Питбуль и Митрофанушка 2 (СИ) - Яманов Александр - Страница 42

В этот раз остановка мучений прошла почти незамеченной. Только через несколько секунд прекратились судороги и гул в голове. Ещё не получилось сразу проморгаться, лицо в корке. С трудом поднимаю руку и пытаюсь оттереть непонятную субстанцию, на деле оказавшейся кровью. На этот раз она обильно шла из глаз и ушей. Ничего, кровопускание иногда полезно, — скалюсь в злой усмешке. Старой суке не сломать Валеру Митрофанова! И уже тем более убийца дяди не получит доступ к проходу в аномалию. Это уже дело принципа!

Неожиданно пришло такое ощущение, будто меня погладили по голове. Какая-то невидимая рука, точно не материальная, коснулась моей щеки, а затем потрепала мои спутанные волосы. Брежу?

Одновременно с этим подала голос Ивели.

— Поверь, это только начало. Я никуда не тороплюсь и далее начну ломать тебя ментально. Мне не нужны твои признания, хватит одной только памяти. Сначала ты лишишься физических сил, превратившись в обрубок человека, неспособный самостоятельно даже поднять руку. А затем я сделаю из тебя марионетку, полностью подконтрольную моей власти. Ты будешь всё понимать, Валера, — прошипела, севшая рядом ведьма, — Однако не сможешь противиться чужой воле. Твоё тело будут способно только гадить самостоятельно. Даже жрать ты станешь исключительно по моей команде. Как тебе такой вариант? А ведь надо всего лишь показать дорогу и далее наслаждаться жизнью.

С трудом сплёвываю сгусток крови и разлепляю губы, покрытые засохшей коркой. Жить хочется, спорить глупо. Только эта жаба не понимает простых вещей.

— Лучше умереть стоя, чем жить на коленях, — произношу, надрывая горло, — Но тебе, старая падаль, этого не понять!

Чего-то меня потянуло на пафос. Наверное, короткое общение с Юэром тому виной. А по факту я лучше сдохну, чем предам память дяди и аномалию. Тем более убийце.

После моих слов, а может, мыслей, на душе сразу стало хорошо. Будто скинул с плеч тяжёлую ношу. А ещё меня снова погладили по голове. Виртуально. Или изнутри. В общем, такое у меня ощущение. Или я схожу с ума?

— Что ж, это твой выбор, — ответила Ивели, чей силуэт маячил передо мной.

Нормально видеть уже не получалось. Как и чувствовать своё тело. Значит, конец? Пусть! Может, мне нечем особо гордиться, но стыдиться я точно не собираюсь. И за прожитые годы мне не стыдно.

Новый магический удар привёл к спазму, от которого захрустели мышцы и связки. На боль это уже не похоже. А ещё показалось, что раскалённые щупальца начали шевелиться у меня в голове. Нет! Лучше сдохнуть, чем стать марионеткой!

Неожиданно на краю бездны, куда готовилось рухнуть моё подсознание, появились новые ощущения. Мне стало легче. Пусть этот процесс длился долго, но сначала начала отступать боль физическая, а затем ментальная. Будто мне одновременно сделали укол обезболивающего и успокаивающего препаратов. Странно. Я думал, что уже не приду в сознание.

Потихоньку боль ушла, оставив ломоту в теле и тяжесть в голове. Открываю глаза и фокусируюсь на стоящей передо мной фигуре. Протираю глаза и вижу недоумённое выражение на лице ведьмы. Чего это она?

Далее сажусь на задницу и осматриваюсь. Пришелец всё так же лежит в сторонке. Бойцы ведьмы стоят на месте, как и купцы, а вот девица подошла поближе.

— Как? — растерянно произнесла яганим.

Она могла выглядеть няшно, уж больно забавно округлились её зелёные глаза. Прямо места японца-онаниста. Однако мне известно, что за тварь скрывается за ангельской внешностью.

От души чихаю, одновременно выплёвывая огромный сгусток, не пойми чего. Затем ковыряюсь в носу, вытаскивая оттуда засохшие кусочки крови. Некрасиво, но хочется нормально дышать. Протерев глаза от корки, я снова уставился на Ивели. А ещё мне стало смешно и одновременно хорошо. Ведь враг не понимает, что происходит, а меня просто переполняет сила. Нет. Сила! Это не мелкие потоки энергии, ранее доставлявшие дискомфорт и требовавшие вовремя её сбрасывать. Сложно описать. Но я будто растворился или парю в потоках эфира, который и есть магическая энергия. Только она, какая-то необычная, с сиреневым оттенком.

