Покоривший СТЕНУ 20: Гнев Системы (СИ) - Мантикор Артемис - Страница 15

— Хм… А как Миса связалась с Алихаей? — я посмотрел на Альму.

— Осколок зеркала Мисы. Часть моей сути у поклявшейся мне жрицы.

— А как он к ней попал? — заинтересовалась Селена.

Альма пожала плечами.

На восьмой день Альме начало становиться плохо. Подошло время таймера юстициара. Поохотиться на птиц, мы, увы, не могли. Но придётся. Ни мха для уничтожения аделита, ни контроля маны для его плавления у нас ещё не было, так что ситуация рисковала стать критичной.

— Система! Аудитор Арктур! Фиксирую ошибку!

Опишите проблему.

Надпись уже привычно засветилась в воздухе.

— Ты наказываешь верификатора, который ушёл, чтобы тебе помочь, за то, что сама же её здесь закрыла. Нужно открыть ворота. Тогда Альма убьёт для тебя уйму летунов!

Идёт анализ…

Формируется запрос для системы юстициаров.

— Ого, у них она разная.

Селена тоже с любопытством посмотрела на незнакомый текст.

Запрос сформирован. Идёт оценка ситуации.

Решение принято: снятие ограничения ввиду особых обстоятельств.

Благодарим за содействие делу проходчиков!

- И… всё? — удивилась Альма. — Так просто?

— Как обычно, — равнодушно бросила Селена.

На девятнадцатый день, с помощью Селены, я создал новый вид люминорного мха, чем удивил даже её. Это был очень агрессивный гибрид, поглощающий адамант.

Раньше я даже не брался за задачи, которые не могут дать результат здесь и сейчас, но теперь пришлось. Учиться контролю маны было ещё дольше.

Я был в особенно мрачном расположении духа тогда. Работа по подбору гибридов и модификации растения, плюс постоянные советы с Селеной, сделали невозможное за короткий для такого проекта срок. В естественных условиях этот мох тысячелетиями бы пытался переварить адамант, и размножался он так же медленно, но маны мы не жалели, а посох Рены стал настоящим спасением. Повезло, что и архидруид, и богиня трав, и целестин были в списке подходящих кандидатов для него.

Меня не оставляла мысль, что сейчас Тие, должно быть, совсем паршиво. Хорошо, что я тогда с ней провёл разговор насчёт преемственности в Ордене. Но насколько он на неё подействовал?

Фиолетовый светящийся мох дал надежду на скорое освобождение. Растение было с крайне медленным метаболизмом. Ему приходилось корнями лезть в аделит, что занимало уйму времени. Но посох Рены пришёлся здесь как нельзя кстати. Сперва я опустошил свой резерв, затем передал его Селене.

Это тоже была своего рода маленькая проверка. Рискнёт ли, зная, что некоторое время будет совсем беззащитна?

— Миса, выпусти сперва туда свет. Я попробую его тоже переработать, — сказала она и передала артефакт Альме.

Та даже не задумалась о том, что мы остаёмся с ней фактически безоружны, и сразу же выпустила через посох весь запас своих сил в виде живительного света. С магическим истощением я думал плохо, и голова знакомо кружилась, так что я не сразу понял, что Альме вообще не нужно ничего преобразовывать — она же не Мерлин, её свет и так носит аспект жизни.

Но затем, когда ослабевшая девушка выронила посох из рук, его подняла Селена и честно выложилась по полной.

Что ж, её подозрительность понятна и естественна — в её плане я должен был спуститься сюда один. И навредить ей я не мог. Но вот на Альму это не распространялось, и у неё были все шансы прибить богиню и выполнить квест.

Я солгу, если скажу, что не думал о том, как провернуть это. Ничего сложного, особенно, если она будет в таком состоянии как сейчас, почти без сил.

Но я понимал, что никогда так не поступлю. Хитрая сволочь она, всё-таки — не удивлюсь, если и мой неуместный морализм тоже продумала. Однако убивать её вот так, как крыса, в спину, при том, что она вела себя открыто и честно — я не мог.

