Защитник (ЛП) - Хуанг Ана - Страница 56

Я поспешила к входной двери, но моя улыбка быстро исчезла, когда я открыла ее и увидела, кто стоит по ту сторону.

Отец приветствовал меня сдержанным кивком.

— Можно войти?

Я подавила в себе мелочное желание сказать «нет». Он всё ещё был моим отцом, и этот разговор давно назревал.

Когда я впустила его, мы сели друг напротив друга в гостиной. Он первым нарушил молчание.

— Винсент рассказал мне всё вчера вечером. Будапешт. Как он навещал тебя после гала-концерта. Тот факт, что вы... вместе. — Он запнулся на последнем слове.

Я скрыла вспышку удивления. Мы с Винсентом договорились рассказать ему, но я не ожидала, что это произойдёт так быстро. Прошло меньше двенадцати часов с тех пор, как мы начали встречаться.

В глубине души я испытала облегчение. Я не хотела рассказывать отцу, и, по иронии судьбы, мы обменялись признаниями с родственниками: я – со Скарлетт, он – с отцом.

— Ты серьёзно собираешься быть с ним? — спросил отец нейтральным тоном. Его вена на лбу не пульсировала, что было хорошим знаком. Никакой неминуемой ядерной катастрофы.

— Да, — ответила я прямо и честно. Не было смысла скромничать, когда все карты уже были раскрыты.

— Ты сказала мне, что никогда не будешь встречаться с футболистом.

— Поверь мне. Я удивлена не меньше других, — сказала я с печальной усмешкой. — Он мне очень нравится, папа. Я этого не хотела. Было бы проще во многих отношениях, если бы наши отношения оставались платоническими. Но я не могу выбирать, к кому испытывать чувства, и, честно говоря... чувства к нему у меня уже давно.

Я не привыкла говорить с родителями на такие темы, и эти слова звучали неловко из моих уст.

— Это то, что он сказал. — Строгая складка пролегла между бровями моего отца. — Знаешь, что он мне сказал? Он сказал, что не спрашивал, а говорил мне, что вы вместе. Он хотел бы получить моё благословение, но даже если не получит, всё равно будет с тобой. Потому что ты этого достойна.

Я бы рассмеялась, представив себе, как Винсент разговаривает с моим отцом таким образом, если бы в моем горле не застрял огромный ком.

Я знала, как важен был мой отец для своих игроков. Все они его боготворили, включая Винсента. То, что он рисковал потерять расположение отца, потому что предпочитал быть со мной...

Никто и никогда не ставил меня на первое место таким неоспоримым образом.

Эмоции захлестнули меня. Я моргнула и попыталась прочистить внезапно затуманенное зрение, пока отец продолжал говорить.

— Я не знал, стоит ли мне ударить его или пожать ему руку за то, что он осмелился сказать мне это, — сказал он. — Но я решил, что не стоит ничего делать и посмотреть, что у вас двоих получится, ради всех нас.

Я позволила словам дойти до меня.

— Это значит, что ты не против того, чтобы мы встречались?

— Я стерплю это, — хрипло сказал он. — Винсент – хороший капитан, и у него доброе сердце, но я не доверяю никому из этих парней, чтобы встречаться с тобой, поэтому и сказал тебе держаться от них подальше. Но, как он так дерзко заметил вчера вечером, ты взрослая. Если я хочу остаться в твоей жизни, я должен позволить тебе принимать решения самостоятельно. Итак, вот мы здесь.

— Хочешь? — тихо спросила я. — Хочешь остаться в моей жизни, я имею в виду.

— Конечно, хочу. Ты же моя дочь. — Он вздохнул и протёр лицо рукой. — Знаю, наши прошлые разговоры об этом были не самыми... удачными, но ты права. Я не был самым внимательным родителем, и с моей стороны лицемерно пытаться указывать тебе, что делать сейчас. Но я не могу изменить прошлое. Я могу только улучшить ситуацию в будущем. Моя реакция на то, что ты ушла из «Блэккасла» и живёшь с Винсентом, могла показаться тебе слишком властной, но это я пытался защитить тебя. Я не... — Он обвёл рукой комнату. — Я не знаю, как давать тебе советы по поводу проблем в отношениях или, не знаю, какие туфли носить с платьем. Но я могу всё устроить так, чтобы ты не пострадала. Я не идеален, но я стараюсь.

Это было самое большое количество слов, произнесенных им за один раз.

