Барон особого назначения 3 (СИ) - Щурский Евгений - Страница 10

Ангелина смотрела на меня не мигая.

— Знаешь, Бронин, я даже не удивлена, — спокойно произнесла она после минутной паузы. Я уже ввёл её в курс дела, и она как раз переваривала услышанное. — Ты и «нормально» — понятия, видимо, несовместимые.

— Тут не поспоришь, — пожал я плечами. — Дождёшься меня?

— Будто у меня выбор есть, — девушка улыбнулась и, поднявшись со своего кресла, подошла ко мне. Её тёплые руки легли мне на голову.

— Ну, ничего… — продолжила она. — Вернёшься уже не такой страшненький… волосы отрастут…

— Скучать буду, — честно признался я.

— Это взаимно, мой хороший, — с лёгкой грустью в голосе ответила девушка, продолжая поглаживать мою голову.

Спокойствие, разливающееся по всему телу, тишина и запах её духов. Это продолжалось ещё несколько минут, после чего Ангелина отстранилась и присела на край стола.

— Когда отправляетесь?

— Если всё пойдёт, как задумывалось, — я поднялся с кресла, — то завтра утром.

— Попрощаться как следует мы уже не успеем, — печальные нотки в голосе Романовой сменились задорными, — зато у тебя будет мотивация вернуть мне свою тушку в целости и сохранности.

— Уж постараюсь, — с улыбкой ответил я.

— Ну, ступай на ужин, — тепло промурчала Романова, перед тем как крепко меня поцеловать. — Я ту́т пока останусь, много работы.

Выходя из кабинета, готов был признаться: зацепила она меня. И не при чём здесь статусы да имперские семьи, наоборот — мне было бы спокойнее, будь она рангом пониже. Тем не менее с каждой нашей встречей я прикипал к ней всё больше и больше. Быть может, когда я наконец устроюсь в этом мире, у нас получится что-то серьёзное. Хотя, казалось, это «серьёзное» начинает складываться уже сейчас.

На ужине я передал Залесову записку, в которой кратко изложил ситуацию — на авантюру согласен, буду через месяц. Признаться, меня порядком утомил день бесконечных переговоров, так что хоть в этом вопросе хотелось избежать лишних слов.

В столовой было шумно и людно, но как-то по-родному, атмосфера всё также была наполнена волшебством. Или в еду подсыпали эйфоретики, тут не уверен.

За столом нашим в этот вечер было непривычно тихо: то ли последствия дуэли, то ли день, богатый на события, всех утомил… сложно сказать.

К концу ужина подошёл Зорин и шепнул мне, что прибыл старый знакомый, с которым я хотел пообщаться. Отлично! Кто-то из братьев-боссов откликнулся на зов. Оперативно, однако! Что ж они так со мной носятся? У этих двоих и без меня дел должно быть невпроворот…

Комната для встреч была оборудована неплохо. Уютная, столик у окна с видом на реку, даже кровать была. На ней и дремал Менестрель, когда я зашёл. Маску он не снимал, оттого видок был, мягко говоря, необычный: вроде спит человек, а глазки бегают, меняются, как и остальные черты лица.

— Янчик! — посетитель неожиданно ожил. Тон его был максимально приветливым и дружелюбным. — Не шибко торопишься! Рад видеть!

— Как ни странно, — я пожал протянутую мне руку, — это взаимно.

— Я тут тебе подарочек притащил, — мужчина указал рукой на плотный кожаный кейс, лежащий на столе. — Сущая мелочь, знак внимания.

— На свидание не пойду, — отшутился я, подходя ближе к подарку.

— Прям ножом по сердцу… — на поддельном лице Менестреля промелькнуло несколько фальшиво-грустных эмоций. — Открывай, не томи!

— Без бриллианта? — наигранно скривился я, доставая из кейса серебряное кольцо с красивой чёрной резьбой в верхней части. — Я тебе не какая-нибудь там дешёвка!

— В могилу сведёшь, Бронин! — собеседник легко рассмеялся. — Это артефакт.

— А я думал, сова… — задумчиво пробубнил я, рассматривая изделие под разными углами. — Что за артефакт?

— Пространственный, — гордо ответил мужчина. — Хранилище небольшое, но для первых нужд хватит.

