"Фантастика 2026-10". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Побединская Виктория - Страница 662

— Ясно.

Я вздохнул и задумался.

Ситуация неприятная. Круто, конечно, оказываться правым, да только, что теперь с этим делать? Ладно, хорошо, что хотя бы этот момент прояснили. Так что даже если дело дойдёт до суда и это всплывёт, то мы будем готовы.

Кстати, насчёт этого.

— Кто-то ещё знает, что вы поменяли записи в журнале?

— Нет, — быстро и уверенно покачал он головой. — Никто.

— Ясно.

Дальше уже были обычные вопросы, которыми занималась Анастасия. А я сидел, изредка уточняя тот или иной факт. А сам думал.

Похоже, что мировое соглашение будет для нас лучшим вариантом. Хотя, нет. Не так. Не лучшим. Наиболее приемлемым. В суд с этим делом я идти не хотел бы. И нет, не потому, что я боялся проиграть. Я, как раз таки, был весьма уверен в своих силах. Просто, если это произойдет, а их адвокаты, как мы и предполагаем, начнут тянуть резину, то то дело затянется просто адски.

— Что будем делать дальше? — поинтересовалась Анастасия, когда створки лифта закрылись за Уткиным.

— Насть, можешь назначить встречу с их адвокатами? — попросил я её.

— Сейчас? Зачем?

— Сегодня или завтра. По возможности. Хочу узнать, что это за ребята.

— Без проблем. А причина встречи…

— А ты скажи напрямую, что мы хотим обсудить возможность мировой.

— А мы…

— А мы и хотим это сделать, — кивнул я на не заданный ею вопрос и развернувшись, направился по коридору.

— Думаешь, что дело в суде в затянется? — спросила она, идя рядом со мной.

— Я в этом уверен. Смотри. Если мы сейчас начнём давить на них, они, в ответ, начнут давить на нас. У каждого из нас своя позиция. Проблема в том, что перед нами не стоит задача их утопить. Всё, что нам нужно — получить деньги для Уткина и его экипажа.

Лазарева нахмурилась.

— Дай угадаю, боишься, что всплывет факт с тем, что они плохо свою работу сделали?

— Он точно всплывет, — кивнул я. — Даже не сомневаюсь в этом. По крайней мере они будут давить на это. Просто пока что у них нет конкретных имён, а потому свалят они это на весь экипаж. Если Уткин нам и тут не солгал, то можно выдохнуть.

— Имеешь в виду то, что он подделал бортовой журнал для того, чтобы прикрыть сына?

— Ага, — кисло отозвался я.

Блин, как бы смешно это не звучало, но для нас же было бы лучше, если бы он этого не делал. Вот, вроде тёртый и опытный мужик, а такую глупость сделал. Нет, понятно, что это вызвано беспокойством за сына, но…

Если этот факт всплывёт, то наше дело развалиться практически в ту же секунду. К счастью, по словам самого Уткина, сделал он это в одиночестве и никому об этом ничего не сказал. А тот факт, что он самолично всегда заполнял журнал, только работал нам на пользу.

А ведь забавно. Я немного изучил информацию об этом. На новых судах стояли электронные версии, которые дублировали бумажные. И по приходу в порт вся информация снималась и сверялась. Но не на таком старом корабле, как «Днепр». Да там по заявлениям Вячеслава два сортира или как их там? Гальюна? Короче два из четырёх не «функционировали». Какой ещё к дьяволу электронный журнал?

Ну и тот факт, что у нас в качестве истцов стояли все члены экипажа тоже помогал. Раз они хотят получить своё, то не станут вставлять нам палки в колёса.

Настя встречу назначила быстро. В ней прямо организатор от бога пропадает. Тут давить сильно мы не стали и когда они предложили завтра встретиться у них в офисе, то согласились. Зачем закручивать гайки и злить своих будущих оппонентов, если можно этого не делать и сходу продемонстрировать свои добрые намерения?

Вот и я не стал.

— Занят? — спросил я, приоткрыв дверь в кабинет.

— Как обычно, — отозвался Роман.

— Минутка найдется?

— Как обычно, — вздохнул он. — Заходи.

Ну, я и зашёл.

— С чем пришёл? — поинтересовался Лазарев, когда я уселся кресло напротив его стола.

— Хотел поговорить насчет того дела, которое ты нам дал.

