"Фантастика 2026-7". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Арниева Юлия - Страница 605

— Просрал свою душу! Я помню! И не надо каждый раз про это напоминать, — невежливо перебил его я. — Кстати, говорю сейчас без шуток. Ваш алкаш, впрочем, как и все подобные ему, очень себя любит и любые проявления понимания своей «тонкой натуры» воспринимает на полном серьёзе. А если принять во внимание его недоверчивость, то получается замечательная почва для налаживания нужного контакта — пригодится по возвращении. Сам сказал, что Вебля… Блин!.. Веблия попытается настроить Ипрохана против меня — надо постараться уравнять шансы.

— И как ты их будешь уравнивать?

— Как он любит — обильными возлияниями. И ещё… Раз ты такой маг знаменитый, то можешь сделать определённые картинки?

— Картинки? Думаешь этим пронять? Зря. Наш Владыка пейзаж от портрета с трудом отличает.

— Эти отличит! Верное средство.

Взяв со стола чистый лист, я схематично нарисовал колоду карт, дав рекомендации к картинкам и по качеству бумаги.

— Сделать несложно, но зачем? — спросил Кортинар, рассматривая мои каракули.

— Много различных вариантов игр с этими картами — от простых до сложных. Заинтересую Ипрохана одной — будет ждать меня, чтобы научил другим.

— Не заинтересуешь. Король любит жестокие игрища, — возразил старик. — Охоту на людей, например. Неугодного или преступника отправляют в лес, и вся дворцовая знать на него устраивает облаву.

— Не хило! Но такое и в моём мире бывало не раз. Только, чтобы на коня залезть, надо свой невменяемый зад от трона оторвать, а тут можно насладиться унижением проигравшего, не выходя из покоев и в любую погоду. Сделай, а?

Где-то через час творческих мук, передо мной лежали новенькие картишки, шикарно прорисованные и с одинаковыми «рубашками».

Ловко перетасовав колоду, я объяснил Кортинару значимость каждой карты.

— Не пойдёт, — сказал он. — Если Ипрохан увидит, что король не главный и может быть «побит», то лучше сам закопай себя на кладбище. К своей власти он слишком ревностно относится и не простит даже намёка на бунтарские мысли.

— Видно, часто народные волнения у вас бывают, раз такой пуганый?

— Были. Последний голодный бунт случился лет пять назад, после очередного повышения налогов. Подавлен жестоко, быстро и очень кроваво. Больше желающих нет.

— А аристократы не пытались под ребро нож сунуть?

— Глупый вопрос, но для тебя простительный. Нет. Не пытались и пытаться не будут. Короля убить может лишь другой представитель королевских династий. Харм… Огонь затухает.

Ящер метнулся к камину и быстро его раскочегарил.

— Сейчас я поясню тебе некоторые моменты, чтобы ты представлял, насколько сложно сменить власть. Начну с истории мира. Очень давно, когда Маллия ещё была пуста.

— Кто?

— Так называется наш мир. Не перебивай. Так вот, когда Маллия была пуста, на неё наткнулись Творцы. Посмотрев на прекрасные горы и реки, на бездонное голубое небо и бескрайние зелёные леса и степи, они восхитились и решили сотворить здесь жизнь. Первые люди появились из их крови, но Творцы не успокоились на этом, сотворив из земли и воды слуг. Позже появились птицы, рыбы и прочие животные. Каждому Первочеловеку были даны свои угодья, чтобы они могли оберегать и охранять их. Уже перед самым уходом из Маллии Творцы решили обезопасить своих детей, установив в каждом королевстве Кристалл Истины. Лишь только тот, в ком течёт истинная кровь, может, прикоснувшись к нему, получить право повелевать. Любой другой человек, возомнивший себя выше других, умрет при соприкосновении с Кристаллом, а если попытается убить потомка Перволюдей, то сгорит в магическом пламени ещё до того, как осмелится совершить подобное преступление.

— Нестыковочка, Уважаемый! — не выдержал я. — Сказка, конечно, любо-дорого послушать, но как же тогда власть «отжимают» короли друг у друга?