Мои размышления прервала ведьма, резко взмахнув жезлом. В её движениях впервые почувствовалась суетливость. А ещё мне показалось, что она боится. Кого? Полумёртвого самоучку?

Между тем полупрозрачная стрела, отправленная Ивели, ударила меня грудь, опрокинув на спину. Помнится, Юэра она пронзила насквозь. Но я почему-то жив. И даже здоров! Гы!

С кряхтением возвращаю прежнее положение и снова смотрю на ведьму. Мадам хорошенько пробрало. Она не выглядит оторопевшей или паникующей. Всё-таки за плечами яганим колоссальный опыт. Однако тётя боится. Это можно скрыть от своих людей, но не меня. Я чувствую и отношусь к происходящему с юмором. Что сильнее пугает и бесит Ивели.

Не дав мне слова, ведьма ударила вновь, причём удар оказался комбинированным. Меня атаковали сразу магически, ещё и при помощи артефакта, плюс, ментально.

В этот раз меня попросту отбросило метра на три, несколько раз перевернув. Снова возвращаю прежнее положение. А нормально так жахнуло! Трава, где я раньше сидел, превратилась в чёрную плешь. Мне кажется, что выгорела даже земля, будто её облили кислотой.

— Это запрещённая магия. Даже яганим и маги-отщепенцы не используют её. Здесь вопрос не в эффекте, он обычно убойный. Но в качестве ингредиентов для артефакта нужны человеческие жертвы. Детские, чтобы ты понимал, — прохрипел пришелец, — Ведьма очень напугана.

— Чем?

Произношу с ненавистью, глядя на начавшую пятиться Ивели.

— А ты оглянись, Митрофанушка, — хихикнуло существо.

Оборачиваюсь и вижу перед собой клубящийся кусок сиреневого тумана размером пять на пять метров. Охренеть!

Новый удар снова опрокинул меня, но туман вдруг выступил мягким амортизатором, поймавшим моё уставшее тело. А ещё я почувствовал, как его концентрация начала увеличиваться. Но самое главное — он стал не только моей защитой, но и практически безграничным резервом силы. Это хорошо!

Смотрю на отступающую яганим и её ученицу. Улыбка произвольно появилась на моём лице. Значит, отравила Виталия? А ещё приносила в жертву детей? И они боятся!

— Ты бы посмотрел на себя в зеркало, — снова раздался голос несносного существа, — Это не улыбка, даже не оскал. Тебя сейчас даже белая акула испугается. И этот человек запрещает мне ковыряться в носу.

— Валера, мы можем договориться. Я могу дать тебе артефакты и уникальные книги. Любые знания теперь открыты перед тобой, — вдруг произнесла ведьма, пытающая сохранить остатки самообладания.

Делаю вид, что задумался, а на самом деле я собирал силы для удара.

— Нет! — отвечаю одновременно со взмахом руки.

А она сильна! Хмурую девицу просто перерубило пополам. Зато Ивели смогла отразить удар сиреневого луча. Причём её защитные амулеты полыхнули похлеще светошумовой гранаты, превратившись в тлеющие осколки. Отразила-то, отразила, только глаза дамочки переполнял самый настоящий первобытный ужас.

— Я могу быть тебе полез… — попробовала произнести ведьма.

— Нет!

Взмах руки и некогда красивое тело превращается в два дымящихся куска мяса.

— Валера, они уйдут! — пришелец не дал мне даже нормально рассмотреть плоды своих трудов.

Смотрю в сторону улепётывающих воинов и купцов. Обращаюсь к туману и сразу получаю ответ.

— Не уйдут, — отвечаю питбулю и взмахиваю рукой.

Эта штука действует будто лазер. Шесть тел рухнули на землю, как только они попали под луч. Седьмое сначала рухнуло вместе с другими, но затем попыталось убежать, прихрамывая на левую ногу.

Насвистывая мелодию из «Крёстного отца», подхожу к шипящему от боли и дрожащему от страха Кору. Рядом лежат половинки его брата. Я специально отвёл руки, лишь слегка задев слишком хитрого купца.

— Я не виноват! Это всё она! Здесь ничего не решается без согласия Ордена яганим или лорда Южного Харума, — зачастил Вериус, — Ваш уважаемый дядя был слишком соблазнительной целью. Он принёс такие камни, которые в этих краях не видели десятилетиями.