Сферотехник-4. Свет в конце - Камардина Мария - Страница 16

Мужчины от двадцати одного до сорока пяти, не имевшие проблем со здоровьем до инициации. Первая-вторая стадия змеиной болезни. Предпочтительна работа в силовых структурах и техническое образование.

Добровольное согласие, подтверждённое документально.

Увы, желающих тащиться за чудесным исцелением к Змею на рога было не так много, как хотелось бы. Ориен ехидно рассуждал о страхе перед магией, Эл хмуро возражал, что в спецбольницах содержат тяжело больных людей, которые не всегда в состоянии сами поесть. Ильнар крутил в голове слова Алтины о единицах, готовых работать и учиться, и пытался угадать, сколько человек из обещанных полутора десятков действительно сумеют справиться с болезнью.

Когда они наконец прибыли, он почти разуверился в своей затее.

Четырнадцать человек в мешковатой светло-серой одежде – не то спортивные костюмы, не то пижамы. Четырнадцать инвалидных кресел, без антиграва, на обычных колёсах – потому что ну какой антиграв в Диких землях. Трое парней в медицинской форме, методично скатывающих эти кресла по трапу айринга, чтобы выстроить в аккуратную шеренгу.

Щебёнка на дороге.

Двести метров до ограды, двадцать метров дорожки, и, пожалуй, можно попросить Дом сделать пандус вместо лестницы на входе во флигель, но…

– Змеевы потроха, – негромко проговорил Ильнар, разглядывая подопечных – под слепящим полуденным солнцем люди выглядели особенно хрупкими и болезненными. – Вы что, не могли предупредить? Там хоть кто-нибудь ходить вообще может?

Подошедший к нему Кир пожал плечами. Выглядел он самую малость недовольным и, пожалуй, уставшим – но, в отличие от инициированных, стоял на своих двоих. Ильнар осторожно снял блок, вслушиваясь в отклик дара. Амулеты, защищающие ауру от высокого фона, его будущим ученикам, разумеется, выдали. Наверняка и блокиратором напоили, перестраховщики…

Энергетическое истощение. Физическое истощение. Бледная кожа, круги под глазами, ощущение усталости на уровне «да скорей бы уже сдохнуть»…

И двести, чтоб их, метров щебёнки.

– Ты зимой выглядел не лучше, – заметил Эл. – Ладно, отправь кого-нибудь за носилками, перетаскаем вручную. А с дорогой надо что-то делать, по этим камням даже просто ходить неудобно, не говоря о…

Дальше Ильнар не слушал. Размашистым шагом он подошёл к шеренге, встал напротив, заложил руки за спину – пальцы слегка дрожали. Речь для первой встречи с пациентами он продумывал неоднократно, но прямо сейчас все умные, красивые и, чего греха таить, пафосные слова вылетели из головы.

– Добрый день.

Несколько человек подняли головы – даже не половина. Остальные не шевельнулись – ссутуленные спины, пальцы, вцепившиеся в подлокотники, прикрытые глаза…

Как паршиво-то.

Ильнар нашёл взглядом медиков.

– Защитные амулеты снять. Со всех. Немедленно.

Парни попытались переглянуться, но рядом вдруг возник Гэлхан Сорро с его вечной улыбкой.

– Дан капитан отдал приказ, не так ли?

Удивляться появлению жреца Ильнар был не в состоянии, эмпатия и собственные воспоминания били по нервам – тяжесть в затылке, острые иглы в висках, режущий глаза свет, бессильное отчаяние, магический жар, выедающий изнутри… Он стащил китель новой формы – со всеми нашивками, вырядился ради встречи! – и уронил на бетон, оставшись в чёрной рубашке с коротким рукавом. Полосы чешуи от запястья до локтя вызывающе блеснули на солнце – медики сперва распахнули глаза вдвое шире нормы, потом кинулись выполнять.

Отсутствие защиты дало результаты почти сразу – инициированные зашевелились, начали поднимать головы, находить взглядом возмутителя спокойствия. Ильнар скрипнул зубами, заставляя себя стоять на месте и не оборачиваться, хотя очень хотелось сказать кое-кому пару ласковых. Ещё наверняка и в каютах фон снижен…

Спасибо, что привезли не трупы.

– Добрый день ещё раз, – проговорил он, стараясь унять клокочущий в горле гнев. – Меня зовут Ильнар Дьери. Я буду заниматься вашим обучением.

