"Фантастика 2026-10". Компиляция. Книги 1-30 (СИ) - Игнатова Наталья Владимировна - Страница 247

— Зато Бризонтир теперь Дюмантир, — буркнул Заноза, отворачиваясь, — всяко, красивее.

— Так ты тийрмастеров по благозвучности имен выбираешь? Кто был в Юнгбладтире до Юнгблада?

— Майкл Чейм.

— Так и есть. По благозвучности.   

— Три тийрмастера, — как-то удивленно произнес Заноза, и снова воззрился на Хасана, но уже даже не пытаясь притворяться обиженным. — На нашей совести три тийрмастера и три смены власти. Почему я никогда об этом не думал?

— Ты бы лучше удивлялся, почему на Алаатир до сих пор не сбросили бомбу. Кого-то стоило бы похоронить, даже ценой уничтожения тийра. Но в этом городе ты вроде бы ничем не отметился?

— В Музее современного искусства в двадцать девятом. Гонялся за вервольфом. Не спрашивай…   

— Незнание — благо, — Хасан покачал головой. — Оставайся тут с Мухтаром и постарайся ничего не сломать, не взорвать и не сжечь.

— Тут только кусты. Кусты, урны и скамейки. Хасан, ты издеваешься?

— Я в тебя верю.

Здешний воздушный парк ни в какое сравнение не шел с теми, что зеленым кружевом накрыли Алаатир. Там был волшебный лес, переплетение виадуков, в великом разнообразии засаженных деревьями, лианами, кустарником и цветами. Здесь — всего лишь газоны и кусты, разбитые на брошенных путях надземной железной дороги. Но этот парк был первым. В Алаатире лишь подхватили идею.

Парк тянулся почти через весь город на высоте второго-третьего этажей. Идеальное место для наблюдения за близлежащими улицами и зданиями, но самое неподходящее для засады. Если, конечно, ты не вампир с восьмисотлетней кровью. И не пес-призрак, пожиратель девственниц.

Одноэтажное здание, в котором располагалась галерея Старк, было видно отсюда как на ладони. Крыша, оба входа и маленькая парковка, сейчас заставленная автомобилями. Заноза установил три камеры, которые с полусекундной задержкой передавали изображение на экран его ноутбука. Этого должно было хватить, чтобы увидеть Хольгера сквозь «Туман». Отвод глаз — обманка для взгляда, а не для записывающих устройств. То, что в реальном времени не увидишь, потому, что не обратишь внимания, в записи можно разглядеть. Если присмотреться.

Присматриваться он умел. Смотреть и видеть — это запросто. Куда сложнее было научиться не видеть. До сих пор не всегда получалось.

Заноза перестал смотреть на галерею, теперь его интересовала только запись. Он видел, как Хасан, спустившийся из парка на улицу, пересек парковку и вошел в дверь пожарного выхода. Там, внутри, Турок выйдет из «Тумана» и…

всех убьет

…позволит Хольгеру увидеть себя. Этого должно хватить, чтобы голландец сбежал. Так же, как сбежал в «Крестовнике», едва увидев Занозу. Но Хольгер под «Туманом», он не станет убирать «Туман» в галерее, и тем более не станет убирать его, когда кинется в бегство. Хасан его не увидит.

Зато увидит камера. И почует Мухтар.

Заноза вытащил из кармана вакуумный пакетик с одним из хольгеровских галстуков. Мухтар заинтересованно сунулся мордой. Знает, что карманы вампирам нужды для того, чтобы носить всякие собачьи лакомства.

— Погоди, — Заноза похлопал пса по широкому лбу, — сейчас Хасан выгонит на нас добычу.

Был вариант, что Хольгер в панике побежит на крышу. Но, вероятнее всего, он не станет паниковать и уйдет через главный вход. Шанс, что он попытается мимо Турка проскочить к пожарному выходу очень невелик. Когда Хасан был в подходящем настроении, от него всем, кроме Занозы, хотелось держаться как можно дальше, а сегодня настроение было самым подходящим.

Хольгер не рискнет приблизиться. 

Значит, или крыша, с которой он спрыгнет на парковку. Или главный вход, откуда ему и прыгать не придется.

— Напугай его, понял? — строго сказал Заноза Мухтару. — Напугай по-настоящему, чтобы он выбежал из «Тумана», и я его увидел.

