"Фантастика 2026-10". Компиляция. Книги 1-30 (СИ) - Игнатова Наталья Владимировна - Страница 342

– Почему?

– Потому что они уже зараженные, как только хоть один из них попадет в свой мир, имею в виду не в научное заведение, а, например, в город, считай, все, планете хана. Вся переродится. И спасения уже не будет. Впрочем, как в Улье, поставок жратвы и необходимых вещей тоже не предвидится. Вот и будет один мертвый стаб. Ну, а с ядом-антидотом наши кановцы уже разобрались в девяносто процентов случаев. Скажу больше: у нас в Остроге пара десятков внешников точно имеется. Двое даже из ресов, техники отменные, граждане.

– То есть их не прибили?

– А за что? Людей они не резали, на запчасти не разбирали. И спасли их наши, считай, от незавидной участи, ввели антидот, теперь полноценные члены общества. Они же не по своей инициативе в Острог пробирались… Но тут тоже так скажу: идейных, конечно, к стенке, и тех, у кого родственники в заложниках, последних могут пинком под задницу за Вторую линию, если накосячить не успели, а нормальных – пусть живут, нам же лучше.

Сказанное Третьяком меня обрадовало, но виду я не подал, задумался, что и должен был сделать, – по идее, информации на меня попутчик вывалил много. Хотя еще один вопрос тоже надо прояснить.

– А деньги у вас есть?

– Ага, есть, вот, – сказал отрывисто тот и достал опять же из подсумка пластиковую карточку величиной примерно с кредитку. – Это один княжеский рубль, или просто рубль. Деньги по размерам все одинаковые, только копейки другие, тоже, как и на Земле, круглые, но из такого же материала. Номинал – один, три, пять, десять, двадцать пять, пятьдесят и сто рублей. По мелочи также, только копейки, ну и ста копеек, понятно, нет. Обеспечены рубли самой надежной ценностью Улья – споранами, горохом, жемчугом, именно на них ты можешь в любой момент поменять в банке деньги, возникни у тебя такая блажь. Курс всегда один к одному. То есть один споран – один рубль. По гороху и жемчугу – надо договариваться. С жемчугом все сложно. А у гороха курс плавает, но в пределах от восьми до двенадцати за штуку. Ниже вроде не было, выше тоже. И только не спрашивай, зачем было нам этот огород с деньгами городить.

– А зачем? – Роль и суть денег мне понятна, но одно дело – Земля, хотя не думалось мне, что тут какие-то кардинальные отличия.

– Вот всегда так, что ни свежак, сразу начинает теории, мол, сам по себе споран валюта! Зачем и почему? Не спорю, так и есть. Споран – валюта. Но! Есть большое такое «но», которое недопустимо для цивилизованного мира и больших и малых оборотов денежных средств. Зашел ты в кафешку кофе с булкой выпить. Цена – около пяти копеек в нормальном заведении. Будь у тебя только споран, или лесом пойдешь, или придется тебе жрать двадцать булок и пить двадцать кружек кофе.

– Ну, можно что-то другое взять. Или булок с собой набрать, дома съесть.

– А вот ни фига! Тебе дала задание, например, пусть будет жена, купить еще капусты, картохи, молока, и все это продается в разных местах, стоит копейки, а у тебя только один споран. Ну, как, удобно? Или ты здесь возьмешь булки, пойдешь их менять на капусту? А может, там тебя пошлют вместе с ними по известному адресу?

– Это аргумент. – В принципе, не зря деньги часто относят к величайшим изобретениям человечества. И глупо было бы думать, что здесь не воспользуются передовым опытом, а вернутся только к бартеру. Не спорю, в этой мутной водице можно поймать огромные прибыли, но в повседневности абсолютно неудобно. Однако это все же Улей… Есть вопросики, есть.

– Еще бы не аргумент! А представь, если речь идет о сделках, где фигурирует десять, двадцать, а бывает, и сто тысяч рублей, миллион! То есть споранов. Прикинь, с каким тебе баулом надо таскаться? А считать? Есть, конечно, вариант с жемчугом, но там еще больше разбег по переплате-недоплате бывает. Договориться порой очень сложно. Рубли же – это деньги, и всеми необходимыми свойствами они обладают. Сейчас Княжеский банк уже в восемнадцати цивилизованных стабах есть. Это только мне известно, а может быть, еще где имеются, открыли. Просто до этого рейда я, считай, полтора месяца по делам далеко мотался, вернулся, сутки дома не провел, на следующий уже вот сюда подались. В общем, там, где есть наш банк, рубль ходит наравне с другими средствами, которые представляют собой именно спораны и горох. Пятый год пошел с момента ввода денег, но уже развиваемся. И даже в диких стабах встречается и ценится так же, как и споран. Но дичь она и есть дичь, а цивилизация – это цивилизация. Хотя в том же Владимире и даже в Норильске пытались деньги ввести, тот же Солнышко и хотел, да только не получилось.

