Выживальщик. Дилогия (СИ) - Поселягин Владимир Геннадьевич - Страница 83

– Бери на закорки, и неси. Я прикрою, – велел я попутчику.

Мы ушли вглубь леса, там я оставил водилу с лейтенантом, передав бинты, и оружие. А тех троих обшмонал и собрал всё ценное, рации настроил на одну волну, мы теперь с ним на связи. Так что лейтенанту задание помочь раненому, перевязать и охранять, а я пробегусь и зачищу боевиков.

– Их тут много, – пытался тот остановить меня. – Лучше уйдём, сообщив охране тыла.

– Пятьдесят стволов насчитал. Пятьдесят четыре даже, четыре единых пулемёта, почему‑то гранатомёты не использовали. А так это моя работа, справлюсь.

У боевиков было три автомата, один с подствольным гранатомётом, его и разгрузку я себе забрал, остальное оставил с попутчиком и водилой. Только велел не подстрелить меня, когда возвращаться буду. Ну и дальше бегал и в ноль зачищал бандитов. Причина банальна. Не в том, что я их в плен не беру, это действительно так, а то что тех, кто во втором грузовике был, расстреляли. Из кабины показали руки, мол сдаются, а те подойдя, расстреливали кабину в одиннадцать стволов, в фарш всех, кто там был. Выживших не было. Лес мой помощник, когда те поняли, что что‑то не так, стали вызывать своих кентов одного за другим, а те не отзываются, осталось их полтора десятка. Амулет‑сканера рулит. Я же до грунтовки лесной дороги добежал где пять пикапов с пулемётами стояло и две «шишиги», и уничтожил охранение из трёх солдат. А там и остальных нашёл. Тех кто пытался сдаться, трое самых умных пытались сбежать, следом. Так и вернулся к своим. Водила хрипло дышал, но похоже выживет. Вот мы вдвоём и донесли его до дороги, стали наших ожидать. Я уже снял рацию с одного, более мощная, взывал на отрытой волне охрану тыла. Не сразу, но отозвалась ближайшая группа.

– Лейтенант Шевцов, рота спецназа, – представился я. – Группа боевиков пятьдесят семь единиц, уничтожена мной лично. Нужны медики, водитель грузовика серьёзно ранен.

– Лично пятьдесят семь нацистов? – поначалу не поверил старший патруля. – Погоди, тот самый Шевцов? С телевизора?

– Тот самый.

– Принято, десять минут, и мы прибудем.

Действительно подъехали через десять минут. Дорога кстати свободна, как раз очередная колонна прошла, мы в одну машину раненого водителя подняли, завезут в госпиталь, тот на окраине Изюма был. Ну а дальше старшему патруля, пока его бойцы занимались погибшими, из наших, собирали оружие и осматривали технику, включая боевиков, показал, что и как делал, откуда стрелял и уничтожал боевиков. Тот только головой качал, но подтвердил их ликвидацию. Кстати, пытался наложить руки на пикапы, но поздно, я ротному уже сообщил, и тот прислал наших, они технику и принимали, перекрасим и за ротой будут числиться. Мы тоже трофейную технику вовсю используем. Так что в штаб армии я попал поздно вечером, уже давно стемнело, но по нападению на колонну обеспечения, тему закрыли. Да, старший патруля, старлей, поинтересовался:

– Почему лейтенант? Помню старлеем был, по телевизору мелькал.

– Сняли. Полковника послал на х*й, вот и сняли.

– За дело?

– Да, обворовал меня. Я неплохой инженер, самоучка, без образования, придумал блок, что защищает самолёты от ПВО. Слышал налёт штурмовиков на Киев?

– А то.

– Во, испытания в боевой проводили. Удивлён, что рискнули столицу Укрорейха посетить.

– Так это твоя работа?

– На сто процентов, но полковник приказал оформить изделие на коллектив авторов в двадцать рыл. И никто не отказался, все желали засветиться там. Так что послал его, сняли звание и вот вернули в часть. Точнее возвращаюсь.

– И зачем ему это?

– Просто завидовал, мстил так. Я же статьи публиковал, уже три десятка вышло. Немало дебатов по ним шло. Тот пытался влезть со своим мнением, так там другие его так опустили, вот он и затаил. Сам недавно узнал. Не самый умный поступок. И думаю сейчас он это осознаёт в полной мере.

