за разом повторял своё упражнение.

Через час работы я почувствовал, что пропускная способность увеличилась примерно на треть. Уже неплохо, но для задуманной мной Печати этого было мало.

– «Теперь следующий этап», – подумал я, переключаясь на центральный канал, ведущий прямо к ядру магии.

Именно через него должна была пройти основная нагрузка при активации Печати. Но здесь таилась другая проблема: если переусердствовать, можно повредить саму сердцевину Силы. Я действовал осторожнее, чем прежде, словно хирург, оперирующий на тончайших нервных окончаниях.

Внезапно резкая боль пронзила грудь – я перестарался. Энергия забурлила, вырываясь из‑под контроля. Пришлось срочно ослабить давление и перейти к стабилизации.

– «Чёрт…», – выдохнул я, чувствуя, как по спине струится холодный пот, – «Чудом успел».

Но отступать было нельзя. Я сделал паузу, дал каналу успокоиться и снова начал, но уже с меньшей интенсивностью. Постепенно центральный путь стал расширяться, а его структура становилась плотнее и устойчивей.

К моменту, когда солнце склонилось к закату, я добился значительного прогресса. Каналы стали шире, а их эластичность возросла почти вдвое. Всё ещё маловато для идеальной Печати, но уже достаточно, чтобы задуматься о её размерах.

Я открыл глаза, чувствуя приятную усталость.

– «На сегодня достаточно. Завтра продолжу», – пообещал я сам себе, вставая и разминая затёкшие ноги.

Ужин был превосходный, как всегда. Собственно, меня именно он и подвиг на то, чтобы на завтрашний день пригласить всё семейство Янковских в «Приволжский Воксал». Понравилось мне заведение, да и семейству стоит воздать должное за их хлебосольство. Отобедаем, себя покажем и на людей посмотрим, глядишь, спишу я с себя часть долгов, а то уже мне как‑то не по себе. Злоупотреблять гостеприимством в мои планы никак не входило. Думал, проведу в Саратове дня три, а потом ближайшим пароходом к себе, на заставу. А тут на тебе – застрял, и надолго.

Понятное дело, что от вечерней прогулки под Луной, отказаться было невозможно. Барышни как с цепи сорвались. Застоялись, кобылки. Молодость, понимаю. Хочется всего и сразу.

На этот раз мы гуляли долго. Яна с Анной постоянно вспоминали, что, по их мнению, я должен увидеть в самых удалённых уголках их сада.

Уже стемнело, но собаки не выли, что с радостью отметили обе девушки, и переглянувшись, тут же сменили тему.

– У нас в Саратов в прошлое лето гусарский полк прибыл и почти две недели на постое стоял, – начала Яна.

– Да, весь город встряхнули, – подтвердила Анна.

– А с вашего училища никто в гусары не пошёл?

– Нет, конечно. Не наш профиль. Да и финансовые возможности наших курсантов такое вряд ли бы позволили. Гусары, если вы знаете, за свой счёт экипируются и коней покупают. Зачастую, очень дорогих, которые не одну тысячу рублей стоят, – слегка расстроился я, вспомнив не к месту конный завод Шуваловых, который был мной уничтожен.

– А уж сколько девиц они совратили… – закатила Яна глаза.

– И не только девиц, – поправила её более рассудительная сестра.

– А некоторых даже с собой увезли.

– Зато, когда наши знакомые вернулись через месяц, то нос перед нами задирали, всем своим видом давая понять, что у них уже было !

– Но перед свадьбой сваха с врачами вместе их осматривала, и сказала, что они женщинами не стали. Как так?

Признаться, я слегка оторопел от такой постановки вопроса и откровенности сестрёнок. Понимаю, что они меня провоцируют, но не с таким же перебором! Хорош я буду, если в ответ на гостеприимство Янковских отвечу развращением их дочерей.

Или это хитрый приём и им Лариса Адольфовне отмашку дала, освобождая их от некоторых условностей этикета? Вполне похоже на то, а этим оторвам только дай. Очень живые и непосредственные девушки…

– Эм‑м‑м… Видите ли, это далеко не те вопросы, на которые я готов отвечать, – сказал я, и понял, что прозвучало это как‑то неубедительно.