Я сглотнула. Часть меня хотела наказать его за то, что он не был рядом и оставил меня с мамой на двадцать с лишним лет, но хотела ли я зацикливаться на прошлом? Как он и сказал, мы ничего не можем изменить. Он наконец-то стал мне открыт, и я переехала в Лондон, потому что хотела построить с ним более крепкие отношения. Я не смогла бы этого сделать, если бы постоянно оглядывалась назад, а не вперёд.

— Я не ожидаю от тебя идеальности, папа, но я хочу, чтобы ты присутствовал. Я также хочу, чтобы наши отношения были чем-то большим, чем просто футбол. — Я глубоко вздохнула. — Кстати, я знаю, что ты говорил с отделом кадров о продлении срока для моего решения. Не спрашивай, как я об этом узнала, но я это сделала.

Мой первоначальный гнев утих, но его искры все еще тлели, когда я думала об этом.

Впервые за последнее время мой отец выглядел смущённым.

— Я волновался, что ты не приняла решение сразу. Я хотел, чтобы у тебя было достаточно времени, чтобы всё как следует обдумать.

— Я ценю твои слова, но, сделав это, ты лишь укрепил представление, что ко мне относятся с особым вниманием, потому что я – Армстронг. Если бы тебя это беспокоило, ты мог бы поговорить со мной об этом. Это наша проблема. Общение.

Я ожидала сопротивления, но отец просто сказал:

— Ты права. Я так привык делать всё по-своему, что... не до конца продумывал свои действия. Извини, — хрипло добавил он, и я никогда ещё не видела, чтобы он выражал такую неловкость.

Фрэнк Армстронг нечасто извинялся, но, когда он это делал, он говорил искренне.

Я сникла, слишком удивленная и обрадованная его извинениями, чтобы сдерживать свой затаенный гнев.

Наш разговор прошёл спокойнее, чем я ожидала, особенно по сравнению с недавними. Но во время тех стычек эмоции были накалены, и после шторма оставалось только расчищать завалы.

— Спасибо, — сказала я. — Мне также жаль, что я скрывала от тебя все секреты последние месяцы. Надеюсь, в будущем мы научимся, э-э, лучше общаться.

— Конечно.

Несколько минут мы сидели в неловком молчании.

— Ужин, который мы провели несколько месяцев назад. Мне он очень понравился, — сказал отец несколько натянуто. — Нам стоит делать это чаще.

Я улыбнулась, чувствуя, как давний узел в животе ослабевает.

— Я бы с радостью.

Постепенно мы перешли на другие темы – о последнем блокбастере, о моей поездке в Будапешт, о нашей общей ненависти к жутким праздничным эльфам. Иногда это казалось неестественным, но это был прогресс.

Благодаря Винсенту и отцу мне начало казаться, что жизнь снова налаживается, но тут зазвонил телефон. Я проверила определитель номера, и у меня сжалось сердце.

— Кто это? — спросил мой отец.

— Это мама, — мой голос выдал мое потрясение.

Я не могла вспомнить, когда она в последний раз звонила без предупреждения. Вернее, я не могла вспомнить, когда она в последний раз звонила, и точка. Она больше писала смс. Так ей было легче поддерживать светскую беседу.

Губы отца скривились, словно он учуял что-то нехорошее.

— Я дам вам поболтать. Мне всё равно пора идти. Мне нужно кое-какие документы оформить.

Мы быстро попрощались, прежде чем я ответила. Когда за ним закрылась дверь, я где-то в глубине души забеспокоилась, что у мамы что-то случилось. Это была единственная причина для незапланированного звонка, которая пришла мне в голову.

— Привет, мама.

— Привет, дорогая, — пропела она. — Как дела?

— Всё хорошо. — Я тут же насторожилась. Ладно, она не была в центре катастрофы, но её жизнерадостность напугала меня больше. Ничего хорошего после этого нараспева не предвещало. — Ты звонишь рано.

— Ой, я встала пораньше, потому что наша няня до конца месяца не работает, а Чарли всё время капризничал. Правда, милый? Да, капризничал. — Мама мурлыкала ему целых две минуты, прежде чем вспомнила, что разговаривает по телефону. — В общем, я звоню, потому что кесарево сечение назначено на январь – я, кажется, уже говорила тебе об этом – и я бы очень хотела, чтобы ты присутствовала при родах. Твой новый единокровный братик или сестричка уже совсем близко! Разве это не здорово?