— Процесс сложный, но возможный. На детей Творцов подобные запреты не распространяются. Бывали даже дворцовые перевороты, когда кто-то из династии, убив своих родственников, садился на трон. Так же и с чужими наделами. Вторгшееся войско после победы, просто, пленяет короля и привозит его к своему Владыке. Тот казнит неудачника собственноручно и, прибыв на новые земли, возлагает длань на местный Кристалл Истины, подтверждая своё право властвовать.

— Хм… — почесал затылок я. — Действительно, всё сложненько. Теперь понятно, почему Ипрохан ещё живой. Может, кто-то из детишек его постарается исправить это недоразумение?

— Есть только дочь, но она вряд ли сможет. Захватив магическую власть в Нагорном королевстве, Веблия Затнийская сделала всё возможное, чтобы очернить Греяну и, как следует, напугать короля, внушив тому, что наследница желает его смерти. Убить принцессу Владыка не решился, а вот устроить для неё хорошо охраняемую тюрьму в одном из замков — устроил.

— То есть, шанс сместить его всё-таки есть?

— Призрачный. Босвинд — место заточения Греяны — охраняется не только верными псами короля, но и с помощью магии. Веблия расстаралась на славу.

— Значит…

— Значит, да. Всё опять упирается в Первую Советницу, — согласился Кортинар, правильно поняв направление моих мыслей.

— Будешь решать проблему с моей помощью. Так ведь?

— Проблемы. Всё взаимосвязано. Больше тебе не стоит пока знать.

Замолчав, маг посмотрел на огромные, с одной стрелкой часы, стоящие в углу кабинета и продолжил:

— Время. Ипрохан должен уже проснуться и начать опохмеляться. Тебе пора к нему, пока ещё король хоть что-то соображает. Харм, накинь полог невидимости и проводи Илия.

— Как там наш кандидат в шуты? — минут через десять спросил Кортинар у появившегося ящера.

— У короля.

— Прошёл к нему через охрану?

— Не поверишь, Хозяин, но легко! Я снял с него полог у ближайшего к опочивальне поворота. Илий быстрым, уверенным шагом подошёл к дворцовым гвардейцам у двери и как рявкнет: «Срочное донесение для Ипрохана Весёлого! Вопрос жизни и смерти!». Не ожидавший такой наглости, охранник приоткрыл дверь, чтобы доложить, а этот — не знаю как его после этого и называть — не дожидаясь разрешения, вломился к Ипрохану с радостным криком: «Так и знал, что ты здесь, Владыка! Великие люди одинаковы в своих великих привычках!». Всё. Дверь закрылась и больше ничего не было слышно, а я сразу к тебе переместился.

— Что ты думаешь про Илия, — поинтересовался маг, — первые впечатления?

Харм надолго задумался, прикрыв глаза, а потом признался:

— Не знаю. Несколько раз менял о нём своё мнение. Хамоватый тип — сразу видно, но умеет извиняться. Несмотря на явную глупость, умеет находить подход к людям и использовать их. Ипрохан и Веблия тому примеры. Несколько неожиданных для его необразованности точных выводов. Скажи, Хозяин… Никто, кроме короля и Первой Советницы, не смеет так непочтительно с тобой разговаривать, но ты его ни разу не поставил на место. Почему?

— Потому что всё, что мы видим — всего лишь маска, которую Илий на себя напялил. Маска грубоватого шута. Очень удобно. Умный, тонко чувствующий настроения, достаточно коварный и расчётливый нам достался помощник. И от того, как мы поведём себя с ним, зависит следующая его маска. Уверен, что у него их много. Не хотелось бы увидеть маску Палача.

— Да. Не стоит доверять такому.

— Никому не стоит: в том деле, что нам предстоит, Харм. Каждая ошибка — смертельна. Но он нам нужен, а мы — ему. Поэтому надо принять правила игры Илия так же, как и Король Шутов принимает наши.

— Почему ты назвал его так, Кортинар?

— Потому что у меня есть внутренняя уверенность, что он выйдет живым из королевских покоев, укрепив свои позиции.

— Так знал, что ты здесь, Владыка! Великие люди одинаковы в своих великих привычках! — влетев в королевскую спальню с радостным воодушевлением, возвестил я о своём прибытии, скидывая с плеча руку гвардейца, пытающегося остановить несанкционированное вторжение.

Ипрохан, сидящий на краю кровати, задумчиво посмотрел на меня заплывшими глазами, почесал голое пузо и хрипло выдавил: