Искатель 14 (СИ) - Шиленко Сергей - Страница 34

— Что там такое? — выдохнул граф Хормот Валаринс, отирая пот с морщинистого лба.

— Жопа там, — ответил я, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. — Монстры за шестидесятый. Я троих в прямой видимости насчитал. И это, похоже, были просто рядовые мобы.

Все напряжённо переглянулись. Против таких уровней у нас шансов было не больше, чем у снежинки в доменной печи.

— Вряд ли Изгои стали бы разбивать лагерь в таком проклятом месте, — задумчиво протянул Владис, опуская свой массивный щит. — Разве что они намного, намного сильнее, чем мы думаем.

— Тогда бы они Бастион с ходу взяли, — покачал я головой, приходя в себя. — А не возились бы с набегами на деревни. Это просто аномальная зона. Гиблое место.

В итоге решили больше в ту сторону не соваться и пометить её на карте жирным крестом. Харальд перешёл к следующей точке по списку. Портал открылся в тихий, залитый солнцем лесок, а выскочившие на нас волки были всего лишь сорок пятого уровня. После того, что я только что видел, они показались мне милыми и почти родными.

Мы втянулись в чёткий и напряжённый ритм. В среднем получалось исследовать по три, максимум четыре портала в день. Процесс был отлажен до мелочей: сначала Эрианна, наша Провидица, до рези в глазах всматривалась в астрал, пытаясь нащупать нужную точку. Затем седой и вечно хмурый Харальд, наш единственный Проходчик, открывал проход. Расстояние, размер портала, время поддержания — всё это жрало его ману, как голодный зверь. Старик мог создать от силы десяток порталов до полного истощения, после которого ему требовался долгий отдых.

К тому же ему приходилось держать солидный резерв на вечерний портал домой, во дворец, и на утренние «рейсы» для доставки припасов и эвакуации очередной партии беженцев из опасных районов. Он, конечно, мог бы перейти на режим четырёхчасового сна, чтобы восстанавливать ману дважды в сутки, но я сам же ему это и запретил. В таком темпе он бы сгорел за пару дней, а запасного Проходчика в Бастионе днём с огнём не сыщешь. Такие, как он — стратегический ресурс и на вес золота.

Зато для прокачки условия сложились просто идеальные. Мы методично зачищали точки появления монстров в «безопасных» зонах, собирали лут и двигались дальше. Наконец-то пошёл нормальный опыт! После недель ковыряния двадцатиуровневой мелочи в окрестностях Тераны, сражения с монстрами своего уровня и выше были как глоток свежего воздуха. А вечером — портал прямо во внутренний двор дворца, горячий ужин, который не надо готовить на костре, и мягкая, чистая постель. После ночёвок в диких лесах это казалось просто королевской роскошью.

Надо обязательно надо кого-то из своих на Проходчика выучить. Может, кого-то из детей Лили? У кунидов, кажется, есть врождённая предрасположенность к магии пространства. Свой собственный Проходчик в клане «Мирид» — это была бы совсем другая степень свободы.

Добычи мы набрали столько, что дворцовые кладовые ломились. Шкуры, клыки, редкие реагенты — всё это мы просто сваливали в кучи, решив разобраться позже. А вот мясо убитых монстров и все съедобные растения тут же отправлялись на огромные дворцовые кухни, где день и ночь кипела работа. Каждый кусок шёл в дело, ведь кормить приходилось десятки тысяч голодных ртов.

Нам даже повезло нарваться на пару групповых монстров. После убийства второго интерфейс звякнул, выдав достижение:

Бесстрашный исследователь: уничтожьте 20 монстров группового ранга в настоящих диких землях.

Интересно, а что дают за рейдовых монстров? Хотя нет, спасибо, с такими знакомствами я пока повременю. Не дорос ещё до подобных развлечений.

Зато дроп с этих тварей порадовал. Карина, наша целительница, получила полный сет одеяний из расшитой серебром ткани, который не только давал отличную защиту, но и заметно ускорял восстановление маны. А вампирше Ванессе выпал изящный ритуальный кинжал, весь покрытый рунами — идеальное оружие для её класса. Сможет использовать его уже через пару уровней. И это было очень кстати. Мы так увлеклись прокачкой, что я только сейчас заметил: большая часть отряда всё ещё бегала в снаряжении из эльфийских руин. Я-то свой лук обновил, а некоторые ребята уже переросли свои шмотки на пять, а то и десять уровней. Пора было приводить экипировку в соответствие с нашими новыми возможностями.