— Оно же стоит как крыло от дирижабля! Спасибо! — я не смог сдержать довольную улыбку, впрочем, и нужды особой не было. — Удивил, правда. Чем обязан такой щедрости?

— Подмазаться хочу, чтоб, когда станешь великим и ужасным, меня лишний раз не кошмарил, — буднично ответил Менестрель. Забавно, мне показалось, что говорит он чистейшую правду.

— Я подумаю, — кивнул я, надевая кольцо на указательный палец. — Если честно ответишь на один вопрос, думать придётся гораздо меньше.

— Всё, что смогу, господин барон! — Менестрель откинулся на спинку стула и, расположившись поудобнее, кивнул. — Задавай.

— Имя Модест вам о чём-нибудь говорит? — прищурился я, усаживаясь напротив.

Молчание длилось чуть больше, чем следовало, и я в очередной раз пожалел о том, что не могу видеть лица собеседника. Кто его знает, о чём он думает, пока эти картинки на ткани задорно сменяют друг друга.

— Говорит, — ответ прозвучал твёрдо, из голоса пропала игривость. Осанка по-прежнему выражала расслабленность, но за ней скрывалась… тревога?

— Меня интересует тот Модест, который косвенно принимал участие в конфликте моей семьи и рода Залесовых, — так же серьёзно продолжил я.

— Я так и понял, — кивнул Менестрель. — Это наш брат.

— Родной? — прищурился я.

— Родной, — прозвучал обречённый вздох. — Но, как и в любой другой семье, ответственности мы за него не несём.

— Мне нужна информация, Менестрель, — я подался чуть вперёд. — Запускай артефакт, поговорим серьёзно.

— Информации будет немного, — хмуро ответил собеседник, активируя приватный артефакт. — Фамильные тайны я разглашать не могу, но остальное расскажу как есть.

Если вкратце, выходило так, что многочисленное семейство загадочных личностей работало на благо Империи, и не только нашей. Задача максимально простая — сделать мир сильнее: где-то подтолкнуть к успеху правильного человека, где-то наоборот, помешать негодяям достигнуть высот.

Методы достижения целей у каждого из членов семьи были свои. Комендант дипломатичен и выступает без маски, где-то в верхах имперского совета. Впрочем, круг лиц, которые знают о его истинном происхождении, был строго ограничен.

Менестрель же отвечал за тёмную сторону столичного бизнеса и многие вопросы решал в криминальных кругах. Тут больше подходило выражение «не можешь уничтожить — возглавь»: контролировать преступную машину проще изнутри. Сложно сказать, кто в этом городе предотвращал больше преступлений — полиция или один-единственный человек.

В Российской Империи на стороне братьев было ещё двое — Лоретта и Модест. Первой против семьи выступила сестра. Мотивы её Менестрель разглашать не мог, сказал лишь, что со временем к ней присоединился и Модест. Что им двигало, когда он вмешался в конфликт моей семьи и Залесовых, братьям известно не было, как и то, где он находится с тех пор, как перешёл на сторону Лоретты.

Цели культа были туманны, но, по предположению Менестреля, они пытались вернуть в этот мир некоего Первородного, давнего предка всей этой странной семейки. Что это за личность, не уточнялось под предлогом фамильной тайны.

Заинтересованность культа в моей персоне была непонятна. Возможно, из-за того, что я — молодой маг бездны, и это банальная вербовка. С другой стороны, может быть такое, что я как-то связан с Первородными кровью. Тест на принадлежность к Династии я провалил в прошлую нашу встречу.

Странно было и то, что другие члены моей семьи под это определение не подходили. Единственное, чем я отличался, — моя прошлая жизнь. Сложно сказать, была она или привиделась мне, но что-то подсказывало: ответ где-то там. Делиться этими размышлениями с Менестрелем я не спешил — не тот уровень доверия.

Распрощавшись с загадочным знакомым, я вернулся в башню Искры почти к отбою. Очередная порция вечерней рутины, — и вот я снова в постели. Райден сегодня решил спать прямо у меня на груди, чему я был даже рад. За время обучения в академии я начал чувствовать, что наша связь ослабла.

— Ничего, дружище, — тихо сказал я, поглаживая фамильяра, — скоро мы с тобой вернёмся в поле. Уж там-то тебе будет где разгуляться.