Подаренный Ангел - Кажанова Юлия - Страница 3

Девушка кивает и всё так же, не глядя на меня, идёт к центру комнаты. Музыка включается автоматически, едва она встаёт на импровизированную сцену и начинает не двигаться, а извиваться вокруг шеста!

Член встаёт колом, а мне становится жарко. Расстёгиваю рубашку, но понимаю, что этого мало. Тогда я просто снимаю её и откидываю в сторону, а сам иду к девушке.

– Я доволен, Ахмед! Беру!

– У неё двойная цена, ведь я придерживал её для другого. Но, знаете, Николай Петрович, сегодня я сделаю вам сюрприз и подарю этого милого ангела.

– Правда? С чего вдруг? – Это я произношу уже тише, подходя к девушке и принюхиваясь. Аромат никуда не пропадает, а напротив, становится более насыщенным.

Кто бы мог подумать, что я найду свою пару в борделе! Но главное – я успел! Она моя!

– Наша! – рычит волк и просит дать волю.

Отлично его понимаю, ведь сегодня полнолуние, и именно поэтому я позволил парням развлечься. В эту ночь им просто необходимо разрядка.

– Просто я рад, что именно вы работаете с нами. Уверен, мы совершим ещё немало выгодных сделок. – Вот ведь хитрец. Но сегодня можно, уж больно желанна добыча.

– Сработаемся!

– Она ваша! Приятного вечера!

Ахмед уходит, очень довольный тем, что Смотритель остался, а не уехал, а я стою и не свожу взгляда со своего подарка.

Как же тебя сюда занесло, мой ангел?

Глава 3

Алана

Страх, дикий страх и отчаяние, – вот что переполняет меня последнюю неделю. Я сижу полуголая на кровати и, обхватив колени, стараюсь найти хоть немного сил, чтобы не сойти с ума. Впрочем, как и другие девушки.

В этой небольшой комнате в пятнадцать квадратов с одним окошком стоят четыре трёхспальные кровати и на каждой лежит или сидит такая же невезучая, как и я.

– Алана, поешь, тебе нужны силы, – заботливо говорит Света, пододвигая мне тарелку с варёным рисом.

– Силы для чего? Чтобы не умереть, пока меня будут трахать против моей воли? – всхлипываю, а потом начинаю содрогаться от слёз. Удивительно, что они ещё есть после стольких ночей рыданий.

– Это не самое худшее, и скоро ты это поймёшь, – спокойно отвечает девушка и отходит, а я смотрю в спину той, которая тут уже год!

Как она вообще выживает? А может, она уже потеряла себя, как и многие другие? Я видела этих девушек. Они просто ходят, едят, сидят… Безликие и пустые. Иногда их забирают, а потом приводят избитых. А они просто идут к своей постели и падают. И только по глазам, полным слёз, видно, как умирает их душа. И я скоро стану такой же!

А ведь всего неделю назад у меня были дом, друзья, отец, немалые деньги и любимые вещи. Я строила планы, мечтала. Но после того как меня опоили в клубе и приволокли сюда, у меня забрали документы, а вместе с ними и свободу. Всё, что у меня осталось, это трусы, которые сейчас на мне. И больше ничего! Здесь все девушки ходят почти голышом, а одежду выдают, только когда за тобой приходят. Видно, так хозяин заведения страхуется. Голой ведь не сбежишь. Ну а если и получится, тебя схватит охрана, и ты будешь отдана поймавшему на день (так рассказали те, кто пытался). Так что охранники буквально мечтают о нашем побеге и бдят.

Мне не выбраться, я сгнию здесь! А ведь я просто хотела получить свободу.

Через час у нас забирают тарелки, а вскоре приходят за девушками. Смотрящая лично контролирует отбор. Дёргает за волосы, сжимает грудь, шлёпает по попе, даже в рот заглядывает. Для Фатимы мы просто мясо, которое вскоре она продаст подороже.

И сегодня она смотрит на меня очень предвкушающее. А значит, моё время вышло.

– Ты следующая, беловолосая. Заказчик уже едет, – кидает она мне перед тем, как уйти, а меня опять накрывает страх.

– Алана, не грусти так, – утешает ещё одна подруга по несчастью, которая тут уже месяц.

