Измена. Не удобная жена (СИ) - Милоградская Галина - Страница 32

— Никогда тебя такой не видел, — говорит сбито. Что, милый, дыхание спёрло? Оборачиваюсь через плечо, сердце пропускает удар. Он всегда красивым был, не уставала любоваться. Ногу согнул в колене, руки закинул за голову, откровенно любуется. Купаюсь в этих взглядах, которых так не хватало. Обязательно было проходить через ад, чтобы их добиться?

— Долго будешь лежать? Собирайся, тебе домой пора.

— Домой? — приподняв бровь, он поднимается на локтях. Хмурится. — Продолжения не хочешь?

— Его не будет. Это был прощальный секс, Кость. Считай, я наконец закрыла свой гештальт.

В теле приятная слабость, старательно игнорирую занывшее сердце. Он резко садится, облокачивается о колени, пристально смотрит. Волосы падают на лоб, рука так и тянется их убрать, но я обнимаю себя, будто это поможет защититься от собственных чувств.

— Ты меня выгоняешь? — спрашивает недоверчиво. — После того, что сейчас произошло?

— Что произошло? Обычный секс, — пожимаю плечами. — Мы взрослые люди, не чужие друг другу. Получили удовольствие и разошлись.

— Ты же знаешь, что это не так. — Костя встаёт, подходит. Заставляю себя остаться на месте, хотя хочется отступить.

— Так, Кость, именно так. Смешно даже, — хмыкаю, — ты изменял мне с Ликой, а теперь изменил ей со мной. Каково будет ей узнать об этом?

— Мы расстались. — Он делает ещё один шаг, теперь стоит почти вплотную. Окутывает жаром тела, своим запахом. Почему до сих пор такой родной?!

— Мне это неважно. Я хочу, чтобы ты уехал.

— А если я скажу нет?

Костя поднимает руки, чтобы коснуться, но я отшатываюсь. Не хочу его прикосновений, не хочу слышать его голос. Да, виновата, что поддалась, но мне необходимо было поставить эту точку.

— Уходи, я серьёзно.

— Давай попробуем сначала, Вит. Я больше никогда не причиню тебе боль, клянусь!

Он тянется, я отступаю. Качаю головой:

— Поздно. Хватит тянуть, я хочу развод.

— Уверена? — склоняет голову набок.

— Абсолютно. Больше нет смысла тянуть, откладывать, прикрываться надуманными причинами. Давай разведёмся и пойдём каждый своей дорогой.

— Он тебе настолько в душу запал? — иронизирует. Напоминание о Владе заставляет вспыхнуть чувство вины. — Расскажешь, что со мной переспала?

— Это наше с ним дело. Если понадобится, расскажу.

— И он, конечно, великодушно простит.

Бьёт точечно, давит на болевые. Не представляю реакцию Влада, статус наших отношений слишком сложный и запутанный. Он считает, что мы вместе, я — что это просто секс. Хотя после Питера всё сложнее себя в этом убеждать, Влад делает всё, чтобы пробраться под кожу, заслужить доверие. А я… Я только что его доверие предала. Как же паршиво на душе! Но нельзя позволять Косте и дальше давить. Пытается своё чувство вины передо мной на меня же переложить? С больной головы на здоровую.

— Простит, — отвечаю уверенно.

— А ты меня не простила.

— Не сравнивай тёплое с мягким. Мы с Владом не женаты, и я от него к тебе год не бегала.

Разговор заходит в тупик, хочется скорее остаться одной, наваливается усталость, тоскливая такая.

— Уходи, Костя. С документами я ознакомлюсь, мы начинаем разводиться.

Ухожу сама, точнее, постыдно сбегаю в ванную, поворачиваю замок, потому что, если сейчас зайдёт, если поддамся на его уговоры, если позволю хоть раз снова коснуться… Смотрю в зеркало, тяжело опираясь о раковину. Глаза до сих пор безумные, губы зацелованные, на щеках пятна. Да, он снова увидел во мне женщину, но я, я больше не могу видеть в нём того мужчину. Не могу и не хочу. Тщательно смываю его запах с кожи, жаль, что воспоминания так просто не сотрутся. Почему у нас никогда такого не было? Это даже не секс был, а что-то дикое, первобытное, когда хочется отдаваться не только телом, но и душой. Нет, из этой реки я уже вышла, обратно не хочу, слишком в ней ледяное подводное течение.

