"Фантастика 2026-10". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Побединская Виктория - Страница 770

— А почему нет? — спросил я в ответ.

— Могу тебе сто причин назвать этого не делать, — отозвался с улыбкой Браницкий, но затем покачал головой. — Но ведь у тебя уже есть аргумент против, ведь так?

— Ага. Потому что я могу назвать всего одну причину.

— Потому что ты можешь это сделать, — закончил он за меня. — Хвалю, парень. Нет, правда. Молодец! Считай, что прошёл небольшую проверку, если тебе так больше нравится. В наше время люди порой слишком сильно зацикливаются на самих себе. Не обращают внимания на окружающих. А ведь порой нужно лишь протянуть руку для помощи. Но нет. Они скорее пройдут мимо того, кто упал на улице от сердечного приступа, и лишь единицы задумываются о том, чтобы остановиться в своём безумном круговороте повседневной жизни. Чтобы остановить её ради незнакомого человека.

Он посмотрел на меня. Затем перевёл взгляд на одну из башенок своего замка.

— О, похоже, что Эри готова.

— Наконец-то, — я повернулся обратно ко входу, но Браницкий схватил меня за плечо и остановил.

— Стоять. Перед тем, как вы с ней начнёте копаться в мозгах у этой малышки, будто слепые, что потеряли монетку, тебе надо кое-что знать. Запомни, парень. Это путь в один конец. Если накосячите, то другого шанса не будет.

— Что?

— О да, — улыбнулся он, и на его лице появилась отдающая сумасшествием улыбка. — Именно! Это игра с одной ставкой. С одной жизнью. Пан или пропал. Либо вытащишь её из того дерьма, в которое её засунули, либо магия Эри её мозги через блендер провернёт. А с мясным фаршем, с ним вот какая штука, Александр. Он ведь как жизнь. Его назад не провернёшь…

— И ты мне это только сейчас говоришь⁈ Раньше не мог сказать⁈

Он расхохотался.

— А сделай я это раньше, ты бы что? Отказался бы? Вот именно. Так что запомни одну вещь, Александр. Психика — она хрупкая штука. Чаще всего нам не хватает совсем чуть-чуть, чтобы впасть в безумие.

Его пальцы сдавили моё плечо, словно тиски, а улыбка превратилась в жуткий оскал. Я вдруг понял, что бортик балконного ограждения упёрся мне в поясницу.

— А безумие, пацан, оно ведь как гравитация, — с явным наслаждением проговорил он. — Порой нужно лишь слегка подтолкнуть.

И пихнул меня назад. Я даже ухватиться ни за что не успел, настолько неожиданно всё произошло. Перевалился через ограждение и упал назад.

Прямо в пропасть.

— Запомни, пацан! — падая вниз, услышал я весёлый крик. — Убивает не падение! Убивает притяжение!

Глава 21

Свист ветра в ушах и картина стремительно приближающейся земли. Поток бьющего в лицо воздуха столь сильный, что даже вскрикнуть было невозможно. Всё, что я мог сделать, это бесполезно кувыркаться в воздухе навстречу своей смерти. Небо. Земля. Небо. Снова земля, только ближе. Небо…

Открыл глаза и вдруг с удивлением понял, что каким-то невероятным образом всё ещё жив. И даже цел. Если верить ощущениям, то лежал на чём-то твёрдом и холодном.

Приподнялся на руках и увидел собственное размытое отражение в кафельной плитке. Очень знакомой на вид кафельной плитке.

— Что за чертовщина…

— Ну конечно, чего ещё я могла ждать от людей, — презрительно произнёс знакомый голос рядом со мной.

Услышав его, резко поднял голову и увидел стоящую прямо предо мной Эри. Альфарка смотрела на меня сверху вниз, скрестив руки на груди.

— То, что вы в своём глупом невежестве называете колдовством — на самом деле тончайшая работа с магией и человеческим разумом, — продолжила она. — Но, кому я это объясняю.

— Понятно, — пробормотал я, поднимаясь на ноги. — Значит падение…

— Я тебя умоляю. Ты вырубился ещё в тот момент, когда я взяла твою кровь.

— А предупредить заранее ты не могла?

— А у меня имелась хоть какая-то причина это делать? — фыркнула альфа.

— Угу, просто кто-то явно не получил такого приказа, — катнул я пробный шар. — Вот и промолчала.

Её лицо вспыхнуло гневом.

