Король волков (ЛП) - Палфриман Лорен - Страница 4

— Это твой жених заковал меня.

— То есть, ты не несешь ответственность за свои действия? Это ты хочешь сказать?

В его горле раздаётся низкое рычание.

— У меня не было выбора.

— Выбор есть всегда, — рычу я в ответ. — Возможно, это нелёгкий выбор. Но это всё равно выбор.

Его дыхание тяжелеет, и он сглатывает, словно подавляя эмоции, вызванные моими словами.

— Что ты знаешь о выборе, принцесса?

— Достаточно.

Он проводит зубами по нижней губе.

— Интересно, останешься ли ты такой же храброй, когда, между нами, не будет решётки.

— Между нами всегда будет барьер.

— Неужели?

От его тона, и скрытого в нем подтекста, мое сердцебиение ускоряется и по изгибу его губ, кажется, он это слышит.

Он переключает внимание на парня, словно закончил со мной.

— Иди сюда, — рычит он.

— Н-нет… — хнычет мальчик.

— Перестань вести себя как слабак.

— Я сказала, оставь его в покое! — огрызаюсь я.

— А я сказал ему подойти.

Прищуриваясь, Альфа смотрит на парня.

— Это уже второй раз за два дня, когда он ослушался меня.

— С какой стати он должен тебя слушаться?

Он вздыхает, будто я задала самый дурацкий вопрос на свете.

— Во что он одет?

— Что?

Он кивает в сторону мальчика. Опустив взгляд, рассматриваю его бледную худую грудь, а ниже красно-клетчатый килт.

— А что надето на мне? — спрашивает он.

Повернувшись к Альфе, замечаю его килт из красного тартана. (Прим. пер. Тартан — классический шотландский орнамент из пересекающихся полос/тип ткани) И взгляд невольно скользит вниз, к его икрам, крупным, как стволы деревьев. Я тяжело сглатываю.

— Они одинаковые, так? — говорит он.

— И что?

— И что?! Вы разоряете наши земли, воруете у нас, ставите на нас свои эксперименты, убиваете, сажаете в клетки и все равно ни черта о нас не знаете. — Покачав головой он тяжело выдыхает. — Мы из одного клана. Он один из моих людей. Этого мелкого засранца зовут Райан. — Бросив злобный взгляд на мальчишку, продолжает. — И если он сию же секунду не притащит сюда свою задницу, то останется тут, когда я уйду.

— Я… Зачем ему… — хмурюсь. — Что значит когда ты уйдешь? — Скрещивая руки на груди, многозначительно рассматриваю его камеру. — Сомневаюсь, что ты в ближайшее время выберешься от сюда.

— Да ну?

— Ну да.

— И почему, я, по-твоему, здесь, принцесса? — Он демонстративно окидывает взглядом сырую камеру. — Из-за шикарных условий?

— Ты здесь, потому что враг королевства. И ты пленник. И волк. И — добавляю уже чуть визгливо, сама не понимая, почему он так меня задевает: — потому что убил троих и чуть не прикончил этого несчастного парня!

Он пожимает плечами.

— Может, и так. Но надолго я тут не задержусь.

Стиснув зубы, дышу быстрее обычного. Не понимаю, что со мной. Я хозяйка своих эмоций. Так было всю мою жизнь. Я загоняла их так глубоко, что практически забыла, о их существовании.

Почему этот пленник — этот волк — пробуждает во мне ярость?

— И что? — я выдыхаю. — Ты правда думаешь, что сбежишь?

— Ага.

— Если ты так уверен, зачем, черт возьми, говорить мне об этом? Не очень-то умно, да?

Он усмехается.

— И что ты сделаешь, принцесса? Пожалуешься жениху? — Качает головой. — Не думаю. Потому что тогда придется признаться, что ты спускалась сюда. А тебе ведь не хочется, чтобы он узнал об этом, верно?

Моя кровь стынет в жилах, а Альфа злобно ухмыляется.

— Теперь ты должна выбрать, принцесса. Приведи парня ко мне, и я вправлю ему руку, а ты сделаешь перевязь. Или оставь его страдать тут дальше.

— Так… Так поэтому ты звал его?!

— Его плечо вывихнуто, — он указывает на скулящее на земле тело. Его рука находится достаточно близко, и я чувствую дуновение воздуха при движении. — Видишь, как торчит рука? Если не вправить, он не сможет ей пользоваться, пока не доберется до целителя на севере. А это замедлит меня. Приведи его сюда, и я исправлю это. И поторапливайся.

