Любовь на переломе - Георгиев Андрей Владимирович - Страница 9

Лифт мягко умчал его на четвёртый этаж. Он позвонил. Сердце замерло в груди, затаившись. Дверь открылась через несколько секунд, и мир сузился до одного порога.

Она стояла на фоне приглушённого света квартиры в чёрном платье – простом и смертельно опасном. Ткань, мягко струясь, облегала каждый изгиб, открывая плечи, бледные, как слоновая кость. Смелый вырез платья открывал верхнюю часть груди – молодой, высокой, дышащей ровным жаром. Кожа там казалась ослепительно белой, почти сияющей, а тень между округлостями манила взгляд в таинственную глубину. Её глаза блестели, как мокрый агат. Льняные волосы были убраны в высокую, сложную причёску, открывая трогательные маленькие уши и шею – длинную, изящную, лебединую. Вся она была воплощением юной, зреющей свежести – пьянящей и запретной.

Воздух застрял у Антона в горле. Он невольно кашлянул, чтобы вдохнуть, и протянул ей розы и подарок. Их пальцы ненадолго встретились.

– Боже, какие они чудесные! – её голос прозвучал тихо и тепло. – Пахнут летом… Я поставлю их в воду. Проходи, Антон.

Он снял туфли, надел приготовленные тапочки и прошёл за ней по узкому коридору. Обстановка была скромной, бюджетной, как и полагается съёмной квартире, но чистой и уютной. В середине комнаты стоял накрытый стол – с закусками, фруктами, двумя наборами бокалов. И больше никого.

Она вернулась с вазой, где уже расправляли лепестки его алые розы, и поставила её в центр стола. Аромат цветов смешался с её лёгкими духами – что-то свежее, с ноткой ванили.

– А где гости? – спросил он, уже догадываясь.

Она обернулась. На её губах играла улыбка – одновременно застенчивая и дерзкая, двусмысленная и откровенная.

– Антон! – сказала она, делая шаг навстречу. – Чей сегодня день рождения?

– Твой, моя королева, – голос его звучал глубже обычного.

– Это значит, я приглашаю гостей. Тех, кого хочу видеть. А я хочу… – она сделала ещё шаг, сокращая расстояние до ничтожного, – видеть только тебя. Ты – мой лучший подарок.

Он закрыл остаток пространства между ними. Взял её руку – пальцы были тонкими, тёплыми, пульс отдавался лёгкой дрожью у запястья. Поднёс её к своим губам. Кожа пахла мылом и чем-то сладким.

– Ты самая красивая и самая опасная девочка на свете, – прошептал он в её ладонь, чувствуя, как она едва заметно вздрагивает. Её взгляд утонул в его взгляде, а в воздухе повисло невысказанное напряжение, густое и сладкое, как мёд.

Глава 9

Раннее утро дышало прохладной свежестью, но внутри него всё ещё пылал огонь. Он ехал за рулём, от неё – от той, что вырвала его из привычного бытия, как буря вырывает дерево с корнем. Его голова кружилась не просто от счастья – от эйфории, от опьянения, от неистового чувства обновления. За лобовым стеклом, будто в медленной перемотке скандального фильма, мелькали кадры прошлой ночи: ослепительные, жгучие, почти галлюцинаторные.

Он видел её – обнажённую, дрожащую, пьяную от желания. Её пальцы впивались в бархатистую обивку старого дивана, словно пытаясь удержаться на краю реальности. Каждое движение её тела было мольбой и вызовом одновременно. А её стон… – был заглушён его ртом, в котором она растворялась целиком, как сахар в горячем чае. Он провёл языком по своим губам, будто пытаясь удержать призрачный вкус её поцелуев. И да – это был ликёр. Не просто сладкий, а божественно-опьяняющий – как-будто сам Эрос вложил ей в уста каплю нектара забытых богов.

