Реинкарнация архимага. Тетралогия (СИ) - Богдашов Сергей Александрович - Страница 61

– Лариса Адольфовна, может вы мне посоветуете, где найти управляющего в особняк, и прислугу какую?

Особнячок‑то Полуэктова у меня бесхозный стоит. Из прислуги некромант никого в живых не оставил. И на купленном им загородном имении стройка не завершена.

Я скоро уеду, и кто всем этим займётся?

К моему удивлению, даже отец семейства обеспокоился. Кстати, он и предложил неплохой вариант.

– В нашем загородном имении, с деятельности которого, собственно, мы и располагаем основными доходами, есть управляющий. И у него два сына. Два, – для наглядности продемонстрировал он мне эту цифру на пальцах, – Но если первого он готовит себе на смену, то второй…

– Сколько ему лет? – прервал я его неспешные рассуждения.

– Хм… Точно не скажу, но он наверняка постарше вас будет, пусть и незначительно.

– Устраивает. Как мне вашего протеже увидеть?

– Можем сегодня же до нашего именья съездить. Тут недалеко. Двенадцать вёрст. За полтора часа доберёмся.

– А то, моё загородное имение, нам не по пути будет? – спросил я, чисто на всякий случай.

– Придётся крюк сделать, но невеликий. – подумав, ответил Сергей Никифорович, – Ваше новое имение на Волгу выходит.

– Тогда на обратном пути заглянем, если не возражаете.

– Мне самому любопытно будет посмотреть, что там у вас и как, – вполне искренне ответил Янковский.

Упс‑с… А чего это у нас барышни с маменькой переглядываются, а теперь, так и вовсе подозрительно шепчутся? Не к добру это…

– Дорогой, – излишне сладко пропела Лариса Адольфовна, и её супруг чуть вздрогнул, – Нам с девочками тоже не помешает небольшая прогулка. Пожалуй, мы составим вам компанию.

– Э‑э‑эм… Но пролётка для пятерых…

– Значит прикажи карету заложить, а мы пока пойдём переоденемся, – сказала ему супруга, как отрезала.

После чего все женщины нас быстренько покинули, не оставляя шансов на невысказанные возражения, которые не вдруг пришли в голову.

Не мне. Я тут вообще зритель, а девочки – они такие девочки… У них свои мысли в голове. Нам, мужчинам, недоступные.

В ответ на вопросительный взгляд Янковского, я лишь плечами пожал, чтобы не рассмеяться. Раз совместный выезд предрешён, о чём он меня спрашивает?

Сергей Никифорович себя, как хочешь может выставлять, хоть альфа‑самцом, но всё‑таки он махровый подкаблучник.

Я же не ошибаюсь?

Парень, протеже Янковского, произвёл на меня приятное впечатление. Опрятно и со вкусом одет, пусть и небогато. Судя по представленным документам, он с отличием закончил Саратовское коммерческое училище. Заодно я выяснил, что Василию Полугрюмову двадцать четыре года. Речь у парня чистая, грамотная, без крестьянских меканий и паразитических оборотов. И взгляд понравился – честный и без подхалимства.

– Твой отец сейчас сколько получает? – спросил я у него.

– Шестьсот рублей в год деньгами. Кроме того, ему предоставлен дом, дрова на зиму, служебная пролётка и предусмотрена оплата за сено с овсом для коня.

– Могу тебя взять на таких же условиях на испытательный срок в три месяца. Если сработаемся, дальше поговорим про увеличение оклада. Устроят такие условия? – я ещё не закончил, как по его загоревшимся глазам уже знал ответ.

– А что нужно делать?

– Получить максимальную прибыль с загородного имения. Закончить там строительство, и найти для городского особняка трёх – четырёх человек в обслугу.

– Когда приступать?

– Если лошадку какую‑нибудь себе найдёшь, то в моё имение прямо сейчас можно будет проехать. Для ознакомления.

– Я мигом. Отец ещё нашу пролётку не распряг.