Он говорит как человек привыкший отдавать приказы. Но сейчас он не в том положении чтобы командовать мной.

— Ты хотел его убить, — напоминаю я.

— А ты остановила меня. И теперь я спасу его. Но только если ты сделаешь то, что я сказал.

Я хмурюсь.

— Если это трюк, чтобы… украсть у меня ключ или что-то в этом роде, знай, что он серебряный и снаружи стоит вооруженная охрана.

— Я так и думал. Никакого трюка. И мне не нужна твоя помощь, чтобы выбраться из псарни.

Он произносит это слово с таким же отвращением, как и я.

Посмотрев в его, почти изумрудные, глаза в полумраке, я снова почувствовала тот странный толчок в своей душе. И, по какой-то неизвестной причине, верю ему.

Вздыхаю и он, будто почувствовав мою покорность, кивает головой.

— Приведи ко мне парнишку.

Глубоко вздохнув, приседаю.

— Райан, — тихо говорю я. — Тебе нужно встать, чтобы мы помогли.

— Не хочу. — стонет он.

— Выбор за тобой. Но если останешься здесь, то скорее всего, умрёшь.

— Лучше бы я сюда не приходил, — он бросает сердитый взгляд мне через плечо.

— Да, так было бы лучше, — мрачно говорит альфа. — Но вот ты здесь. Так что перестань вести себя как наглый щенок и делай, что тебе говорят.

Райан сжимает челюсть и кажется, что сейчас закатит истерику. Но затем он садится, и я понимаю, что Альфа прав. Плечо распухло, а рука не на месте. Должно быть, это очень больно.

Я помогаю ему подняться, и он с трудом волочит ноги по грязному полу, пока мы идем через камеру.

— Хорошая девочка, — говорит Альфа.

Я закипаю. Да кем он себя возомнил, чтобы так разговаривать со мной? Всего лишь пленник, некто из волчьих кланов, а я дочь короля. Но бросив на него сердитый взгляд, замечаю, что он уже сосредоточен на Райане.

Обхватив грудь мальчика своей мощной рукой, он разворачивает его и прижимает спиной к прутьям. При этом движении Райн всхлипывает, его дыхание учащается, особенно когда Альфа берет поврежденную руку, проводя ладонью вдоль предплечья.

Взгляд Альфы скользит ко мне.

— Что ты сказала страже на входе?

— Я… — Заставляю себя встретиться с ним взглядом, хотя мне внезапно становится жарко. — Я сказала им, что из борделя.

Он усмехается, и мои щёки краснеют.

— Сойдет.

Резкое движение.

— БЛЯТЬ! — ревёт Райан.

Жуткий волк из соседней клетки хихикает. Альфа тоже ухмыляется.

— Ах, да замолчи ты, слабак. — взъерошив волосы Райну, пока тот бормочет себе под нос непристойности, он мягко подталкивает его ко мне. — Тебе нужно сделать перевязь для…

— Я знаю, — огрызаюсь.

Подвожу Райана к стене и усаживаю, достаю ткань из своей сумки, приседая перед ним. Его лицо пылает, а дыхание прерывистое, пока я протягиваю повязку под его предплечье и завязываю концы за его шеей.

— Тебе не нравится, когда тебе указывают, — замечает Альфа.

— Никто не любит, когда ему указывают.

— Некоторым это нравится. — В его голосе слышится ухмылка, и я смотрю на него, в замешательстве. Он качает головой. — Неважно.

Он молча наблюдает, как я завязываю концы повязки над ключицей Райана.

Я как раз заканчиваю, когда главная железная дверь с скрипом распахивается.

Живот скручивает от страха и запаниковав, я представляю, что сделает со мной Себастьян, если обнаружит здесь.

В темноте раздается томный женский смех, и я облегченно выдыхаю.

— Ну, кто тут хороший мальчик? — воркует она, будто разговаривая с собакой, и я напрягаюсь. — Кто такой хороший мальчик, заслуживший награду?

Мерзкий волк, свистевший мне вслед, усмехается.

— Я хороший мальчик, — скалится он. — Заходи ко мне, сладкая.

— Да? — сладкий аромат ее розовых духов пропитывает спертый воздух, когда шаги приближаются. — А что на счет тебя? Говорят, ты Альфа. Это правда? Я всегда мечтала переспать с Альфой.

Оборачиваюсь через плечо.

К клетке Альфы прислонилась красивая женщина с длинными светлыми волосами. Ее губы накрашены ярко-красной помадой, а на щеках румянец. Темный плащ соскользнул с одного плеча, обнажая, что под ним ничего нет.