Идеальная жена - Сэндс Линси - Страница 4

– Слава богу! Ох, мои руки! – сетовала леди Стротон. – А теперь давайте наденем платье. Идеально.

Авелин предположила, что материнское «идеально» означало, что им удалось застегнуть все крючки. Но она не была в том уверена, пока не почувствовала, как её поворачивают. Подняв голову, она попыталась улыбнуться, когда оказалась лицом к лицу с матерью и Гуннорой.

Леди Стротон ахнула.

– Да, – согласилась Гуннора. Обе женщины обменялись торжествующими взглядами.

– Дорогая, ты выглядишь прекрасно! Просто красавица. – Леди Стротон взяла дочь за руку и потянула к двери. – А теперь спустимся-ка вниз, пока они не явились наверх, чтобы нас отыскать.

Авелин сумела преодолеть половину комнаты, прежде чем пришлось остановиться и отдышаться. Каждый шаг давался ей с трудом, а каждый последующий – ещё труднее.

– В чём дело, милая? – спросила леди Стротон.

– Я… ничего. Просто… мне нужно… подышать. – Она даже сумела улыбнуться, пытаясь втянуть воздух в сжатые до невозможности лёгкие. – Только дайте мне… минутку.

Обменявшись с горничной встревоженным взглядом, леди Стротон проворковала:

– Ладно. Отдохни минутку. А потом мы спустимся и представим тебя жениху прежде, чем все пойдут в церковь.

Малая толика воздуха, которую Авелин сумела втянуть в себя, со свистом вылетела обратно при одной мысли о том, что придётся идти – не только из комнаты и вниз по лестнице, но и всю дорогу до часовни. Прежде ей не казалось, что церковь так уж далеко, но сейчас она словно отодвинулась на многие мили. У неё дышать-то не получалось, не то что ходить. Авелин шатало от слабости, хотя она едва вышла из собственной спальни; ей ни за что не одолеть дорогу до церкви!

– Кажется, я не дойду, – призналась она. Ей было стыдно: она всех подвела!

– Боже! – Леди Стротон подхватила Авелин, потому что та едва не повалилась на неё. – Дорогая, ты то краснеешь, то бледнеешь. Может, нам следует немного ослабить перевязь?

– Не выйдет, – сказала Гуннора. – Мы ведь её зашили, чтобы держалась на месте!

При этом напоминании у леди Стротон сделался такой несчастный вид, что Авелин усилием воли выпрямилась и предложила:

– Может быть, если мы пойдём медленнее…

– Конечно! – радостно согласилась мать. – В любом случае, девице и приличествует шествовать не спеша. Идём, попробуем ещё раз, только помедленнее.

Авелин с трудом сделала один шаг, затем второй. Она чувствовала, что от напряжения к лицу приливает кровь, а затем отливает, отчего щёки сделались бледными и ледяными. Вдруг комната поплыла перед её глазами.

– Боже! Ничего не выходит, – огорчённо воскликнула леди Стротон, и Авелин остановилась. Мать на минуту задумалась, очевидно колеблясь, затем решительно повернулась к горничной. – Приведи сюда Варина и моего супруга. Быстро, Гуннора!

– Да, миледи.

Горничная выбежала из комнаты, а Марджерия Стротон вновь занялась дочерью. Заметив, что та шатается, будто вот-вот рухнет наземь, она нахмурилась и слегка подтолкнула её, заставив сделать несколько шагов в сторону стены, пока Авелин не оказалась перед сундуком.

– Вот так, дорогая; сядь здесь!

– Я не могу, – выдохнула Авелин, пытаясь устоять на ногах вопреки материнскому понуканию. – Я не могу сесть! Будет только хуже. Пожалуйста! Мне нужен воздух! Мне нужно…

Леди Стротон в ужасе вытаращила глаза.

– Ты посинела! Рунильда! Окно, быстро! – закричала она и, закинув руку Авелин себе на плечо, в панике потащила её через всю комнату, а горничная тем временем бросилась к окну и распахнула ставни.

День выдался ветреным. Ветер ворвался в комнату, вздыбив занавеси кровати. Авелин навалилась на карниз. Она чувствовала, как ветер вцепился в её волосы, выхватывая несколько прядей из плотного пучка, который соорудила Рунильда. Но ей было уже всё равно. Единственное, что её сейчас волновало, так это живительное дуновение прохлады, которое било ей прямо в лицо. Авелин открыла рот и сделала вдох, пытаясь втянуть воздух в лёгкие, в которых хватало места лишь на малую его толику.

– Что здесь, чёрт возьми, происходит? – послышался зычный голос, и все три женщины оцепенели. Дверь распахнулась. Авелин оглянулась через плечо. В комнату ввалился её отец и за ним встревоженный Варин.

