"Фантастика 2026-10". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Побединская Виктория - Страница 760

Она ещё что-то говорила, но я уже плохо слушал. С этой четвероногой скотиной надо уже что-то решать. Дальше так продолжаться не может. Не хватало ещё, что тварь на Ксюшу набросилась.

— Ты завтра работаешь?

— Да. В день.

— Я тебя провожу до метро.

Она удивилась, но спорить не стала.

Глава 17

На следующий день я проводил сестру. А вечером встречал с работы. И на следующий после него тоже, перед тем, как поехать в суд вызвал ей такси. Рисковать, пока эта дрянь ошивается поблизости, я не собирался, постоянно будучи готовым к тому, что псина появится.

Не, не появилась. Скотина. Меня это уже бесить начинало.

— Наконец-то, — вздохнула Настя, когда я вошёл в здание суда. — Я уже хотела тебе звонить.

— Спокойно, Насть, не надо мне звонить. У нас ещё пять минут есть. Их юристы уже приехали?

Лазарева кивнула.

— Да. Вошли в зал несколько минут назад.

Обойдя её, я заглянул в зал. И правда. С правой стороны от прохода у стола стояли двое мужчин в дорогих костюмах и что-то обсуждали, раскладывая по столу папки.

Похоже, что они подготовились. Впрочем, оказалось бы странно, если бы они этого не сделали.

— Ты уверен, что у нас всё получится?

— А мы готовились? — спросил я её в ответ.

— Да, но…

— Значит получится, — перебил я её. — Успокойся. Всё, что нам нужно — это привести достаточно вескую аргументацию, чтобы у Екатерины Александровны появился повод согласится с нашей позицией. Всё остальное не важно.

Как только получим список их выпускников, то обретем базу для расширения иска и дополнительных показаний. А это уже даст обвинению набрать вес. Потому, что если Елизавета говорила правду, то я просто не могу поверить, что лишь она одна и её подруга столкнулись с подобным.

Это громкие и верные слова. Правильные слова. И я в них неистово верил. Хотел верить. Потому, что в противном случае всё могло быть куда хуже. В противном случае я мог сражаться пусть и с очень убедительным, но всё-таки ветром.

— Ладно, — сказал я. — Пошли в зал. Чего тянуть.

Слушание по поводу нашего запроса должно было начаться через пять минут, а для того, чтобы занять свои места в зале и подготовиться этого времени более чем достаточно. Я как раз успел выложить из сумки все необходимые документы, когда краем глаза заметил силуэт подошедшего ко мне мужчины.

Им оказался один из юристов.

Мы уже немного раскопали. «Счастливый Путь» последние восемь лет сотрудничал с одной и той же юридической фирмой. Компания «Юридические консультации Соколова». Не самая крупная из тех, что имелись в городе… но крайне зубастый и опасный противник. По крайней мере, если исходить из того, что я смог узнать о них в сети.

Принадлежали они графу Николаю Алексеевичу Соколову. Довольно одиозному мужчине. Жил в Твери и имел довольно тесные деловые связи в адвокатской среде. У них как раз были два филиала. Один тверской и второй прямо тут, в столице. Открылся десять лет назад.

Знай своего врага. Хорошее правило, которое, к сожалению, в данном случае работало плохо. Просто потому, что Ю. К. С. работали только с корпоративными клиентами, не размениваясь на иные дела, как это делали в «Лазарев и Райновский». При всём этом, они вели свои дела достаточно… ну, лучшее слово, которое бы тут подошло, было «тихо». Про них не писали особо в газетах. Их победы не освещались в прессе. Компания имела крайне закрытую структуру и попасть туда можно было лишь по рекомендации уже работающих адвокатов.

С одной стороны, вроде и правильно. Кого попало не возьмут. А с другой, весьма спорно. Это в значительной мере ограничивало приток свежей крови.

Но кто я такой, чтобы их осуждать? Сейчас важно не это, а человек, что подошёл ко мне и протянул руку.

— Я так понимаю, что вы и есть Александр Рахманов, — тепло улыбнулся он. — Давид Лаврентьев.

Одного со мной роста. На вид лет тридцать, может быть, чуть больше. Блондин с довольно добродушным и располагающим к себе выражением на лице.

— Не скажу, что мне приятно, — отозвался я, пожимая его руку. — Всё же мы противники.

