Янтарная тюрьма Амити (СИ) - Аск Рона - Страница 28

А мне так и захотелось ответить словом покрепче, да еще в рифму, но я закусила губу и опять устремила взор на шарик, который сама же… хех… породила и теперь не знаю, что с ним делать.

— Лаветта, — вновь произнес декан. — Помнишь, когда я кинул тебе этот артефакт…

— Артефакт?

— Не перебивай, пожалуйста, — начал злиться декан. — Так вот, когда я кинул тебе артефакт, ты сильно испугалась…

— Не пугалась я!

Реджес вздохнул, а я в очередной раз повернула шарик, чтобы посмотреть на него с другой стороны. Потоки блесток-песчинок с туманом красиво завихрились.

— Просто… Переволновалась. Думала, не поймаю. И прекращай швыряться в меня вещами! — разозлилась я. — Что за дурная привычка…

— Лаветта.

— Что?

— Почему?

— Что почему? — этот разговор начал меня раздражать, потому что я не могла уловить его посыл, да и вообще он казался глупым.

— Почему ты побоялась его не поймать?

— Да не боялась я! Сколько можно говорить? — воскликнула я и сильнее стиснула в пальцах шарик, но тут же ослабила давление.

— Хорошо, — продолжал терпеливо декан. — Тогда почему ты волновалась, что не поймаешь его?

Я усмехнулась.

— Потому что, если он разобьется, у нас будут проблемы.

— А с чего ты решила, что если он разобьется — у нас будут проблемы?

«Да это и виверне понятно!» — хотела воскликнуть я, но замерла. Правда, а с чего я решила, будто случится что-то нехорошее, если шарик разобьется? Ну, разобьется и разобьется. Вот только стоило представить, что на нем появится хоть одна трещина, как тут же на душе становилось дурно до тошноты, а по спине пробегал холодок.

— Потому что… — начала я и побледнела, вновь посмотрев на шарик. — Он не дожжен разбиться.

Мои последние слова повисли в оглушающей тишине дуэльной, и когда декан вновь заговорил, я даже вздрогнула:

— Помнишь, как директор тебе сказал, что заклинание обращения высечено на душе некромантов? — он поднялся со ступенек и прошелся по залу. — То же самое можно сказать и про остальных магов, только в нашем случае, на наших душах высечена суть магической силы, дарованной истоками. И как только мы приобретаем стихию, можем сразу ее использовать, независимо от того, знаем мы заклинания или нет. Магические формулы лишь учат нас правильно использовать наш дар, чтобы он не вышел из-под контроля и обрел нужную нам форму. Сначала это заклинания, произнесенные вслух. Потом мысленно. После, при должном старании, можно научиться призывать нужную форму лишь одним лишь пожеланием. Все зависит от того, как быстро мы учимся чувствовать природу магии, и у вас, ведьм — детей природы, есть преимущество. Восприятие природы заложено в вас с самого рождения.

— То есть, — нахмурилась я. — Ты хочешь сказать, что если бы мою силу получил простой маг, а не ведьма, то без знания формул он бы не смог ее использовать?

Декан улыбнулся:

— Молодец. Если бы ты была простым магом, то нам было бы гораздо сложнее определить, что ты умеешь, но твоя ведьмовская кровь позволяет тебе обратиться к магии напрямую, иначе говоря: считывать ее формулы с души без танцев с бубном.

Я усмехнулась такой интерпретации умений простых магов. Получается, все написанные в книгах заклинания — это танцы с бубном.

— Ничего себе проще, — проворчала я. — Но, кажется, я понимаю, к чему ты ведешь.

— Раз понимаешь, тогда постарайся узнать, что за заклинание ты применила.

— Хорошо, попробую воспользоваться тем, что мужчины боятся больше всего.

— Это чем же? — с опаской замер декан, перестав расхаживать вокруг да около, а я криво улыбнулась:

— Женской интуицией.

Он закатил глаза, а я, вздохнув, вновь вперилась взглядом в шарик:

— В моем же случае, ведьмовской…

И, почесав перепачканную в соке мухоловки голову, сосредоточилась на своих ощущениях.

«Так что же ты такое? — вздохнула я и прикрыла глаза. — Я, действительно, боюсь того, что ты разобьешься, потому что в таком случае случится беда, но какая? Что ты в себе прячешь, и что в себе прячу я?»