Но настоящего, искреннего кайфа от всего этого я не получал. Да, полоска опыта исправно ползла вверх, кошелёк тяжелел, а снаряжение становилось всё лучше. Но всё это было… как еда без соли. Пресно. Как можно было расслабиться и радоваться какому-то новому луку, когда вся твоя семья прячется в сырых гномьих развалинах, чёрт знает где? Когда Марона вот-вот должна родить, а столица региона, которую ты вроде как защищаешь, на твоих глазах погружается в кровавый хаос?

Каждый вечер, возвращаясь во дворец, я забирался на самую высокую башню и смотрел на север, в ту сторону, где, по моим прикидкам, находилась Твердыня Гадора. Холодный ветер трепал волосы, а внизу раскинулся город, агонизирующий и безумный. И мысли, тяжёлые и вязкие, как болотная жижа, снова и снова возвращались к одному и тому же.

Марона. По моим подсчётам, баронесса должна была разродиться как раз в эти дни. А может, уже родила. Прямо сейчас, в эту самую минуту, у меня, возможно, уже есть сын. Или дочь. А я даже не знаю об этом. И не узнаю ещё долго. Ей почти пятьдесят. Первые роды в таком возрасте… На Земле это считалось бы огромным риском. Да, я знаю, что местная магия и целители творят чудеса, но чёртов червячок сомнения всё равно грыз изнутри.

— Хоть бы всё обошлось, — шептал я в темноту. — Пожалуйста, пусть всё будет хорошо.

А Ирен? Ей рожать меньше чем через месяц. Успею ли я вернуться? Смогу ли быть рядом, держать её за руку, когда придёт срок? Или я так и буду мотаться по этим проклятым порталам, гоняясь за призраками, которые, может, давно уже окопались на другом конце континента?

Зара, Белла, Лейланна, Самира, Триселла… Все мои девочки. Все мои жёны там, в этой холодной гномьей дыре, и вся их защита — это древние руны на камнях и слепая удача. А их дети — мои дети — растут без отца. Маленький Сёма, мой первенец от русалки, наверняка уже вовсю ползает, познаёт мир. А я этого не вижу.

Правильно ли я поступил? Этот вопрос я задавал себе каждую ночь. Может, надо было на всё плюнуть и остаться с ними? Построить стену, вырыть ров, и пусть весь мир горит синим пламенем, но моя семья будет под моей личной защитой. Но тогда кто бы искал Изгоев? Кто остановит эту лавину, пока она не накрыла и нашу Твердыню, и Терану, и всё, что мне дорого? Я надеялся только на одно: что древняя магия гномов и сама толща гор создадут достаточно помех, чтобы вражеский Проходчик не смог открыть туда портал.

Даже здесь, за высокими стенами губернаторского дворца, чувствовалось, как город сходит с ума. Нерегулярные войска Джинд Алора, по сути, вели полномасштабную городскую войну с бесчисленными бандами. Каждую ночь небо на окраинах окрашивалось в багровые тона от новых пожаров. Каждое утро на улицах находили свежие трупы. Грабежи, изнасилования, убийства стали обыденностью. Люди пропадали сотнями. То ли их вырезали бандиты, то ли работорговцы, пользуясь хаосом, собирали свой кровавый урожай.

Свободные граждане, доведённые до отчаяния, толпами записывались в нерегулярные войска, соглашаясь на любые условия, лишь бы получить паёк и хоть какую-то защиту. Джинд, этот умный сукин сын, быстро смекнул, что к чему, и поднял планку. Теперь он брал только тех, кто был выше двадцатого уровня или имел боевой класс. Остальные могли разве что переучиться на воинов.

Дворец забили беженцами под завязку. В основном женщинами и детьми. Их мужья либо уже воевали на улицах, либо сбежали из города, либо лежали в какой-нибудь сточной канаве. Те женщины, что не успели пробиться под защиту дворцовых стен, бросались на любого, кто выходил из ворот. Я видел это каждый вечер. Измождённые, грязные, с безумными от отчаяния глазами. Они были готовы на всё. Буквально на всё, лишь бы их и их детей впустили внутрь, где есть крыша над головой и кусок хлеба. Местные лорды и офицеры на эту «практику» смотрели сквозь пальцы. А что им было делать? Выгнать этих несчастных обратно на улицы означало подписать им смертный приговор.