К моему удивлению, он рассмеялся. Тепло и искренне.

— Понимаю. Ничего страшного, Александр. Я не в обиде, правда. Просто хотел сказать, что видел в новостях то, как вы выступили в суде против Стрельцова. Браво. Очень хорошо было сработано.

Удивительно. В его словах не было ни граммы фальши. Искреннее и честное восхищение.

— Не так уж и хорошо, — скривился я. — Будь оно так, как вы говорите, это дело и вовсе не дошло бы до суда.

— И то верно, — кивнул он. — Но всё же не могу не отдать вам должное. Вы действовали прекрасно в столь сложной ситуации…

— Но? — с намёком в голосе перебил я его. — Я так понимаю, что сейчас услышу «но».

Мои слова нисколько его не возмутили. Даже более того, в эмоциях Лаврентьева скользнуло понимание.

— Проницательны, как я и думал. Да, боюсь, что вы правы. Уж не обессудьте, Александр, но я пришёл сюда для того, чтобы защитить права своего клиента. Точно так же, как и вы.

— К чему вы клоните?

Лаврентьев оглянулся в сторону входа, будет, хотел удостовериться в том, что судья всё ещё не пришла.

Кстати. Я глянул на часы. Заседание должно было уже начаться. Процессы по подобным вопросам не являлись публичными и решались между двумя сторонами в закрытом порядке, где за судьёй оставалось окончательное решение. Потому кроме нас и двух приставов в зале более никого не было.

И отсюда возникал резонный вопрос. А где, собственно, Екатерина? Опаздывать — это не очень хорошо для адвоката. А для судьи уж тем более.

— К тому, что я должен сделать всё для того, чтобы защитить своего нанимателя, — пояснил Лаврентьев. — Думаю, что мы с вами в чём-то похожи. Мы оба готовы действовать… рискованно, скажем так. И оба печемся о том, чтобы наш клиент получил лучшую защиту. В противном случае вы не стали бы вести себя так, как вели на процессе со Стрельцовым. И почему-то я уверен в том, что вам вряд ли от этого было приятно.

— Не стану спорить с вашими словами. Но я всё ещё не услышал сути вопроса.

— Суть, Александр, в том, что я хотел бы попросить вас отказаться от ваших притязаний. Отзовите свой запрос.

Вот сейчас не понял. Нет, его просьбу-то я понял. Тут без вопросов. Но почему его подход такой… рыцарский? Нет. Скорее джентльменский. Он будто старый англичанин, который предупреждает меня о том, что собирается вызвать на дуэль. Что за чушь?

— А сделать я это должен потому… почему

— Потому что мне известны причины, по которым вы хотите добиться раскрытия этой информации, — пояснил Лаврентьев. — И я могу со всей ответственностью заявить о том, что того, в чём обвиняет «Счастливый Путь» ваша клиентка, там никогда не происходило.

Вот, значит, как. Понятно. А сделать такое заявление он мог с такой уверенностью только по одной причине. Хотя нет. По многим на самом деле. Но учитывая его эмоции, на ум мне приходила всего одна. Лаврентьев говорил не как наблюдатель со стороны. Уж слишком сильно встрепенулись его чувства в тот момент, когда он заговорил о приюте.

— Вы сами оттуда, — сказал я, и Лаврентьев даже не стал отнекиваться.

— Да. Провёл там пять лет. С тринадцати до восемнадцати. И, чтобы быть честным, я благодарен этому месту. Если бы не оно, то годам к шестнадцати я либо сторчался бы в каком-нибудь притоне, либо же меня просто зарезали в одной из подворотен.

Ещё одна искренняя и тёплая улыбка.

— «Путь» дал мне… путь, если простите за тавтологию. И как уже сказал, я благодарен этому месту. Оно изменило меня. Дало мне путь в новую, куда более лучшую жизнь. Возможность получить образование. И я не хочу, чтобы у него были проблемы из-за надуманных и голословных обвинений.

— А вот это любопытное заявление, — я поморщился и с вызовом посмотрел ему в глаза. — Лаврентьев, чего вы хотите? Чтобы я отказался? Этого не будет.

Кажется, мой ответ его действительно расстроил. Ладно бы выражение на лице, но и его эмоции очень ясно говорили об этом.