Зазеркалье Нашей Реальности - Мирай Медина - Страница 14

– Он? Помогает? – Хохот Делинды на секунду развеял мрачное настроение гостей. – Да как и, главное, чем он может помочь?

– Вы сильно недооцениваете своего брата, Ваше Величество, – упрекнул ее Каспар.

На лице Делинды появилось оскорбленное выражение, но дух веселья от общества новой подруги еще не покинул ее, и потому она просто бросила:

– До завтрашнего дня не желаю слышать от тебя ни слова.

Каспар сдержал страстное желание улыбнуться и пожать плечами. Ему не нужно было смотреть на королеву, чтобы почувствовать ее задетую гордыню.

– Миссис Шерро, – обратился Александр робко. – Я случайно услышал, что вы ранее расследовали дело об убийстве участников Съезда Мировых Лидеров…

– Да?

– И я хотел спросить у вас… Пока вы еще занимались делом, не попадалось ли вам понятие «Зазеркалье Нашей Реальности»?

Лицо Ирен вытянулось в приятном изумлении.

– Зачем вам это?

– Значит, это не выдумка?

Ирен не шелохнулась, окидывая быстрым взглядом зал. Она сомневалась, Александр видел это и был готов к новому наступлению. Его простодушие грело запертое в стальные оковы сердце Ирен. Чутье следователя и простого человека, в котором еще жила вера в честность людей, не дало ей промолчать. Она почти улыбнулась ему.

– Вы оказали нам услугу, принц Александр. Мы бы и сами расшифровали инициалы, но благодаря вам ход дела ускорился. – Она продолжила почти шепотом: – И потому я вам отвечу. Но не сейчас. Запомните адрес и приходите сегодня ровно в час ночи. Один.

7

Вылазка

Весенний холод проник в покои. Александр ненавидел спать с закрытыми окнами. Задыхался от нехватки кислорода, что заставляло его вставать посреди ночи и жадно глотать свежий воздух.

В камине из дикого камня тихо трещали щепки. Свет пламени создавал загадочный полумрак. Искры не долетали до узорчатого ковра под креслом-качалкой, в которым сидел принц с книжкой в руке. Он дочитал первую главу и поднял взгляд на зеркало над камином. В богатой золотой раме с извилистым орнаментом, оно всегда пугало его в детстве, и даже сейчас Александру казалось, что вот-вот отражение хрустальной люстры с позолоченными подсвечниками заменит силуэт призрака.

Часы пробили полночь. Королева уже должна была нежиться в своей постели под наблюдением Янмей: она никогда не покидала свою госпожу, пока ту не увлекут сны, но даже тогда присматривала за ней. Александр не знал, почему так, ведь темноты сестра не боялась. Однако этой ночью странность королевы сыграла ему на руку.

В дверь постучали.

– Войди.

За годы службы Каспар научился открывать и закрывать дверь без щелчка.

– Вы написали мне.

– Да, – Александр оглянулся в поисках места, где они могли бы сесть вместе, но на выбор были только кровать и уголок у окон, – я хотел с тобой поговорить.

Осторожный тон принца заставил Каспара напрячься.

– Мне стоит бояться?

– Вероятно, да. Я должен уйти сейчас же. Хотел спросить…

– Я иду с вами.

Александр и не заметил, как приоткрыл рот в приятном удивлении. На душе полегчало. Но лишь на секунду:

– Если нас заметят, то могут наказать. В первую очередь тебя.

– Словно такое будет происходить впервые, – усмехнулся Каспар, и его добрые глаза улыбнулись.

– Ты здорово разозлил королеву сегодня.

– Я всегда злю ее. Даже не знаю почему.

– Потому что защищаешь меня.

– Как и вы защищаете меня. Я иду с вами, Ваше Высочество. Это не обсуждается. И дело вовсе не в том, что меня могут наказать еще больше, если отпущу вас одного.

Он осекся, испугавшись, не сказал ли лишнего. Не оставил ли разоблачительную подсказку. Каспар больше не улыбался. Сжался, как подобало любому слуге. Предвкушение от ночной вылазки и радость от новой возможности быть с Александром наедине сменила холодная настойчивость.

Александр не заметил, как изменилось лицо его телохранителя.

– Ты хороший друг, Каспар.

В ответ он получил кивок.

