"Фантастика 2026-10". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Побединская Виктория - Страница 514

С помощью пистолета и твёрдой руки, например.

В своей прошлой жизни я уже видел такое. Их судьбы были до отвратительного похожи с той лишь разницей, что Громов, в отличие от моего знакомого, пока не сделал этот последний шаг. Пока ещё.

— Это не твоё дело, — наконец выдавил он из себя.

Злости в его голосе уже почти не было. Сейчас там осталась только горечь с примесью сожаления.

— Да, — не стал я спорить. — Не моё. Но, хочешь верь, хочешь нет, мне жаль, что твоя жена погибла. Правда. Я немногое о ней прочитал, но то, что смог найти, говорит о том, что она была хорошим человеком…

— Она была лучшей! — огрызнулся он.

— Не буду спорить. И, скорее всего, я знаю, почему ты так ненавидишь меня и мне подобных. Но поверь, всё, чего я хочу, — это защитить эту девушку и не позволить ей провести следующие десять или двадцать лет за решеткой только потому, что какой-то выродок решил использовать её в своих целях.

Вынул из кармана бумажку с написанным на ней номером телефона и протянул её Громову.

— Что это?

— Номер телефона моего знакомого. Ты прав. Я был там, когда всё случилось. И, скажем так, это я убил Даумова. Потому что он хотел убить меня и моего друга…

— За деньги, которые ты у него украл? — усмехнулся он, но тут же нахмурился, когда я покачал головой.

— Из-за тех денег, которые я у него выиграл, — не без гордости в голосе поправил его. — Я этого не хотел, но мне пришлось. В противном случае вы нашли бы там наши с Виктором тела. Считайте, что это была самооборона…

— Чушь не неси, — фыркнул он. — Даумов и его люди застрелились. Что? Хочешь сказать, что заболтал их до такой степени, что они просто повышибали себе мозги?

Тут я уже не удержался и улыбнулся.

— Я могу быть крайне убедительным.

— Как и любой адвокат.

— Нет, — поправил я его. — Как лучший адвокат.

Следователь поджал губы и ещё раз посмотрел на бумажку у себя в руке.

— Так что это такое?

— Номер телефона человека, у которого сейчас мобильный телефон Леонида или как там его зовут. Если честно, то я понятия не имею, что именно на нём находится. Но если там есть полезная вам информация, можете его забрать.

— Что? Вот так просто?

— Вот так просто, — пожал я плечами. — Считайте, это жест доброй воли с моей стороны. И не стану говорить, что не надеюсь на ответный. Как уже сказал, всё, чего я хочу, — это помочь своей клиентке. И если у тебя есть какая-то информация об этом парне, то она мне нужна. Всё, что позволит склонить чашу весов на мою сторону.

Он раздумывал над моими словами. И плевать на злобное лицо и пристальный недоверчивый взгляд. Это показуха. Хотел запугать меня одним своим видом. Скорее, по привычке. А думал он над тем, что я ему рассказал. Я ощущал это по его эмоциям. Там, наконец, огонь гнева сменился на холод рассудка.

— Ты знаешь, что за твоё признания я могу тебя как минимум задержать? — неожиданно сказал он.

— Можете, — не стал я ему перечить. — А что толку? Всё, что у вас есть, это ваше слово против моего.

Ну не совсем верно, конечно. Если начнут копать, то ещё оставался шанс, что полицейские меня узнают, но… Громов может быть либо крайне опасным противником, либо очень и очень хорошим союзником. И я хотел бы видеть его именно во второй роли.

— Я позвоню тебе, — после недолгого молчания проговорил он, убирая бумажку в карман пальто.

— Когда? Слушание продолжится через три дня и…

— Когда позвоню, тогда и позвоню, — отрезал он и, развернувшись, направился на выход из парка, оставив меня одного.

Ну хоть так.

Уже немного позже, возвращаясь в такси обратно домой, я раздумывал над произошедшим. Нет, я, конечно, азартный человек. Но играть с такими низкими шансами — это перебор даже для меня. Или нет? Ай, не важно. Оставалось надеяться, что Громов сдержит своё слово и нароет мне что-нибудь полезное. Потому что в противном случае придется довольствоваться тем, что есть…

…а это не так уж и много.

Единственное, что меня радовало, — у нас в запасе три дня. Ну на самом деле два с половиной, но даже этого может оказаться недостаточно для того, подготовить контрудар по Стрельцову.

