Раб Наилон. Вкус свободы - Жнец Анна - Страница 6

«Мерилосы очень умны».

«Ты отвлекал внимание, – понял Наилон, холодея. – Чтобы твои сородичи могли незаметно подобраться к добыче. Ты обманул нас».

В ответ на его мысли черный ящер моргнул.

Лед, зародившийся в животе Наилона, побежал дальше – сковал ноги, руки, горло, украл его голос. Эльф понял, что не может пошевелиться, что собственное тело превратилось в ловушку, каждая мышца – в камень.

Пока он не мог двинуть и пальцем, мысли продолжали носиться в голове с бешеной скоростью.

«Ты явился на зов, но не потому, что подчинился моему дару. Ты услышал добычу, которой можно поживиться. И привел с собой стаю. О богиня, о чем мы только думали! О чем думал я? Кем себя возомнил?»

Ящер разомкнул пасть. С острых треугольных зубов на песок закапала слюна.

Наилон зажмурился. Даже сейчас, перед лицом смерти, он не мог вернуть себе контроль над своим онемевшим телом.

«Вот и все, – подумал он. – Вот и все. Конец».

– Наилон!

Ящер метнулся к нему.

Тэлли метнулась к нему.

В последнюю секунду Наилон распахнул глаза и увидел перед собой разверстую красную пасть, полную кинжалов. В лицо ударил невыносимый смрад. Запах мертвечины, гниющего мяса, застрявшего в зубах ящера, – того, что осталось от его прошлых жертв.

Сердце замерло.

Наилон приготовился к боли, к тому, что чудовище откусит ему голову, но черная громадина лишь клацнула зубами у самого его лица и с грохотом рухнула на песок.

– Наилон, – Тэлли, рыдая повисла у Наилона на шее.

– Вернул долг, – с хмурым видом буркнул Флой, разглядывая тварь у своих ног.

Клочья темного дыма клубились над павшим хищником, над рваными ранами на его теле, которые не кровили, а казались прижженными каленым железом.

– Вы говорили, что среди вас нет боевых магов, – с лицом, перекошенным от бешенства, к ним стремительно приближался ши Дарай.

Глава 4

Этот эльф…

Когда Тэлли смотрела на него, что-то в груди, под ребрами, начинало трепетать.

Наилон сильно отличался от тех, кого она знала, мужчин из ее племени.

Он был совсем другим – этим и привлек ее. Своей непохожестью.

Во-первых, Наилон приятно пах, а ее нос знахарки был очень чувствителен ко всякого рода ароматам. Работа с травами и зельями подарила Тэлли острый нюх – в ее деле это было важно: часто готовность того или иного варева определялась по его запаху, ошибка могла стоить кому-то жизни.

Да, запах чужеземца оказался приятен.

Даже после долгого путешествия через мертвые земли от Наилона не смердело так, как от многих знакомых Тэлли, что набивались ей в поклонники. Почему-то она была уверена: в отличие от местных мужчин, эльфы принимают ванну чаще одного раза в месяц и не смотрят на бочку с горячей водой как на личного врага. Редкость в ее краях.

Иногда при виде Наилона знахарка ловила себя на странной и постыдной фантазии: в своем воображении Тэлли проводила носом по его белому горлу, по влажной коже, распаренной после мытья. Она представляла себе его запах. Запах чистой плоти. И ее щеки загорались жарким румянцем возбуждения.

Во-вторых, у Наилона не было бороды. Тэлли нравилось, что лицо эльфа гладкое и все его черты открыты взгляду, а не спрятаны под лохматой волосней, как у того же Дарая. Наверное, скользнуть губами по гладкой щеке и линии челюсти очень приятно.

А целоваться?

Каково это – целоваться с безбородым?

Самое удивительное, волос не было не только на лице Наилона – на теле. Тэлли успела заметить это в те часы, когда эльф снимал тунику и сверкал голым торсом. Смотреть на лысую мужскую грудь было странно. Без шерсти на груди и руках нагота Наилона казалась какой-то особенно неприличной. Вызывающей. Его ладные аккуратные мускулы сразу бросались в глаза, ими хотелось любоваться, пальцы сами собой тянулись их потрогать. Конечно, Тэлли себя одергивала.

Эльф.

Вежливый, спокойный, не грубиян, как ее бывший.

И Лу он понравился.

Ни секунды Тэлли не сомневалась, что у чужака получится призвать песчаного змея, но в пустыне у границы Черной Пустоши случился кошмар.