– Оксана, как тут не грустить? Я же даже не знаю, что лучше: быть проданной на аукционе или чтобы меня купили, не видя лично? Конечно, есть ещё третий вариант – девушки на повседневку. Но они не девственницы, а я, увы, да.

И зачем я берегла себя двадцать три года? Чтобы что? Быть проданной подороже?

– Знаешь, оба варианты неплохи, ведь быть проданной оборотню – полный кошмар, – говорит тише, но другие девушки, которые сидят поблизости, тут же начинают кивать.

– А они что тут делают?

– Что и все мужики. Развлекаются.

– Но как? Говорят, мы несовместимы. – Об этом знают все!

– Ну как несовместимы? У них те же члены, а у нас обычные вагины, – усмехается, только с болью и горечью.

– Тогда что не так?

– Да темперамент и сила, вот что не так! Они в пылу страсти могу тебе руки оторвать или рёбра сломать. Кто выживает, потом неделями приходят в себя. Но чаще от оборотней не возвращаются, – делится информацией ещё одна девушка, а другие сжимаются. Видимо, они знали тех, кто ушли и не вернулись.

– Всё так плохо? – спрашиваю уже с полным отчаянием.

– Есть те, кто специально хотят попасть к оборотням. Ведь они платят не просто много, а очень много. Но как по мне, риск, что ты не переживёшь ночь, не стоит никаких денег, – вмешивается ещё одна девушка, а я закрываю глаза от безысходности.

Какой бы вариант меня ни ждал, всё будет плохо.

Время течёт, девушек забирают, шум наверху становится громче, а потом до нас начинают доноситься стоны, крики и смех.

Все знали, что сегодня аукцион, поэтому дом гудел с самого утра. А тех, кого будут продавать, начали готовить с обеда. Сейчас за окном уже стемнело, значит, скоро всё начнётся. Интересно, а меня отдадут прямо вот так, в трусах? И почём? Сколько нынче стоит жизнь?

Только я задумываюсь об этом, как открывается дверь, а за ней стоит довольная Фатима. И смотрит она прямо на меня.

– На выход! – командует, но я только сильнее сжимаюсь на кровати и качаю головой. Нет, я не дамся!

– Значит, по-хорошему не хочешь? Желаешь ещё кнута?

От воспоминаний меня аж перекашивает. Когда я впервые очнулась здесь, то стала кричать, звать на помощь, огрызаться. Я говорила, что меня нельзя трогать, всё же я дочь самого Орлова. Отец у меня ещё та шишка, и в криминальных кругах его знают многие. Но не тут. Здесь все мои слова были жалким писком.

Тогда пришла смотрящая и объяснила, что я теперь товар, который скоро продадут. И если я буду вести себя хорошо, меня будут кормить и дадут помыться. А если нет… Впрочем, я сразу сказала, что не буду послушной.

Глупая. Я правда верила, что они меня услышат.

Увы, два охранника буквально выволокли меня за волосы из комнаты, протащили по коридору и втолкнули в какой-то зал, где было с десяток полуголых мужчин. И смотрели они на меня как на очень аппетитный кусок мяса.

– Проучите девку, но смотрите, она невинна, – кинула Фатима и ушла, оставив меня с этими голодными животными, которые буквально сразу кинулись на меня. Содрали одежду, начали кидать друг другу, смеялись, сжимали меня везде. Засовывали пальцы в рот и даже пытались проверить мою попку на девственность. А когда они достали свои члены и начали совать мне их в руки и водить по моим губам, я взмолилась.

Тогда пришла Фатима и лениво спросила:

– Будешь покорной?

И я с колотящимся сердцем закивала.

И вот опять она смотрит на меня, потом на охрану, а я понимаю, что не вынесу этого повторно.

– Алана, я думаю, ты…

– Я иду! – произношу, вставая, и, опустив голову, подхожу к ней.

– Молодец. За мной.

Последний раз кидаю взгляд на подруг, которые тоже отсюда никогда не выкарабкаются, и ухожу. С каждым шагом я становлюсь словно пустой, так как устала бояться, а верить в чудо просто глупо. Мы в аду, и бога тут нет.

Меня приводят в светлую комнату, где я вижу знакомых девушек, над которыми уже вовсю колдуют. Им делают причёски, макияж, а кто-то уже в платье или кружевном белье.

– Ещё одна. Сделайте мне невинного и падшего ангела, – отдаёт приказ Фатима. После чего просто уходит, а меня берут в оборот.