– Марджерия? Что за задержка? Сначала Авелин не явилась, потом исчезла ты, а потом Гуннора… – Он вдруг осекся, глядя на мертвенно-бледное лицо дочери. Злость в его лице сменилась тревогой. Он бросился вперёд. – Авелин? Боже правый, ты бледна как смерть. Что случилось?

– Всё хорошо, это… – начала леди Стротон, но осеклась, когда увидела, как пальцы Авелин судорожно впиваются в её руку.

– Это просто нервы, папа, – хрипло закончила за неё Авелин и тут же замолчала, чтобы глотнуть воздуху. На глазах девушки немедленно выступили слёзы, и не только из-за пытки, которую претерпевали её лёгкие, но и из-за окончания фразы. – Я выхожу замуж и покидаю родной дом. Я буду скучать по вам, и я…

Её слова перешли в сдавленный стон, когда Уиллем Стротон от души сжал дочь в объятиях.

– Мы тоже будем по тебе скучать! Дитя моё, ты озаряешь светом нашу жизнь. Но мы будем часто приезжать в гости и… Ты никак исхудала, девочка? Тебя как будто меньше стало, даже обнимать непривычно.

Авелин ответила булькающим вдохом. Хватаясь за рубаху отца, она изо всех сил пыталась отвернуть лицо от его плеча, чтобы глотнуть воздуха, которого ей так не хватало. Нос и рот ей освободить не удалось, но она смогла взглянуть поверх его плеча на мать. Глаза у неё были огромные и полные ужаса.

– Отпусти её, Уиллем! – вскричала леди Стротон. – Ты её задушишь.

Авелин тотчас же оказалась на свободе и отвернулась, чтобы упасть на подоконник, тяжело дыша свежим ветром, который бил ей в лицо.

– Вы уверены, что это всего лишь нервы? – спросил Варин. – У неё совершенно больной вид!

– Конечно, нервы, – настаивала леди Стротон. Затем Авелин отчётливо услышала, как мать решительно набирает воздуха в грудь. Прекрасный, глубокий, обнадёживающий вдох, и Авелин застонала, представив себе, как она сама могла бы дышать полной грудью. Потом до неё донеслись слова матери. – Как бы то ни было, в этом состоянии идти в церковь пешком станет для неё слишком серьёзным испытанием. Варин, ты отвезёшь Авелин верхом на своём коне.

– В церковь на коне? – воскликнули оба мужчины.

– Но мне дольше идти до конюшни и обратно, чем дойти до часовни, – возмутился Варин.

– Да, – согласился лорд Стротон. – Джервилли подумают, будто она нездорова или…

– Нет, если ты объяснишь, что при дворе считается романтичным, когда невесту везут верхом, – терпеливо втолковывала леди Стротон. – Это очень модно, и все благородные невесты делают именно так.

Уиллем только хлопал глазами.

– Правда?

– Откуда мне знать? – огорчённо воскликнула леди Стротон. – Ты же ненавидишь двор и никогда меня туда не возишь.

– Ага. – Уиллем кивнул; до него наконец дошло. – Значит, ты хочешь, чтобы я солгал.

– Да.

– Очень хорошо. – Усмехнувшись, лорд Стротон вышел.

– Он ещё мне это припомнит, – вполголоса сказала мать.

Впрочем, леди Стротон не казалась слишком огорчённой. Напротив, Авелин была уверена, что мать вздрогнула от приятного предвкушения, глядя, как супруг решительно затворяет за собой дверь.

Леди Марджерия обратилась к сыну:

– Иди и приведи лошадь. Мы встретим тебя у порога. – Как только Варин кивнул, готовясь бежать на конюшню, мать немедленно обернулась к Авелин. – А сейчас… О, да тебе как будто уже лучше! – удивлённо воскликнула она.

Авелин сумела улыбнуться.

– Кажется, я привыкаю. Наверное, всё будет хорошо, если не волноваться и не ходить слишком много. – Она сделала осторожный шаг прочь от окна, затем второй.

– Думаю, что тебе лучше отдохнуть, пока Варин не приведёт коня. – Мать предостерегающе протянула руку, будто на тот случай, если дочь вдруг свалится без чувств и её придётся ловить.

– Хочу удостовериться, что не упаду в обморок, если придётся пройти несколько шагов, когда я спешусь и пойду к мужу, – возразила Авелин, делая очередной шаг. Мать и Гуннора с Рунильдой следовали сзади, вытянув руки, чтобы уберечь её от падения. Но она успела пройти всего несколько шагов прежде, чем комната снова поплыла перед глазами. Наверное, зря она разговаривала и тратила на слова то немногое количество воздуха, что ещё оставалось в лёгких, решила Авелин. Поэтому и слабость наступила так быстро. Похоже, ей придётся выбирать между речью и ходьбой. В данный момент важнее было шагать, поэтому она просто остановилась на миг, чтобы прошло головокружение, и двинулась дальше. Дойдя до двери, девушка облегчённо вздохнула – и не только она.