— Ещё одно слово и я оставлю тебя здесь, гнить в её больном сознании, пока твоё тело подобно овощу, — прошипела она, но меня это слабо напугало.

— Да, да, да, — отмахнулся я от неё, осматриваясь по сторонам. — У Браницкого есть ко мне какой-то интерес. И вряд ли он обрадуется, если ты сделаешь это специально. А мы оба видели, что ты у него сидишь на коротком поводке.

Если бы взглядом можно было убивать, то я… ну или то, чем я сейчас являюсь, уже давно бы превратилось в горстку пепла. Настолько убийственным огнём горели её глаза. Видимо, про поводок я зря сказал. Или нет. Пусть немного побесится.

Впрочем, меня сейчас это не особо волновало. Меня тут в пропасть с балкона выкинули! Ну, нет. Я это ему припомню. Обязательно припомню. Пока не знаю, как именно, но этот говнюк мне за свои шутки ответит. Достало уже.

— Ладно. Где мы?

— Мы у неё в голове. А, где именно, сам мне скажи, — зло выплюнула она. — Это ты собирался пролезть в её разум, а не я. Вот сам ей и помогай, коли есть такое желание.

— А ты у нас, значит, безвольный наблюдатель, так что ли? Сама ничего сделать не можешь?

— Я лишь делаю то… — она вдруг запнулась и на красивом лице появилась гримаса.

Я ткнул пальцем в её сторону и не смог сдержать улыбку.

— Ха, подловил.

И прежде чем она взорвалась новым яростным протестом, добавил.

— Ладно. Пошли работать.

Это определенно был «Счастливый Путь». Только не тот, который я видел воочию. Чуть другие фотографии на стенах. В паре мест стены были выкрашены в другой цвет. Другая мебель и освещение. Видимо мы с Настей ходили по зданию, когда уже сделали небольшой ремонт. Но в целом место узнавалось хорошо.

— Это воспоминания, — сделал я вывод.

— Ка-а-а-а-кой ты догадливый, — протянул язвительный голос за моей спиной. — И как же ты только смог сделать подобный вывод своим жалкими…

— Слушай, тебе никто не говорил, что ты злобная язва, а? — не удержался я. — Ну держит тебя Браницкий за хвост. На мне то чего срываться?

— Ни за что он меня не держит! — вскинулась она, но я просто махнул рукой и пошёл дальше.

— Да, как скажешь. Но, если уж ваше вашество соизволит, не могла бы ты объяснить мне, что всё-таки происходит? Просто для того, чтобы ты могла поскорее закончить и мы разошлись, как в море корабли.

Она поморщилась, но, видимо, поняла, что это действительно имеет смысл. Как говориться, раньше сядем, раньше выйдем, подруга.

— Ты хотел ей помочь? — произнесла она. — Пожалуйста.

— Это я понял. Но, почему мы тут?

— Это не меня надо спрашивать.

Я остановился и повернулся к ней.

— Чужое сознание — это чужая земля, — вздохнула она. — Чужой мир. У гостя тут нет власти. Это пространство, каким бы странным, реалистичным или безумным оно не выглядело — есть ничто иное, как совокупность терзающих её мыслей и воспоминаний. И, судя по всему, этот приют играет важную в них роль.

— Я мыслю, значит, я существую. Так что ли?

Она нахмурилась, а, затем кивнула. С явной неохотой, как мне показалось.

— Разумные слова, — кивнула Эри. — Человек куда сильнее запоминает плохой и негативный опыт, чем что-то положительное. Проблема в том, что порой эти эмоции настолько сильны, что не отпустят тебя, сколько бы ты ни старался выбросить их из головы. Кажется, вы называете это посттравматическим расстройством.

— То есть всё это, — я покрутил рукой, указав на окружающий нас коридор приюта.

— Проекция этих воспоминаний, — кивнула она. — Или то, как она это воспринимала.

— Ясно. Вопрос в другом. Как нам найти Лизу…

— Она сама нас найдёт, — с явной неохотой произнесла Эри. — Это её разум. А мы здесь гости. Непрошеные гости. Так что не советую совершать необдуманных поступков.

Я нахмурился. Подумал над её словами. А затем резко повернулся и пошёл к ближайшей двери. Схватился за ручку и открыл её…

— Твою же… — выдохнул я сквозь зубы, цепляясь за косяк рукой.

За дверным проёмом не был ничего кроме кромешной и бесконечной темноты.