Её тело… Юное, гибкое, трепетное, как у лани, но горячее, как раскалённый песок пустыни. Оно пахло медом, только что сорванными цветами жасмина и тёмным, пряным миндалём – аромат, от которого кружило голову. Кожа её была гладкой, как шёлк, и горячей, как галька на побережье Черного моря под полуденным солнцем. Он помнил, как его ладони скользили по её бёдрам, как пальцы зарывались в её волосы, как он чувствовал каждую дрожь её позвоночника, когда она отдавалась ему – не просто телом, а всей своей душой, истекающей слезами, стонами, шёпотом его имени.

Безумная ночь. Сумасшедшая. Бессонная. Ночь, в которой время остановилось, законы физики перестали существовать, а реальность превратилась в одно нескончаемое наслаждение.

Какая она умница, какая щедрая, сладкая девочка. Она подарила себя ему так простодушно и так возвышенно. Она его безумно любит.

Он заехал на заправку. Машинально – будто чужая рука управляла им. Заправился, поставил автомобиль на заправочную парковку. Он знал: в таком состоянии за руль нельзя. Сердце колотилось, пульс бился в висках, а в крови всё ещё бурлила та самая ночь – горячая, сладкая, неотпускающая.

Зашёл в придорожную кафешку. Заказал свой любимый латте – двойной, с корицей. Даже кофе не мог затмить вкус её губ. Его рот сам по себе изгибался в улыбку – широкую, дерзкую, почти наглую. Он пытался сделать лицо серьёзным, но губы упрямо отказывались подчиняться. И – что самое странное – внутри не было ни капли вины. Ни одной тени угрызения. Совесть? Та сладко посапывала где-то в глубине, укутанная в шёлковые простыни насыщения. Она получила своё – не просто наслаждение, а экстаз, подобный религиозному откровению.

«Ну что ж, – подумал он, отхлёбывая кофе и чувствуя, как тепло разливается по телу, – вернулся в большой секс. Не просто вернулся… Ворвался!»

Из жалкого любителя, в которого превратили его годы рутины, он за одну ночь вспрыгнул на олимпийский пьедестал богов плотских утех. И знал: теперь уже не слезет. Потому что вкусил рай. И не намерен возвращаться в ад обыденности.

Глава 10

У Маши была лучшая подруга, единственная и неповторимая – Даша. Они познакомились при поступлении в институт и сразу почувствовали друг к другу симпатию. На первом курсе они снимали вместе квартиру вскладчину, жили в одной комнате, деля на двоих последнюю пачку «Доширака». Боролись за жизнь в равнодушной Москве. Дашка приехала покорять столицу из небольшого поселка под Пензой. Надеяться было не на кого и Дашка без сомнений, без иллюзий, стиснув зубы шла к своей цели.

Высокая – метр восемьдесят, она обладала модельной внешностью и фигурой. Между занятиями в институте она ходила на кастинги. Модельные агентства были в восторге от ее белокурых волос, горящих зеленых глаз, высоких скул и выражением лица, как у грозной амазонки. Дашка стала неплохо зарабатывать.

А год назад она нашла своего Петра, молодого бизнесмена. Она познакомила с ним Машу и та была шокирована и напугана брутальной, бандитской внешностью Дашкиного ухажера. Петр был суров, могуч и немногословен. Его глаза смотрели на людей со снисходительным презрением.

– Дашка, ты уверена? – спрашивала Маша с сомнением. – Он сломает тебе жизнь. Дело конечно твое, но он похож на человека готового на все, даже на преступление.

– Нет! – горячо ответила Даша. – Преступление он уже совершил! Разбой, представляешь! Отсидел два года, вышел по УДО. Сказал, что больше в тюрьму не вернется. Ему там очень не понравилось. В общем, как говорится, взялся за ум. Занимается бизнесом и успешно. Понимаешь, я выросла среди таких сильных, с характером мужчин, способных на поступок, у которых не заржавеет начистить рыло любому, кто неправильно посмотрит. Такими были мой отец, братья, соседи. Я не воспринимаю скромных, тихих мужчин. Они меня не возбуждают. А Петя, конечно, не Цицерон, но обнимет молча своими ручищами и сердце тает, как снег весной.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.