Гром в моем сердце - Четвергова Юлия - Страница 3

– Да нет, – отмахивается сестра, опираясь плечом о стену, и скрещивает руки на груди. – Ни-и-ик… – тянет она многозначительно, и я поднимаю взгляд, отрываясь от шнурования кед. – Тебе не надоело работать за троих на этой неблагодарной работе и получать копейки?

Я растерянно замираю, потому что не ожидала подобного вопроса.

– Маме тяжело одной. А так хоть какие-то дополнительные деньги.

Я встаю, то и дело нажимая кнопку блокировки экрана и подглядывая на время. Но штраф уже влепят, так что ничего страшного, если я приду на пять или десять минут позже.

– Почему спрашиваешь? – уточняю я, когда не слышу продолжения внезапно начавшегося разговора.

Лола поджимает губы. Так, будто не хотела говорить, но я сама вынудила ее произнести это вслух.

– Ты не думала вместо работы в кафе сесть за учебники и еще раз попытаться поступить в универ?

И без того плохое настроение становится совсем мрачным.

– Думаешь, мама потянет нас обеих? Ей и так тяжело оплачивать тебе съемную квартиру в городе. Она почти все до копейки отдает, чтобы еще и продуктами тебя обеспечить, лишь бы только училась и не подрабатывала.

Сестра округляет глаза, словно впервые обо всем этом слышит, а я намеренно, пусть и не напрямую, оскорбила ее. На красивом лице застывает обиженное выражение. В голубых глазах мелькает осуждение.

– Зачем ты так? Я ведь просто хотела, чтобы мы вместе отучились и потом обеспечили маме достойную старость, работая на престижной и высокооплачиваемой работе, – тихо говорит она и уходит на кухню, оставляя меня наедине с тем осадком, что остался после этого неуместного разговора.

Глава 3

В конце смены на телефон приходит сообщение с неизвестного номера. Но по тексту становится понятно, что это не кто иной, как Гром, решивший продолжить террор.

«Хай, Веснушка! Сутки истекли! Молчание – знак согласия, ведь да? Я на базе, если чо. Не опаздывай. Нам нужно много чего обсудить. Да и тебе поспать после работы не мешает. Или сон для слабаков? ;) В общем, жду с нетерпением! Твой Г.», – и в конце кринжовый смайлик с поцелуйчиком.

Твой «Г.»…

Я бы написала ему в ответ, кто он на эту же букву, но не стану.

«А, и пожрать чего захвати, мы с ребятами голодные… За бабки не парься, я тебе переведу с чаевыми, куда скажешь», – приходит следом.

– Вот же ж! – вырывается вслух. – Бездельник! Сразу видно, что заняться нечем! Нормальные люди ночью спят!

Топать на «базу», как он выразился, да еще и после смены, по ощущениям подобно смерти. Но ничего не попишешь… Он и так дал мне сутки на раздумья. Знал, гад, что соглашусь, выбора-то все равно нет, но решил поиграть в хорошего мальчика. Хотя на самом деле Гром никогда таковым не являлся. Бэд бой – вот это про него.

Но… мало кто знает, что со «своими» он бывает милашкой. И когда-то я входила в этот близкий круг доверенных лиц. Жаль, компромата не насобирала за все время. Дурочка влюбленная. Было бы чем сейчас апеллировать.

До базы добираюсь за двадцать минут. Спускаюсь по лестнице в подвальное помещение и уже отсюда слышу, как гремит барабанная установка. Как невпопад лабает басист, а на фоне этого в разнобой играют ритм и соло-гитары.

Раньше мне здесь очень нравилось. Я любила проводить время с группой Грома. По ночам до дыр заслушивала песни, которые он сочинял. И не пропускала ни одной их репетиции.

А теперь испытываю дикое желание поскорее уйти отсюда.

В помещении накурено. Парни гогочут. Кругом валяются пустые бутылки из-под пива. На единственном протертом диване ютятся две незнакомые мне девчонки, на вид едва достигшие совершеннолетия, и с благоговением пялятся на главную «звезду» собравшегося здесь квартета.

Неужели когда-то я выглядела также?

Морщу нос в отвращении.

Какой кринж… И как мне раньше могло это все нравиться? Или я попросту не замечала подобные… «мелочи»?