– А не подделывают? Тот же ксер, как ты говорил, глазками щелк, вот тебе и рубль.

– Вот поэтому и не получилось. Уверен, как только ксеры научатся жемчуг клепать, так сразу и наши рубли начнут. Не получается ни у ксеров, ни у муров, ни даже у других цивилизованных стабов. Изготовление рублей тайна такая – лучше не только про нее молчать, но и даже не предполагать, как их делают, не дай бог угадаешь, – невесело усмехнулся Третьяк. – Ну, и кроме этого, даже просто визиуально подделать пока не могут. Степеней защиты тьма, но есть одна, которая сразу позволяет определить, настоящий у тебя в руках рубль или копейка или поддельные. Внимательно в левый верхний угол приглядись, – он протянул мне карточку.

Обычный тонкий зеленый пластик, штрихкод, надпись «один рубль», ниже – «княжеский», оливковые ветви, на обратной стороне – суровый бородатый мужик, смотрящий исподлобья. В верхнем правом углу двузубец, что-то знакомое из геральдики. Присмотрелся – и чуть рефлекторно не отбросил прочь эту импровизированную купюру: прямо в лицо устремился черный орел, пусть и совсем маленький, не больше пяти сантиметров. Но он летел, поднимаясь выше и выше! Резкие взмахи крыльев, сжатый хищный клюв, мощные когтистые лапы. Казалось, можно было рассмотреть каждое перышко. И как это получается? Моргнул, и только двузубец. Никаких орлов. Присмотрелся – опять взмывает ввысь. Дела…

– Пробрало? – усмехнулся довольно Третьяк. – Меня тоже первый раз так торкнуло, а я еще в то время стронгом был, так чуть палить не начал, в руки себя взял, а у меня уже «стечкин» готовый. Не зря наши рубли еще ореликами называют. Вот как научатся подобное что-то делать, тогда фальшивок много будет, а пока любой рейдер подделку от настоящего сможет отличить. И ксеры не могут штамповать – и это одно из главных условий ввода денег в оборот.

Да-а… Тут ведь речь не только об удобстве шла для населения, получалось, Острог – монополист на ввод в обращение денег. Даже знать не хочу, как они делаются!

– А как это вообще возможно? Голограмма, я имею в виду? Ведь как настоящий! Это какие-то технологии? – все же не смог не задать вопрос. Орел из ниоткуда поражал воображение.

– Хрен знает, но скажу так: даже если бы знал – молчал бы в тряпочку. И даже на исповеди не сказал бы.

– Тоже верно, – согласился я со справедливыми опасениями. – А стронги – это кто?

– Стронги – это рейдеры, которые охотятся на внешников. Почти приехали, приготовься, а то мало ли. Всякое бывает, пока не опознались, – сказал Третьяк и снял с предохранителя свой «АС».

Фары выхватили ржавые покосившиеся ворота, возле которых приветственно размахивал одной рукой бородатый мужик в каске, в другой – за цевье держал автомат.

– Нормально все, пока не расслабляйся. Тихо вокруг, но подозрительно это, – после того как прижал палец к уху с гарнитурой, сказал Третьяк. – Какая-то ерунда, они должны были связаться заранее, а не ручками махать.

Въехали мы в ангар. Судя по монументальности и износу металла – детище строителей канувшего в Лету Советского Союза. Выглядел он как разрезанная на две половины бочка, одну часть которой положили срезом на землю.

Выбравшись из машины, я осмотрелся. Кроме прибывших с нами автомобилей и боевой техники, здесь находился еще и пятиместный «тойотовский» пикап черного цвета, явно новый. После того как въехавший последним БТР заглушил двигатель, стало очень тихо. Послышались какие-то скрипы, шум и пересвист ветра. И тихий-тихий и знакомый звук, будто где-то далеко работал дизель-генератор. Сзади заскрипели явно закрывающиеся ворота, а затем минут через пять в свет фар «Карателя», в котором сначала остановился, осматриваясь вокруг, Гранит, а затем и стали кучковаться другие рейдеры, забежала тройка встречающих. Все как один бородатые и мордастые, будто братья. Отсутствие нормального освещения только усиливало их общее сходство. Я вслед за Третьяком подошел ближе.