Мухтар завилял хвостом и дурашливо заулыбался. Строгость в голосе любого из хозяев беспокоила его только тогда, когда он знал, что нарушает правила. А сейчас он вел себя хорошо.

Когда Хольгер появится, счет пойдет на доли секунды. Этот старый упырь пил кровь слишком многих най и получил слишком много дайнов. О большинстве из них Заноза знал — составил список на основании запутанных рассказов мисс дю Порслейн — но какие-то мог упустить из виду. Хольгер умел ходить сквозь секунды, это факт. И очень может быть, что делал он это не хуже Хасана. Еще он умел, проходя сквозь секунды, не выпадать из «Тумана». Но последнее — штука ненадежная, потому что плотность «Тумана» зависит от того, насколько ты уверен в своей безопасности. А кто будет уверен в своей безопасности, когда на него с рыком летит стокилограммовая собака-убийца?

Мухтар, когда Заноза дал ему обнюхать галстук, посерьезнел и мгновенно сделал стойку в направлении галереи. Оглянулся: мол, прыгаем или как?

Хороший пес. Отлично дрессируется. Другая ищейка уже сиганула бы вниз и ворвалась в галерею, распугивая гражданское население. Заноза, кстати, не возражал бы. Он предлагал взять Хольгера на подходах, сразу после заката, до того, как рассосется толпа на крыльце и гости втянутся внутрь здания. Ясно же, что упырь под «Туманом» не сунется под камеры, значит, он подождет где-то здесь же, поблизости, пока съемка не прекратится. Почему не натравить на него Мухтара, пока он снаружи?

У Хасана против этого были те же возражения, что и против нападения внутри, в самой галерее. Слишком много свидетелей. Но ведь и сейчас улицу не назовешь безлюдной. Хотя, конечно, без фотографов и телевизионщиков всегда проще. Зеваки, готовые записывать на мобильники все подряд, что кажется им интересным, проблем не создадут. Интернет полон куда более прикольных роликов, чем пожирание вампира собакой-призраком.

Безопасность Мухтара была единственным пунктом плана, который вызывал сомнения. Вампиры не привыкли к тому, что на них нападают собаки. Вообще, любые животные. Вампиры привыкли к тому, что собаки и любые животные до смерти их боятся. И в первые мгновения Хольгер будет растерян. Испуган. Зол.

Но как только он опомнится, он сможет ранить Мухтара или даже убить.

Нужно убить его раньше.

Мухтар зарычал. На экране ноутбука двери главного входа стремительно распахнулись. Высокий, светловолосый мужчина в смокинге вышел на крыльцо.

— Fass![85] — скомандовал Заноза.

И они с Мухтаром одновременно прыгнули через перила моста-парка.  

Это было несправедливо! Мир несправедлив, но это — это выходило за пределы разумения. От такой несправедливости, увидев в зале Намик-Карасара, Мастер сначала даже не испугался. В нем вспыхнули гнев и невыразимая словами обида.

Не здесь! Где угодно, только не здесь!

Это его место. Он вложил в открытие галереи больше сил, чем Старк и все ее люди вместе взятые. Тут сам воздух был напоен искусством, пронизан гармонично звучащими струнами, из которых строится лестница в небо. И он уже почти нашел себе имя… Соломон. Мудрейшему из царей пришло время стать учителем.

Почему Турок оказался здесь? Как вышло, что его нелепый, страшный, бездушный мир вломился в зарождающуюся гармонию? Такого просто не могло произойти, это было слишком неправильно.

Обиднее всего было то, что это просто совпадение, стечение обстоятельств, глупая ошибка. Турок здесь потому, что каким-то образом узнал о картинах ван Лудо, о том, что Цезарь ван Лудо стал однажды Августом Хольгером. Узнал, и решил доделать работу, раз уж подвернулась такая оказия. А сам Август Хольгер по-прежнему был не интересен ни ему, ни его Бешеному Псу… который, наверняка, затаился где-то поблизости.

Мастер несколько мгновений всерьез рассматривал мысль подойти к Намик-Карасару под «Туманом» и выстрелить в сердце, оторвать голову. Это могло бы сработать. И это запомнили бы все гости галереи. Ее открытие навсегда вошло бы в историю искусства. Убийство в присутствии множества людей — всегда большое событие. А убийство загадочное, таинственное, необъяснимое — событие огромного масштаба.