В висках запульсировало, от попыток активировать ведьмовскую интуицию, которая не спешила мне давать никаких подсказок.

«Если ты разобьешься, — стала я размышлять логически. — Значит, что-то высвободится. А если что-то должно высвободиться…»

Я снова почесала зудящую голову и нахмурилась.

«Значит, внутри тебя что-то есть. Хм… А это идея!»

В коротких сомнениях пожевав губу, я решила воспользоваться умением, которое приобрела, изучая газообразные зелья. Мое лицо вытянулось, стоило окунуться в саму суть этого шарика. Впервые на моей памяти там были не природные нити, а нечто иное, похожее на плотно спаянные между собой песчаные гранулы. Стоило мне их мысленно коснуться, как они завибрировали и заволновались, точно потревоженная гладь воды, но пропустили меня внутрь, полностью отсекая другие законы природы в окружающем мире.

— Это клетка! — не сдержавшись воскликнула я и побледнела, когда похожая на теплое дуновение ветра в моем сознании, янтарная магия резко сменилась на холодную, вязкую и спутанную. — Тюрьма для заклинаний, — еле слышно прошептала, чувствуя, как проступает холодный пот ужаса.

Я медленно открыла глаза, выныривая из своих ощущений и ошеломленно посмотрела на довольного Реджеса.

— Он не должен разбиться, — произнесла я с перекошенным лицом. — Если он разобьется, то заклинание Сенжи…

Я так и не смогла договорить и вновь закусила губу, чувствуя, как волосы на голове зашевелились. То, что сдерживал внутри себя этот шарик, было магией обращения Сенжи.

— Поэтому он больше не подает признаков перевоплощения, — блеснули глаза декана. — Ты запечатала его заклинание.

— Но как? Как я… — посмотрела я на шарик в ладони.

Теперь сжимать его в пальцах было еще страшнее — вдруг он разобьется!

— На это тоже придется ответить тебе, — заметил декан.

— Но как ты понял?.. — выдохнула я, пропустив его слова мимо ушей.

— Понял, что это такое?

— Да.

— Я не понял наверняка, — покачал головой Реджес, когда я вскинула на него ошеломленный взор.

— Так ты блефовал, что обо всем догадался?

— В какой-то мере, — улыбнулся он уголками губ. — Я не мог проанализировать твою магию так, как ты. Все мои попытки проникнуть сквозь оболочку шарика закончились неудачей. Не знаю, что это за магия, но для меня он словно бы существовал и не существовал одновременно.

— Как это понять?

— Физически я мог его пощупать или увидеть, но для любого магического чутья он равен пустоте, хотя в нашем мире, даже воздух несет в себе какой-то магический заряд. Твой же артефакт словно существует и не существует одновременно. Однако, — поспешил добавить декан, — на кое-какую мысль он меня все же натолкнул.

Он поднял ладонь, над которой появился язычок пламени.

— Среди формул нейтральной магии, где не используется стихия, а только наша внутренняя сила, есть заклинание магической изоляции.

Только он это произнес, как его рыжие брови нахмурились от усилия, и постепенно огонек окружила шарообразная полупрозрачная мембрана.

— Вспомнив о нем, я предположил, что они с твоим артефактом могут действовать похоже — изолировать вышедшую из-под контроля стихию или заклинание. Только магическая изоляция требует слишком много ресурсов и контроля, поэтому надолго сковать чье-то заклинание крайне тяжело, поэтому мало кто ей пользуется, да и магия в ней угасает без дополнительной внешней подпитки.

Я проследила за его взглядом, когда он вновь посмотрел на огонек, который начал стремительно гаснуть, пока не брызнул последними искрами, а мембрана не зашлась колебаниями и не исчезла совсем, точно лопнувший мыльный пузырь.

— Но магия внутри шарика не ослабла, — заметила я, сравнивая нынешние ощущения от соприкосновения с заклинанием перевоплощения с тем, что я ощутила, борясь за жизнь Сенжи. — Или мне так показалось.

— Заклинание некроманта довольное упорное, раз никто не смог его за долгие века прервать, — предположил декан. — Возможно, дело в этом, а возможно, в другом. Это мы выясним опытным путем. Создай еще один шарик.