— С ним какие-то проблемы?

— Не то, чтобы прямо проблемы, — сказал я. — Скорее хочу кое-что уточнить. Почему именно оно?

— В каком смысле?

— Ром, я же не идиот. Ты сам его выбирал. Значит, соответственно, было из чего выбирать. Потому и спрашиваю. Почему именно это?

— Это коллективный иск, — пояснил Роман, выпрямившись в кресле и отложив ручку, которой что-то писал в тот момент, когда я зашёл. — А у вас тебя подобных дел еще не было…

Ага. Не было. Эх, знал бы ты, Рома, сколько у меня их было. Да только вот никогда не узнаешь. Не надо людям тут такое знать. А то ещё, чего доброго, пойдут к нашему отделу с факелами и вилами. Ну, нафиг.

— То есть, дело только в этом? — уточнил я у него.

— Да, — в голосе Лазарева появилось подозрение. — Но, судя по всему, услышать ты ожидал не это.

— Ты знал, что оно скорее всего связано с мошенничеством со страховыми выплатами?

— Что? — он удивленно покачал головой. — Нет. Ты уверен?

— Процентов на девяносто, — честно признался я ему.

— То есть, не до конца?

— Где-то на девяносто процентов, — пожал я плечами. — Если судить по…

Едва не сказал, по моему опыту. Ага. Конечно. Опыт у двадцатилетнего стажёра. Хотя Рома к моим выкидонам уже привык, так что не думаю, что он сильно удивился бы. Но, в любом случае, стоит за собой следить.

— Короче, всё указывает на то, что компания намеренно затягивала вопросы с техническим обслуживанием судна, в ожидании чего-то подобного. Мы с Настей покопались в документах и нашли в них ещё два случая, где они также получали страховые после аварий на судах. И там тоже имели место иски от экипажей.

Рома откинулся на спинку своего кресла и задумчиво поджал губы.

— Дай угадаю. Оба иска решились в досудебном порядке, так? И выплаты по требованиям они уменьшили и выплатили после того, как получили компенсацию от страховой компании.

— Понятно, почему ты в этом кресле сидишь, — хмыкнул я с улыбкой. — Сразу догадался.

— Поработай с моём, сам в таком окажешься, — усмехнулся он в ответ и добавил. — Может быть.

— Эй, — я тут же изобразил обиду. — Побольше веры в меня, начальник.

— Ровно столько, сколько ты заслуживаешь.

— А это…

— Пока больше, чем я ожидал, — весело признался он. — Ладно. Вернемся к делу. Что планируешь делать?

— Договариваться, — пожал я плечами. — В суд с этим делом у меня желания соваться нет никакого.

— Я так понимаю, на это есть причины, — моментально ухватил он суть.

— Правильно понимаешь, — кивнул я. — Если отбросить все, вероятно созданные намеренно проблемы с судном для экипажа, в случившемся есть и его вина. Один из матросов осматривал замки креплений утерянных контейнеров.

— Понятно, — тут же догадался Роман. — Они будут давить на непрофессиональные действия экипажа, так?

— Если бы ещё в этом проблема, — вздохнул я. — Парень, который их проверял — сын капитана корабля. Наш клиент подделал судовой журнал о проведении проверок и убрал его имя от туда, чтобы прикрыть и…

— Да твою же мать, — тихо прошипел Лазарев, моментально сообразив, к чему это может привести. — Если они найдут доказательства того, что это было сделано умышленно…

— Не должны, — перебил я его. — Уткин сказал нам, что сделал это сам и никто не в курсе, но…

Я снова пожал плечами.

— Понимаю, — Роман пару секунд помолчал, а затем кивнул мне. — Договаривайся. Даже если компенсация истцам будет меньше. Не страшно. Не нужно тащить это дело в суд.

Как будто я этого и сам не понимал. Когда мое молчание затянулось на несколько секунд дольше, чем нужно, Лазарев начал что-то подозревать.

— Саша, в чём дело?

— В том, что дело есть, — отозвался я, раздумывая, как лучше подойти к вопросу. — Ром, ты слышал о том, что пять лет назад убили прокурора?

Лазарев нахмурился. Задумался.

— Что-то знакомое…

— Её звали Виктория Громова, — добавил я и заметил, что он тут же узнал фамилию.