«Конечно, друг, – успокаивал себя Шульц. – На большее я и не рассчитываю».

«Когда мне было двадцать, он только родился» – эти слова действовали на Каспара мгновенно, но вот прошел год с тех пор, как вспыхнула первая искра, и преграда теряла силу, уступая место чувствам. Легкое случайное касание, высокий голосок, имя, произнесенное губами принца, – и каждая клеточка тела Каспара ныла от болезненной радости и мучительных желаний, в которых он, взрослый мужчина, не мог признаться даже самому себе.

Любовный пыл пугал его. Чувства к юному хозяину ужасали, но близящееся совершеннолетие принца стирало все ограничения. И Каспар был беспомощен перед этим. Он не мог придумать новых способов охладить томящееся в жаре сердце.

Каспар пытался пристыдить себя, унизить, но как, если такое создание, как Александр, не видело в нем ни единого порока?

Каспару оставалось последнее: уволиться, если чувства не пройдут ко дню рождения принца. Ведь для любви нет убийцы лучше, чем расстояние.

– Я написал Янмей о том, что мы уходим.

– Зачем? – Александр накинул темно-фиолетовое пальто и застегнул пуговицы.

– Я также оповестил об этом стражников. Незаметно мы все равно не выберемся, но хотя бы не поднимем шума.

– Получается, все знают о нашем уходе?

– Кроме королевы.

Александр ни на секунду не сомневался в том, что она не узнает об их вылазке. Делинда, как собака, лаяла на слуг громко и свирепо, но кусалась редко, правда, очень больно. Она и не догадывалась, что слуги воспринимали ее больше как капризную девчушку и сдерживали улыбки, когда их в очередной раз ругали.

Каспар пропустил принца в коридор и закрыл дверь в его комнату.

– Машина будет ждать нас у посольского входа.

Они спустились в вестибюль по парадной лестнице, вышли через парадный вход, свернули направо в нижний коридор, и entrée, передняя, вывела их в маленький дворик. Александр остановился у небольшой мраморной колонны. Водитель вышел, чтобы открыть перед ними дверь, но Каспар кивнул ему, и тот подошел ближе.

– Я возьму это на себя, Джо, – Каспар принял от него ключи, – только никому ни слова. Если что, мы сами взяли машину.

– Да, сэр.

Водитель скрылся во тьме передней. Шульц открыл дверь машины.

– Можем ехать. Какой адрес?

Что-то в Александре настораживало Каспара: пугливый взгляд и скованность в движениях. Он словно готовился удрать обратно в свою комнату.

– Что с вами? – Телохранитель приподнял брови.

– Не знаю, – пробубнил Александр, опустив глаза. – Я еще никогда не сбегал ночью из дворца.

– Вот и прекрасно. Все бывает в первый раз.

Каспар протянул ему руку. Даже в этом движении Александр чувствовал силу и нежность. Уверенность и доверие, какие принц не мог испытать ни с кем другим. И действительно, рядом с ним юноша всегда чувствовал себя спокойно. Каспар не замечал этого, но, хоть обычно людей пленяла его внешность, намертво их приковывали к нему добродушие и открытость. Еще не нашлось человека, который не хотел бы узнать, что кроется в неприступной душе мужчины, кто способен взволновать его и заставить забыть, как дышать. Александр осознал, что почти за десять лет не приблизился к истине ни на миллиметр. Он видел лишь то, что мог увидеть в стенах дворца; слышал то, что Каспар мог сказать при нем. И вдруг он задумался: а кто такой Каспар Шульц? Его телохранитель, вдовец и отец трех девочек. Но разве это все, что случилось с ним за тридцать восемь лет?

Александра прежде это не волновало: ему было достаточно того, что он имел. Его не интересовало, где и как живет Каспар в свободное от службы время, чем занимается, как выглядит дома, какую одежду носит, о чем говорит. А может, он так долго знал Каспара, что детали его обычной жизни казались сами собой разумеющимися?

Откинув сомнения и набравшись смелости, Александр шагнул вперед и взял его за руку. Там, в покоях или, что проще, в Саейдском дворце вылазка казалась ему проще, и вот, когда минуты отделяли его от правды, он испугался последствий. Еще ничто в жизни Александра не шло так, как он хотел. Очередная неудача могла стать последней. Кто знает, в каком настроении будет сестра, если узнает о его недолгом побеге?