Под таким питанием люминорис сожрал половину толщины пола локации и столкнулся с незримым барьером. Причиной моего будущего плохого настроения на очень, очень долгий срок.

Насыщенный нашей маной мох, да и любой мох, не мог пройти за барьер, так что всё это было зря. Мы просто проделали дырку в земле и упёрлись в ту же невидимую преграду. Разве что бонусом получили кучу биомассы в виде разнообразного фиолетового светящегося мха — гибрид получился на редкость красивым.

А ведь всё так хорошо начиналось…

Я освоил контроль маны за шестьдесят восемь дней. «Удивительный результат» — так заявила Селена. Может, так оно и было.

Но зато ещё шесть дней ушли на безуспешные попытки плавить что-то нашим тройным божественным светом. Температура плавления адаманта… ну, никто из нас её не знал. Может, как титан, а может — как вольфрам.

В общем, с первого, второго и третьего раза ничего вообще не получилось. Я уже был готов похоронить идею с плавлением аделита, но Альма вспомнила легенду о Чёрном Солнце. О том, как его победили в том мире, где крысиный бог был изначально.

Опустив подробности этой легенды, суть была в том, чтобы сделать большую линзу и запускать магию света через неё.

Теперь от этого трюка я уже ничего не ждал. Накачав Альму маной, мы сделали из песка локации линзу, которую усилила рунами магии природы Селена. Это устройство мы разместили над созданной ямой и пустили свои версии магии света в чистом виде. Светлый источник был у нас всех, а с контролем мы могли наконец-то все вместе бить световыми лучами.

Расчёт был на то, что свет вроде как проходит между локациями, как и температура. Так что на определённом уровне концентрации можно попробовать расплавить верхний слой аделитовой плиты над тридцать восьмым этажом.

И это был первый удачный эксперимент.

Посох Рены выручил нас, и потолок локации под нами был повержен. И реальный аделитовый, и бутафорский, стилизованный под что-то вроде мясокомбината — максимально зловещей атмосферной комнаты из металла и с каплями высохшей крови. Монстров мы не обнаружили, но вид впечатлял.

Вот только барьер от этого никуда не делся.

Я спустился на дно созданного нами колодца, встал фактически на воздух. Барьер хоть и был почти незаметен, пройти через него я не мог.

— У Мерлина, вроде бы, было возрождение через свет, задумчиво сказал я после эксперимента. — Хотя нет, толку, если свою ману на ту сторону не передать,

Когда мы немного пришли в себя, стали пробовать разные способности. Буквально всё, что только у нас было, что бы могло помочь нам покинуть Оазис. Но сама мана никак не проникала за барьер. Только косвенное воздействие без неё, вроде тепла и света.

В тот день настроение у меня достигло пика мрачности.

Альма до сих пор ходила как пришибленная после новостей о том, что она копия богини. Периодически только она снова срывалась вести беседы и споры на эту тему, но фактически всё это обсуждалось уже по десятому кругу и нового в таких разговорах не было ничего.

Селена же невозмутимо пила чай. Только рука слегка подрагивала от опустошения магического резерва.

— Я говорила, что это бессмысленно, — пожала плечами богиня, глядя на меня.

Подул сильный ветер со свежесорванной листвой, и на столе собрался исходящий паром запечёный картофель с зеленью и травяным маслом с привкусом базилика.

— Нужно подождать пересбор и повторить. Может будет какая-то другая локация…

— И что тогда? — заинтересовалась Селена.

— Возможно удастся подчинить какого-то монстра.

— Хозяином леса? На этом уровне скорее всего будут деирдре или кто-то равный им по силам. На них даже у меня власти не хватит, — вздохнула она.

— А если развивать с семечка?

— С деирдре так не сработает. У других видов… Я когда-то вырастила так моховище. Сейчас это существо примерно двадцать шестого этажа и тут уже не появляется. Ну, было весело, но бесполезно. Чего ты хочешь добиться?

— Подать весточку своим, что я жив.

— Ты не сможешь ему передать ману, не сможешь связаться растительной эмпатией. Можешь принудить развиваться. На определённом уровне силы — всё равно утратишь контроль. Но ты можешь попробовать.