Когда выхожу, Костя как раз застёгивает рубашку. Смотрит исподлобья, но не говорит ни слова. Я тоже молчу. Завариваю себе чай, поднимаю упавшую на пол папку с документами, свой свитер. Надо его в стирку закинуть, тоже им пропах. Костя громко вздыхает, напрягаюсь, ожидая, что скажет.

— Я знаю, что во всём сам виноват. Не ценил, не пытался сохранить, думал только о себе. Но даже самые закостенелые грешники заслуживают второй шанс.

— Они — может быть. Ты — нет.

Прислоняюсь к столу, но почти сразу выпрямляюсь — слишком ярко вспоминаю, как он меня на него посадил. Костя надевает пальто, обувается, замирает у двери, словно ждёт, что остановлю. Снова тяжело вздыхает и, наконец, уходит. Сдуваюсь, как шарик. Медленно бреду к дивану, забираюсь на него с ногами, утыкаюсь подбородком в колени. Жалею? Скорее нет, чем да, но, если бы была возможность прокрутить всё назад, сделала бы всё, чтобы этого не случилось.

Порыв, бросивший в объятия Кости, так и остаётся непонятым. Копаюсь в себе, но не могу разобраться. Каждое сообщение от Влада, каждый его звонок обжигают чувством вины. Ему ведь не обязательно знать, правда? Но, если у нас есть будущее, нельзя начинать его со лжи, иначе, чем я лучше Кости?

Мы встречаемся через три дня, Влад пригласил в ресторан, но я предлагаю встретиться у него и приезжаю сама. Решить не сложно, сложно решиться. Переступаю порог его квартиры, замирая от страха. Его улыбка, букет, с которым встретил, только хуже делают.

— Что-то случилось? — моментально замечает моё состояние.

— Да, — говорю твёрдо. Мы садимся на диван, смотрю прямо в глаза, собираюсь с духом. — Долго думала, говорить тебе, или нет, но поняла, что ты должен знать.

— Ты меня пугаешь, — нервно улыбается. Берёт за руки. — Решила меня бросить?

— Нет. Но может, это захочешь сделать ты.

— Не думаю, что существует причина, по которой я захочу от тебя отказаться.

— Я переспала с Костей, — выпаливаю и перестаю дышать. Вижу — каменеет. Желваки проходят под кожей. Он отпускает мои руки, выпрямляется.

— Почему? — спрашивает спокойно.

— Так получилось. — Господи, как же жалко это звучит! — Мне было необходимо поставить точку. Окончательную. Теперь мы занялись разводом.

Влад долго, слишком долго и пристально смотрит на меня и вдруг порывисто обнимает. Стискивает с силой, рёбра чуть ли не трещат. Обнимаю в ответ, всхлипываю, накатившее облегчение наполняет слезами глаза.

— Я не хочу больше слышать такую правду, — говорит он приглушённо. — Скажи, что это больше не повторится, и я поверю.

— Никогда, — отвечаю, снова всхлипывая. Я не хочу его терять.

— Тогда я сделаю вид, что не представляю вас вместе. И, — хмыкает в мои волосы, — приложу все усилия, чтобы ты об этом больше не вспоминала.

Гораздо позже, почти проваливаясь в сон, думаю, что тоже простила бы Костю за один раз. Так насколько глубоки чувства Влада, смогу ли когда-нибудь на них ответить, или стану той, кто позволяет себя любить? Насколько это жестоко по отношению к нему? Он что-то сонно бормочет, притягивает к себе. Обещаю себе, что сделаю всё возможное, но постараюсь по-настоящему полюбить.

Глава 27

Костя

Меня как через мясорубку пропустили, после встречи с Витой, всего, что между нами произошло, не могу отойти. Какая она всё-таки… невероятная! Только о ней думаю, постоянно. Взгляд, жесты, улыбка, запах — заново для себя открыл и развидеть уже не смогу. Виолетта, Вита, любимая… Почему решил, что разлюбил, как такое в тупую башку пришло?! Меня к ней тянет: видеть, слышать, рядом быть, но повода для встречи нет. Разве он нужен, этот повод? Мы до сих пор женаты. Пока.

Дома одному находиться тошно, стены давят. Загнал себя в тупик, выхода не вижу. Когда мы разведёмся, она снова замуж выйдет? Как представлю, выть хочется. Это моя женщина, моя, и точка! Только я её потерял и не имею больше никакого права быть рядом. Карьера, успех, деньги — всё потеряло свою ценность. Ради чего это всё, если Виты рядом не будет? На что я её променял, на секс, серьёзно? Где были мозги? Явно не в голове.