— Ты нашла что-нибудь? — с ходу спросил я, заходя в отдел и оглядываясь.

Анастасии тут не было, и я даже не знал, радоваться этому факту или печалиться. Наверно, что всё же первое. Опять собачиться с ней, как после того раза, когда Марина попросила её разобрать документы по некоторым старым делам… уф, я до сих пор помнил ту тираду, что она выдала.

Нет, в очередной раз связываться с этим мне очень не хотелось.

А вот дальнейшие слова «начальницы» меня порадовали.

— Да. Я нашла их.

— И? Сколько?

— Шестеро, — сказала она и указала на лежащие на столе папки. — И есть ещё трое, но я в них не уверена. Всё здесь. Только, Саша, я…

— Не переживай, — успокоил я её, подходя к столу. — Я и так всё понимаю. В конце концов, если бы он делал это во всеуслышание, то вряд ли прошло бы совсем уж без последствий. Кстати, где эта сволочь?

— Кто?

— Лазарева. Где она?

— Если честно, то я не знаю. Не видела её уже где-то час.

— Ладно. Чёрт с ней. Будем работать сначала с этими шестью. Потом возьмём оставшихся. Первое. Поговорим с ними и постараемся убедить, чтобы они нам доверились. Этот разговор я возьму на себя. Второе, я хочу, чтобы ты нашла Юлию Голотову. Просто найди, а поговорим мы с ней вместе и…

Она удивлённо моргнула.

— Стой, кого найти?

— Девушку, из-за которой погиб сын Стрельцова.

— Саша, ты уверен, что это хорошая идея? — начала она неуверенно, но я покачал головой.

— Уверен. Если мы хотим, чтобы всё сработало так, как нужно, то чем больнее мы ударим, тем лучше.

На самом деле у меня в голове имелась ещё одна мысль о том, я мог бы усилить эффект. Спасибо за это Громову. Именно он своей яростью навёл меня на эту идею.

— Ладно, — вздохнула она с таким видом, что у меня даже сомнений не оставалось, насколько неприятно это для неё было. — Когда едем?

— В смысле «когда»? — удивился я. — Сейчас, Марина! У нас меньше трёх дней и…

Дверь в отдел распахнулась.

— О, Рахманов, — недобро так улыбнулся Игнатов. — Тебя-то я и ищу. Иди за мной.

— Григорий Владимирович, мы вообще-то сейчас над делом работаем, — начал было я, но тут же понял: не, не пройдёт.

— Прости-прости, Рахманов, что ты сказал? Над чем ты работаешь? — Лицо Игнатова растянулось в улыбке. — А вот мне точно известно, что ваш отдел сейчас не работает ни над одним делом для фирмы, которое могло бы помешать выполнению моего поручения..

— Но… — тут же попыталась встрять Марина, но оказалась прервана.

— А то, что ты, Скворцова, сама нашла себе работу, так это только твои проблемы. На дела фирмы это влиять не должно. Точно так же, как и использовать Рахманова для решения твоих вопросов ты не можешь. Он стажёр. Стажёрами заведую я. И чем им заниматься, назначаю тоже только я. Иди за мной, Рахманов.

Я переглянулся с Мариной. Сука. Хотелось аж зубами заскрипеть от злости. Но делать нечего.

— Займешься этим сама, пожалуйста, — попросил её. — Я присоединюсь к тебе сразу же, как освобожусь.

— Конечно.

Мы поднялись на лифте на шестьдесят пятый этаж. И ладно бы Игнатов заграбастал меня одного. Так нет. По пути к лифтам он выцепил Розена и ещё какого-то парня, имени которого я не знал.

— Григорий Владимирович, у нас вообще-то работа и… — начал было Розен, но получил тот же ответ, что и я несколькими минутами раньше.

— Ваша работа, Розен, в первую очередь делать то, что вам скажу я, — хмыкнул Игнатов. — Все стажёры и младший персонал подчиняются исключительно мне и отвечают предо мной.

— Но мой…

— А твой руководитель в курсе, что я реквизирую тебя для отдельного задания. Не переживай. Ты не настолько важен, чтобы без твоего участия фирма развалилась.

Розен злобно засопел, но в ответ так ничего и не сказал. Молчаливый парнишка, идущий вместе с нами, даже и пытаться не стал что-то возражать. Видимо, уже понял, что смысла это не имеет.