– Лечением? – уточнил кто-то с левого края шеренги.

Фраза Алтины «а лечить вы себя будете сами» вертелась на языке – но, пожалуй, сейчас она прозвучала бы издевательством.

– И им тоже. С ментальными практиками кто-нибудь раньше работал?..

Две поднятые руки с дрожащими пальцами. Что ж, он тоже не пытался работать с аурой до паука – а мотивация «делай или сдохнешь» доказала свою эффективность на практике. Другой вопрос, что сейчас, судя по ощущениям, большинство предпочло бы сдохнуть…

Но теперь у них есть он.

Ильнар растёр ладони и очень медленно снял ментальный блок. Чужие ауры отозвались бледным сиянием – светло-лиловый, лимонный, пара всплесков розового и оранжевого. Может, эти парни и подписали согласие на работу в Диких землях добровольно, но прямо сейчас большинству было плевать на всё – а у троих, судя по всему, совсем недавно был приступ, возможно, что и в дороге…

Неправильное настроение. Не рабочее.

Но менять настроение он уже наловчился.

Выстроить кресла полукругом – парни-медики молча подчиняются, Гэлхан подобрал китель, стоит рядом и глядит с каким-то умилением. Поставить лёгкий щит – не хватало зацепить резонансом всех любопытных, его же тогда самого придётся нести. Прикрыть глаза, ловя нужное настроение в себе самом – всё будет хорошо, всё получится, он знает, что делать, и они тоже скоро будут знать. Пройти вдоль ряда озадаченных новичков, коснуться – запястья, ладони, плеча, чувствуя, как каждое прикосновение отзывается болезненной дрожью внутри. Говорить – об основах ментальных практик, об эмоциональном резонансе, о балансе энергий внутри. Говорить и знать, что половина вообще не понимает и не слушает, но себя ведь тоже надо настроить…

Резонанс.

Он уже вёл пару раз групповую медитацию после возвращения от накопителя – нужно было как-то успокоить нервы сразу всем. Войти в правильное состояние удалось почти сразу, касаться чужих аур в настолько плачевном состоянии было страшновато, но ведь резонанс – не перекачка энергии, ему всего лишь нужно помочь им стабилизироваться, физически они почти здоровы и способны, чтоб их, ходить…

А если что – одного человека нести куда проще, чем четырнадцать.

В голове сама собой всплыла молитва об исцелении – на староимперском, но так было даже лучше. Повторять за Имарским жрецом было несложно, слова слетали с губ и, казалось, поднимались вверх лёгкими облачками. Собственная аура наливалась золотом и перламутром, энергетические касания снова отзывались дрожью, но у него хватало и сил, и решимости. Будущие ученики отзывались медленно, нотками удивления и любопытства – зеленые искры, голубые искры. Аура Гэлхана первой наполнилась золотом и зарезонировала, Ильнар почувствовал, как жрец вместе с ним повторяет слова молитвы, и запоздало пожалел, что не взял в резонанс Эла – с двумя интуитами было бы проще. Но вслед за жрецом почти сразу начали отзываться другие ауры, легче и быстрее, чем это получалось у неодарённых, и теперь нужно лишь удержаться самому на гребне эмоциональной волны…

«Всё будет хорошо. Всё получится. Добро пожаловать».

Завершить ритуал оказалось сложнее, чем начать. Вплетённые в резонанс люди начисто отключились от реальности – но и тут на помощь пришёл Гэлхан. Ильнар видел, как жрец медленно идёт вдоль ряда – касается рук, что-то говорит, – и чувствовал, как медленно, нехотя будущие маги выходят из медитации, один за другим…

Не упасть бы. Только бы не упасть.

Последним вышел из резонанса сам жрец. Встал напротив, заглянул в глаза:

– Всё хорошо?

Ильнар медленно наклонил голову, и машинально принял отданный китель, перекинул через руку. В голове слегка шумело, людей перед собой он почти не видел – только ауры, отливающие зелёным и голубым. Хватило бы сил поставить ментальный блок…

Хватило.

Щит отключился сам, но близко пока никто не подходил. Ильнар сделал несколько вдохов и выдохов, и окинул подопечных взглядом. Те, почувствовав внимание, уставились в ответ – на сей раз действительно все, на лицах – интерес и недоверие, и первые улыбки…