– Веснушка! – слишком радостно выкрикивает Гром, едва завидев меня, застывшую в проходе. Убирает соло-гитару в сторону и в подвале становится одним отвратительным звуком меньше. – А ты вовремя! Зацени новую песню.

Олег одет в белую футболку с нечитаемой надписью по центру. Поверх нее наброшена стильная и дорогая даже на вид кожанка, гремящая фурнитурой при ходьбе. Узкие черные джинсы с дырками по всей длине и цепью, свисающей сбоку, вызывают у меня покерфэйс, но я не могу не признать, что весь образ дико ему идет.

Громов подходит вплотную, обвивает плечи своей лапой, снова бесцеремонно вторгаясь в личные границы. И, похоже, его абсолютно не парит, что я думаю по этому поводу.

Или он не привык, что его общество может быть нежеланным…

– Кто же спасет тебя,

Если монстр внутри меня

Снова одержит верх,

И подтолкнет на грех?1

Гром напевает строчки из своей песни невероятно мелодичным голосом, а закончив, ждет моей оценки. Фанатки тихо визжат, растекаясь лужицами по дивану. Парни из группы переговариваются, кивая в нашу сторону. И ржут, стараясь спрятать улыбки.

М-да… не песня, а «шедевр». В стиле «Demon inside».

Взгляд невольно прилепляется к девчонкам, влюбленным в Громова по уши, и ответ приходит сам собой:

– У них спроси, – киваю в сторону юных поклонниц гаражного рока, – если не хочешь, чтобы твоя самооценка пострадала.

По подвалу разносится протяжное «у-у-у» в исполнении участников «Demon inside», которые прекрасно все расслышали.

– Попустила!

– Молодца!

– Смело!

Кудряшка-фронтмен и вокалист по совместительству мрачнеет. На скуластую морду набегают тени. Но я не даю ему перехватить инициативу в разговоре. Чревато.

– Я здесь по делу. Ты хотел видеть меня на репе? Я пришла. И вот ваша еда, – всучиваю парню тяжелый пакет. Тот перехватывает его на автомате, пытаясь допереть, как же посмели возразить не абы кому, а ему! – Не забывай, почему я здесь. Это не дружеская встреча. – Многозначительно смотрю в его по-кошачьи зеленые глаза. – Поэтому выкладывай, что у тебя там, и давай скорее с этим покончим. Я устала и хочу спать.

– Нет уж, Веснушка. Ты, наверное, кое-чего не понимаешь, – очень тихо басит Олег, так чтобы слышала только я. – Или мне напомнить, чем грозит твое непослушание?

От его слов и голоса, пробирающего до мурашек, в животе все сжимается. Но показывать, что у него получилось меня запугать, я не собираюсь.

– Может, это мне напомнить, что я – твой последний шанс? – так же тихо шиплю в ответ. После чего скидываю его руку с плеч и отхожу на шаг, незаметно переводя дыхание. – Жду тебя снаружи.

И покидаю подвал так, будто за мной гонятся все демоны ада.

– Что за сцены? – раздается за спиной.

А ведь я даже дух перевести не успела! Он что, за мной следом рванул?

– Какой привет, такой ответ.

– Ты меня перед пацанами унизила.

Я кривлюсь, скрещивая руки на груди.

– Ой, только не начинай, а? Тебе давно не пятнадцать, чтобы высасывать драму из пальца.

– Ты изменилась, – вдруг выдает он, глядя на меня так, словно видит впервые.

Я иронично хмыкаю.

– Не даю сесть себе на шею и свесить ножки? О да! Я больше никому не позволю использовать себя в своих интересах.

Гром нехорошо щурится.

– Мне позволишь, – уверенно произносит он, нависнув надо мной черной тучей. – Уже…

Я отхожу на шаг назад, зачем-то оглядываясь по сторонам. Олег это замечает и выпрямляется, чтобы немного уменьшить угрожающий посыл, что несла в себе его предыдущая поза.

– Ты слишком много о себе возомнил, – набираю полную грудь воздуха, стараясь говорить так, чтобы мой голос не дрожал от обиды. – Если хочешь вернуть Лолу, говори, что тебе нужно. И давай не будем трепать друг другу нервы, портя все хорошее, что между нами было.

– Хорошо, – как-то слишком быстро соглашается парень. – Устрой нам встречу, но так, чтобы это выглядело максимально естественно. Она не должна заподозрить, что ты в этом как-то замешана.