– Вы солгали! – орал ши Дарай вне себя от бешенства. – Среди вас есть боевой маг, а этот, – он ткнул пальцем Наилону в грудь. – Никакой не заклинатель.

– А вам, живущим по соседству с кровожадными монстрами пустыни, в клане не нужны боевые маги? – друг Наилона Флой сверкнул желтыми глазами исподлобья.

– Нам не нужны обманщики и предатели.

– Ваша старейшина читала наши мысли, – вмешалась женщина, Асаф, и с уважением поклонилась аш Фатим. – Разве мы задумали подлость? Мы всего лишь ищем новый дом и можем принести пользу вашему клану. Способности моего мужа вы видели. Хороший воин – подарок для любого поселения, особенно когда рядом кишат твари, подобные этим, – она кивнула на обмякшую тушу у ног Флоя. – А я владею магией воздуха и огня. Если снять с моей руки этот браслет, – Асаф потрясла запястьем с полоской металла, – я тоже очень вам пригожусь.

Слушая речь чужестранки, аш Фатим согласно кивала, другие старейшины смотрели на нее и повторяли этот жест.

В душе у Тэлли затеплилась надежда. Она очень хотела, чтобы этот красивый светленький эльф остался в поселении. Если пришлых погонят из клана прочь, она взбунтуется. Она не позволит!

– А от этого какая польза? – сплюнул на песок ши Дарай, имея в виду, разумеется, Наилона, который с самой первой минуты стал для него как кость в горле. – Змея он не призвал. На воина не похож. Может, ткать умеет из козьей шерсти, как наши бабы?

Наилон вспыхнул. Тэлли тут же заступилась за него.

– Он отличный лучник. Все эльфы прекрасные охотники. Это всем известно. Да-да, всем известно. Он может охотиться с твоим отрядом и приносить в клан добычу.

Ей показалось, что она нашла отличный довод, но красавчик эльф отчего-то покраснел еще гуще и отвел взгляд. Наверное, не хотел отправляться в поход с ши Дараем и его ребятами.

– Или он может охотиться в одиночку, – нашлась Тэлли.

– Или с ши Газизам, – мерзко ухмыльнулся ши Дарай и посмотрел так, словно проверял, задел ли ее своими словами.

Задел, но знахарка не подала вида.

Их спор прервала аш Фатим.

– Чужаки остаются, – заявила она скрипучим старческим голосом, не терпящим возражений. – Каждый из них может быть полезен. На охоте, для защиты, в быту. А тебе, Тэлли, пора вспомнить о том вкладе, что должна вносить ты. Случилась беда. Раненым нужна помощь. Фаруха одна не справляется.

В поселении было всего две лекарки. Из них двоих Тэлли знала и умела гораздо больше. Ее накрыл стыд: люди страдают, пока она бесполезно чешет языком.

И все-таки она не могла не спросить:

– Пока я буду заниматься ранеными, что будет с чужеземцами? Им нужна крыша над головой. Они устали с дороги и давно не ели.

– Я передам твоей дочери, чтобы она позаботилась о них, – ответила аш Фатим. – Пусть живут пока у тебя.

– У одинокой женщины? Два мужчины? – ши Дарай глубоко вздохнул от возмущения и поджал губы.

Тэлли зыркнула на него мерилосом и побежала выполнять свой долг.

И вздрогнула, услышав за спиной:

– Отряд ши Газиза скоро вернется с охоты. Готовься.

Глава 5

Дети в клане Шао крайне самостоятельны – это Наилон понял сразу. Пока Тэлли занималась ранеными, ее дочка ухаживала за гостями как настоящая маленькая хозяйка. Похоже, она нередко оставалась дома одна и была научена вести быт.

Огромными круглыми глазами Наилон наблюдал за тем, как девочка замешивает в миске тесто, а потом готовит из него толстые лепешки. Да каким способом! Удивительным!

Сначала Лу развела в пустыне костер, подождала, пока он прогорит до серебристых углей, затем длинной палкой сдвинула этот тлеющий костер в сторону и уложила на его место будущую лепешку. Пласт теста она забросала песком, смешанным с углями.

То, что через некоторое время она откопала, выглядело неаппетитно. У лепешки была толстая черная корка, с которой девочка ножом соскребла песок. Впрочем, судя по выражению лица, результатом Лу была вполне довольна. Она приготовила еще две таких лепешки, налила всем верблюжьего молока и принесла из дальней комнаты какой-то красный соус, а еще несколько кусочков вяленого мяса.