Эти вопросы и в штабе армии задавали, я ничего не скрывал, описывал. Тут с меня как раз подписок и не брали. На следующий день конечно особисты взяли подписку, выдав письменный приказ, но было уже поздно, информация разошлась. Кстати, стоит сказать, что в свою роту я так и не вернулся. Впечатлили мои действия начальника охраны тыла. И тот выпросил у командарма меня в свой штат. Моё мнение никого не интересовало. Я принял командование одним из патрулей. На трёх «Тиграх» с крупнокалиберными пулемётами теперь гоняем. Всего двадцать два бойца, если меня считать и экипажи бронемашин. Так что нарезали район где я работаю, теперь это моя зона работы, вот и приступил к ней. А я доволен, не на передовой, выполняю приказ начальства, на передовую мне как секретоносителю нельзя, и бои веду, причём, не слабые. А в работу я сразу включился, как закончили комплектование моего подразделения. Меня тогда и особисты подловили, до выезда. Так что выехали в свой район и работали. Да за этот день три группы в ноль уничтожили. Одну сам и обнаружил, те в засаде встали. Машины оставили стороне и добежали по оврагам до засады и ударили в спины внезапно для них. Короткая сшибка и добив раненых, оформили всё, тела погрузили, как и оружие, на подъехавшие машины. Выдели из автобата. Да и технику боевиков нашли, прибрали. Всего их было двадцать пять, чуть больше нас. На вторую группу навела разведка из роты БЛА, в лесу отдыхала, рядом с техникой.

Тут пришлось перехватывать управление их дроном, я про боевиков, сторожились те, подкрались. Там сначала из «РПГ» фугасными гранатами отработали по групповым целям, потом пулемётами и автоматами. А их тут почти рота была, но положили всех. Два десятки погоняли по лесу, но уничтожили. Технику трофейную, она целой была, оружие и трупы также передали тыловикам. И уже вечером, как раз когда темнело, перехватили третью. Эта побита была, семеро шли, на своих двоих, двое ранены, оторвались от погони, но нарвались на нас. Мы стояли, шум движков не было, крупняками и отработали, когда дорогу начали пересекать. Тоже в ноль. По сути за этот день я выбил два крупных отряда, самые опасные. Потому своих бойцов туда и вёл. Тем хватило дня, чтобы убедиться, что я и командир хороший, правильно планировал, распределял бойцов, каждому ставя его задачу, управляя даже во время боя подразделением, но и сам как боец на высоте. Слышал, как обсуждали во время стоянки. Признавая, что бойцов моего уровня в нашем патруле просто не было, и вот обсуждали за какие косяки меня к ним сунули. Позабавили те предположения что они делали. Однако ко мне с вопросами не подходили. А за следующие трое суток и остальное в районе от мелких групп зачистили. Я дрон свой понял, разведывательный, и определил, что по тылам шариться не так и много нацистов, даже тысячи нет, мелкими и крупными отрядами. Но поступенно их обнаруживали, блокировали и уничтожали. Часто работали армейскими подразделениями. Кстати, моему патрулю также дали взвод мотострелков на «бэтрах».

За четыре дня потери моё подразделение особо и не понесло, трое раненых, из которых один тяжело, в госпитале уже, и двое легко. Как доложился в штаб, что мой район чист, нас перекинули в другой район, помогать тут работать парням.

Всего неделю я в патруле был, как меня отозвали в столицу. А награждение наконец нагнало. Пришлось всё сдавать, подразделение, оружие, оформлять документы, что‑то всё наспех делали, и с попутной колонной к пограничному посту, а там до ближайшей ЖД‑станции, и на столицу. Ну и пока не спеша, на поезде, направлялся к Москве, размышлял.

Было о чём подумать. Первый продолжал управлять летающими дронами «Шустрый», все задействованы были, там же боевики и один из двух ремонтников. Сами «Шустрые» ремонтника и боевика и провозили с места на место. Кроме тяжёлого штурмового, но тот двигаясь на опорах вполне поспевал за ними, пересекая и водные препятствия. Работал искин по типу удар и отход. Никогда не брал один район, и не действовал в нём пока там врагов не останется. Нет, поработал по району, один удар, но всегда до конца, живых не остаётся, «Шустрые» работают с высоты скидывая полковые мины, подготовлены к сбросу. А боевики добивают. Причём я сменил у боевика, работая дроном‑ремонтником, у штурмового дрона, его пулемёт‑игольник на наш «НСВ», а вместо гранатомёта наш станковый «Пламя». Именно ими тот и работал, адаптировав вооружение под свои программы управления. И работал отлично, ремонтник только короба с лентами боезапаса пополнял. Боезапас находили или у противника, или, если заканчивался, ко мне отправляли пару «Шустрых», и я выдавал боезапас. Работали только ночами, каждую ночь по одному удару. Артиллерийские расчёты, за ночь батарею уничтожили в три гаубицы. Ракетных пусковых две. Тоже за ночь. На третью ночь уничтожили отряд наёмников, Первый их вычислил по переговорам, поляка оказались. Потом штаб аэромобильной бригады, и подразделений вокруг, до полной зачистки. Дальше по боевым подразделениям, перехватывая на дорогах, по которым их перебрасывали. Так что за эту неделю Первый с дронами хорошо поработал. А вот Второй работал чисто по моей безопасности и мониторил множество разных сайтов и закрытых каналов. Поэтому я знаю почему меня в действительности вызвали в столицу и почему была задержка с награждением.