Кстати, ехали мы не без приятности. При посадке в карету Янковских я ожидал, что мы с Сергеем Никифоровичем займём передний диван, а дамы усядутся на задний, который побольше размером, но нет. Передний диван заняли супруги, а я оказался на заднем, между обеими барышнями, которых такое положение дел ничуть не смущало. Собственно, и сидели мы не впритирку друг к другу, а на вполне приличном расстоянии, но виды мне порой открывались прелестные, и не только за окнами кареты.

Имение Петровское, а именно так оно значилось в документах, скорей всего было так названо в честь ручья Петровка, который служил границей моих земель. Другой границей оказался безымянный ручей чуть выше, если ориентироваться на течение Волги. Почти две с половиной тысячи казённых десятин * – это много. Тем более – с шикарным выходом на берег великой русской реки.

– Сергей Никифорович, а вам не кажется странным, что Полуэктов смог урвать столько земель? Я даже представить себе не готов, сколько они могут стоить, – воочию увидев размеры полей, невольно проникся я масштабами.

* Одна квадратная верста равна сто четырём казённым десятинам. Размер казённой десятины был определён с 1753 года и составлял 2 400 квадратных саженей, что в метрической системе соответствует 1,0925 гектара

– Многое от хозяйствования зависит. После отмены крепостного права помещики, кто не пожелал в дела вникать, очень быстро разоряться начали. Вокруг Саратова десятки, а то и сотни имений раза на два заложены и перезаложены. Не удивлюсь, если и ваше Петровское было Полуэктовым у банка за долги выкуплено.

Из окон кареты я видел, что поля, меж которыми шла дорога, были возделаны, а неудобья вдоль ручьёв отведены под покосы и пастбища. Значит, какое‑то хозяйствование тут всё‑таки ведётся. Отчего же помещик разорился?

Впрочем, всё стало ясно, когда мы заехали в Черёмушки, чтобы посмотреть на усадьбу.

Она оказалась не достроена, зато в центре села возвышался двухэтажный терем управляющего, где двор, внушительного размера, почти весь скрывался за серьёзной оградой.

Кажется, я знаю, отчего именье убыточным стало.

– Василий, именье и усадьбу ты видел. Надеюсь, объём работ понятен. Сможешь послезавтра приехать в Саратов? В особняк Янковских.

– Смогу, а зачем?

– Стряпчий мне к тому времени пообещал документы на владение приготовить. Так что поедем власть менять. Но не нахрапом, а с бумагами на руках. На законном основании.

– Вдвоём?

– Конечно нет. Думаю, тебе на первое время отставники не помешают. Человек пять – шесть. Те, что знают, с какого конца за винтовку держаться. Есть у тебя такие на примете?

– Найду. Что им обещать?

– Работу в охране поместья. За сколько согласятся?

– Рублей двенадцать – пятнадцать попросят, и обмундирование с питанием. Они так привыкли, пока служили, – довольно быстро сообразил парень, и мне его ответ понравился.

– Вот с ними и подъезжай. Выбор за тобой, так как именно тебе с ними жить и работать.

– А что сейчас? Мы просто уедем?

– Конечно. Мы же всё увидели. Поняли. Теперь наша задача – вора не спугнуть раньше времени. Поэтому, езжай пока за нами, а к себе вернёшься другой дорогой. Пусть думают, что мы тут проездом и останавливались случайно, чтобы на этот пафосный недострой полюбоваться.

Усадьба, и в самом деле задумана, как маленький дворец. С колоннами, поддерживающими большой балкон с видом на Волгу, и здоровенным фонтаном посреди двора.

Не знаю, для чего эти излишества нужны были прежним владельцам, но мне – архимагу, они никак не повредят. Статус – его нужно будет поддерживать. Так что – пусть будут.

Вёрст через шесть Василий, помахав рукой, свернул на одну из просёлочных дорог, а мы продолжили движение к Саратову.

Хех, судя по времени, моё будущее имение к городу чуть ближе, чем у Янковских. Минут на пятнадцать обратный путь быстрей вышел.

По прибытии в Саратов я попросил не распрягать карету, чтобы ненадолго ей воспользоваться. Утомлённые поездкой Янковские только рукой махнули, а я успел поместить солдатские ранцы в банк, потратив на всё меньше часа.