"Фантастика 2026-8". Компиляция. Книги 1-30 (СИ) - Северский Андрей - Страница 874

— Эх. — Тяжело вздохнула Вика. — Я так люблю бульонные кубики. Особенно глютамат натрия.

Вадим засмеялся.

— Шутишь? Тогда не все потеряно.

Группа направилась в ту сторону, где закончили свои поиски Зураб и команда. Их темпом, ровно на день пути. До наступления ночи, успели проделать ровно половину. Вадим и Вика спали, прижавшись друг к другу. Между ними и камнем была тонкая прослойка из одежды. Камень холодил и давил на кости, лишившиеся привычной защиты из жировой прослойки. Хорошо, что ночью дождей почти не было. Под утро ложилась влага, но это было терпимо.

Подъем прошел скоро. Завтрак не предвиделся и люди, едва продрав со сна глаза, двинулись дальше. Как и полагалось, вскоре лупанул ливень после короткого предупреждения. Команда забралась на возвышенность, и неподвижно наблюдала, как мирная поверхность полированной горы на глазах превращается в бурную водную стихию. Как только дождь ослаб, все кинулись пить, чтобы создать видимость утоления голода. Помогало это только на время. Пока в желудке чувствовалась тяжесть.

Любой разговор автоматически переходил на тему еды.

— У нас в Москве, во дворике рядом с домом забегаловку недавно открыли, выходцы из Греции. Вот я вам скажу у них вкуснятина. Блюда в основном с сыром, либо из морепродуктов. Не уешься. — Юрий блаженно закатил глаза, мысленно окунувшись в ароматную атмосферу забегаловки. — Я бы сейчас все деньги спустил там.

— А я беляши хочу, которые на вокзале в Уфе продают. — Поддержал разговор Вячеслав. — Мы, когда ждали поезд, купили их в павильончике и ели, а к нам воробьи подлетели и начали выпрашивать. Обычные вокзальные попрошайки. А беляши там, скажу я вам, вот такие. — Вячеслав развел ладони. — Не жалко. — Помолчал. — Было.

— Я бы сейчас тряпку съел, которой посуду мыли. — Произнес Стас. — Такую бы после мытья сковородки, на которой жарили котлеты, жирненькую и с черными кусочками зажарившегося мяса. А вы говорите беляши и морепродукты.

— Ой, ну хватит, ребят. — Взмолилась Софья. — Я так сама себя переваривать начну. Давайте, поговорим о чем-нибудь нейтральном?

— Например, о несоленой каше. — Пошутил Вадим.

— Нет, о кино, например, о музыке. Кто чем занимался до всего этого.

— Помнит кто-нибудь мультик «Рататуй»? — Спросил Руслан.

— Заткнись. — Мягко остановил его Аркадий.

Идея Софьи помогла. На пару часов группа забыла о еде, развлекая себя рассказами о своей жизни. Это помогло не только отвлечься, но и понять друг о друге немного больше. Оказалось, что Софья имела боевой опыт, работая врачом в госпиталях. Бывала под минометными обстрелами. В ней чувствовался стержень, какой бывает у человека хлебнувшего лиха. Из всех женщин в группе, она была самой уверенной и спокойной.

Вероника, ее подруга, была баловнем судьбы. Родители устроили карьеру дочери, но она взбрыкнула и бросила ее. Не захотела проживать не свою жизнь. Пришлось начинать с нуля, и это тоже наложило свой отпечаток на характер. Обе подруги были под стать друг другу. Юрий всю жизнь работал фотографом и это была его единственная профессия, которой он посвятил всего себя. Бывал во всех уголках земного шара, на чем и сделал себе имя. Виктор слыл хорошим менеджером, умеющим поднять продажи. Его использовали, как реанимационную машину, отправляя из одного города в другой, спасать магазины. Судя по всему, он отличался богатым воображением и творческим подходом.

Парни из Уфы еще не успели ничем отличиться из-за своей юности. Опыт работы в компании был у них единственный. Зураб почти ничего о себе не рассказывал. Переехал с Кавказа в детстве в центральную Россию. Летом жил у деда с бабкой, в горах. Закончил педагогический вуз. Пригласили водить группы туристов, согласился и с тех пор занимался этим регулярно. Зимой подрабатывал в такси. Стас просто не знал, чем заняться после армии. Учиться было лень, и не лежала душа. Случайно узнал, про туризм и понял, что это его.

Вика рассказала про свою семью, про отца-подводника. Про то, как она всю жизнь ждала его из походов, рисуя и развешивая картинки про отцовскую службу на стене. К концу рассказа Вика так разволновалась, что голос ее дрогнул. Вадиму пришлось крепко обнять ее и нашептать в ухо успокаивающие слова.

— Слушайте, а мне интересно, а как же подводные лодки пережили этот ураган? Они ведь могли уйти на глубину? — Предположил Виктор. — Ты говоришь, отец в походе был?

— Угу. — Ответила Вика.

— Как найдем подходящие вещи, можешь снова рисовать картинки. — Попытался подбодрить ее Юрий.

Вместо этого, Вика снова пустила слезу. Вадим успокаивал ее, поэтому рассказ о себе у него получился скомканный. Да и рассказывать было особенно не о чем. Жизнь научила его не оборачиваться на прошлое.

Несмотря на свое состояние, необычный эффект густого отраженного света вызывал эмоциональный отклик у всех членов группы. Вика дразнила Вадима, растворяясь в дрожащем мареве наполненного светом влажного воздуха. Ему ничего не оставалось, как пытаться найти ее. Софье пришло на ум устроить водные процедуры, воспользовавшись тем, что в минуты, пока работал эффект отражения, становилось очень тепло.

Так же, это был отличный способ сходить в туалет не на глазах у всех. Нужда, уже который день, была только «маленькой». Организм промывался дождевой водой, эксплуатируя почки за простаивающий желудок в два раза сильнее.

Вскоре показались ориентиры, которые заметили Зураб, Вадим и Стас в прошлый поход. До края вершины осталось всего ничего. Менее чем через полчаса вся группа стояла у выщербленного и местами разрушенного склона горы.

— Вот, ребята, вы и сводили нас в турпоход. — Заметил Виктор, глядя на бескрайний черный океан.

— Не верю, что это наша Земля. — Взволнованно произнес Руслан.

Группа, заворожено глядя на новый мир, замерла в тишине. Эту тишину нарушил неблагородный звук урчащего желудка.

— Ну, не будем забывать, зачем мы сюда пришли. — Напомнил Зураб. — Я считаю, что мы должны разделиться. Девочки наверху, мальчики внизу. Не толпой идем, а делимся парами. Я и Вадим у воды, с багром. Стас и Юрий чуть повыше, Виктор, бери себе в команду менеджеров и двигайтесь по склону, заглядывайте в каждую подозрительную щель. Девчата, вы осматривайте все, что будет сверху. Вам тоже всяких трещин будет предостаточно. Эта сторона, сами видите, на себя приняла удар стихии.

Еще с прошлого раза Зураб оставил на берегу длинную железку, кусок бывшей когда-то конструкции, с прикрученным с одной стороны крюком, используемую для проверки дна у берега. В прошлый раз им везло не особо, багор не зацепил ничего существенного. Зурабу хотелось верить, что теория вероятности работает и скоро они обязательно наткнуться на что-нибудь стоящее.

Группа разделилась. Работа для женщин была не такой утомительной, как для парней. Скакать по крутым откосам на голодный желудок быстро становилось утомительным. Вадим гнал от себя мысли о голоде, стараясь не пропустить что- нибудь полезное. Он и Зураб по очереди скребли багром по дну. По железу передавалась скребущая вибрация по голому камню и ни одного случая, чтобы он за что-нибудь зацепился.

— Я знаю, почему так. — Предположил Вадим. — Когда ураган только начинался, уровень воды был невысоким, и всё падало на дно. Дома, люди, машины, скот, деревья, их смело в первый же день, а в последующие дни крутило только воду, да так, по мелочи.

— Рыбу, например. — Добавил Зураб. — Так и было, Вадим. Боюсь, что ты прав. Никому не говори о своей теории. Не надо терять надежду. Могло же, в конце- то концов, и задержаться хоть что-нибудь?

— Могло. — Вадим подумал. — Могло быть и так, что вещь, поднятая в воздух, кружила, пока ураган не закончился.

— Вот, верно. У нас сейчас есть только уверенность, что мы обязательно найдем еду. Теории строить мы все мастаки.

— Согласен. По себе знаю, чем тяжелее задача, тем больше аргументов находишь против нее.

Багор, в который раз заскрежетал по камню и вдруг зацепился. Зураб и Вадим многозначительно переглянулись. Обеим показалось, что это какой-то знак, поданный им после разговора. Зураб напрягся, но ничего не вышло. Вадим ухватился за багор, помогая Зурабу. Предмет, зацепленный багром, был тяжел, но поддавался. Народ заметил потуги товарищей и заинтересованно замер, предвкушая развязку. Стас бросил все и побежал на выручку.