Искатель 14 (СИ) - Шиленко Сергей - Страница 50

— Изгои Балора дали нам то, чего у нас не было раньше, настоящую ненависть! Теперь это не просто война за территории, это личная вендетта каждого. И клянусь, мы заставим их заплатить за каждый сожжённый дом, за каждую пролитую слезу! Кто со мной?

— Я! — первым выкрикнул тот самый паренёк, что хотел умереть с честью.

— И я! — подхватил Степан-кузнец.

Потом понеслось. Зал взревел, все подняли оружием над головами.

— Смерть Изгоям!

— За Терану!

Гневные крики рвались из душ собравшихся, сотрясая каменные стены.

Я дождался, пока шум утихнет, и кивнул.

— Хорошо. Тогда пока отдыхайте, набирайтесь сил. Впереди нас ждёт славная битва, о которой барды будут слагать свои песни. А пока… — я поднял кружку, которую кто-то сунул мне в руку, — за павших! За наши дома! И за победу, что ждёт нас впереди!

— За победу! — прогремело в ответ.

Я осушил кружку залпом. Местное пиво было тёплым и горьким, но сейчас оно казалось нектаром. Ещё немного побыл с бойцами, похлопал по плечам самых удручённых, перекинулся парой слов с командирами отделений.

Но мысли витали уже далеко. Нужно найти Лили, сказать ей… Дьявол, как же сказать ей, что дома, где она была так счастлива, больше не существует?

Выйдя от новобранцев, я словно сдулся: плечи опустились, шаг стал тяжёлым. Всё то воодушевление, что так бодро изображал перед бойцами, испарилось, оставив только свинцовую усталость и боль.

— Нужно всё же сказать Лили, — пробормотал я, но ноги словно приросли к полу. — Но как⁈

Попросил Ульму, ту самую гномку-стрелка из отряда, привести Лили из женских помещений. Я ждал её в небольшой комнате возле арсенала, где нас никто не потревожит.

Лили появилась через несколько минут. Ей хватило одного брошенного на меня взгляда, чтобы всё понять, и глаза куниды расширились от страха. Она была прекрасна даже сейчас; серебристые волосы струились по плечам, уши чуть подрагивали от волнения.

— Что случилось⁈ — она бросилась ко мне, хватая за руки. — Артём, ты меня пугаешь! Кто-то ранен? Кто-то… — голос её дрогнул, — погиб?

Я притянул Лили к себе и обнял так крепко, словно боялся, что она исчезнет, если отпущу. Уткнулся лицом в её волосы, что пахли лавандой, домом… Бывшим домом.

— Все живы, — выдавил я. — Илин привёл подкрепление из Тераны.

— Знаю, — она прижалась ко мне всем телом, и я почувствовал, как она дрожит. — Видела их во дворе. Но что тогда? Почему у тебя такое лицо?

Вздохнул. Нет смысла тянуть, она всё равно узнает.

— Они принесли плохие вести. Изгои… Они прорвались вглубь Тераны, пока мы тут… — почувствовал, как она вся напряглась в моих объятиях. — Все эвакуированные в безопасности, но город и поместье остались без защиты.

— Наш дом? — вопрос прозвучал так тихо, что я едва расслышал.

Горло сжалось. Я прижал её ещё крепче, словно пытаясь защитить от правды.

— Сгорел, — наконец выдавил из себя. — Всё сгорело. И Мирид, и деревни вокруг… Может, фундамент ещё можно восстановить, но… — голос сорвался. — Всё, что могло гореть, сгорело.

Лили обмякла в моих руках, пришлось поддержать её, чтобы не упала. Я отвёл её к скамье в углу, усадил, сам опустился рядом. Она вцепилась в меня, как утопающий за соломинку.

— Наш дом, — всхлипнула она. — Сад, твоя мастерская…

— Знаю, — я гладил её по спине, сам едва сдерживая слёзы. — Знаю, милая.

— Там было столько воспоминаний! — она уже не сдерживалась, слёзы текли по щекам. — Первая ночь, когда ты привёз меня… Наш вечер, когда мы смотрели на звёзды…

Каждое слово било молотом, я тоже помнил всё это. Помнил, как пронёс её через порог в первый раз, следуя земной традиции, которую она нашла очень романтичной. Как мы все вместе, вся наша большая странная семья, собирались за огромным столом.

— Всё будет хорошо, — прошептал я, сам не очень веря своим словам. — Главное, мы все живы, а дом… Дом мы отстроим заново.

— Но он не будет таким же… — Лили подняла на меня заплаканные глаза.

— Будет лучше, — перебил я, взяв её лицо в ладони. — Послушай меня, Лили. Да, мы потеряли дом, но не потеряли друг друга. И пока мы вместе, сможем построить новый, ещё красивее, ещё уютнее, — я вытер большими пальцами слёзы с её щёк. — И знаешь что? Мы поселим в нём все те воспоминания, что у нас остались. Мы восстановим всё!

Она слабо улыбнулась сквозь слёзы.

— Ты обещаешь?

— Клянусь! — я поцеловал её в лоб, потом в мокрые от слёз веки, потом в губы, нежно, бережно. — Мы построим такой дом, что старый покажется лачугой. С огромными окнами, чтобы было много света, с банями ещё лучше прежних, с садом, где наши дети будут играть в безопасности.

— А домик для моих детей тоже построишь? — она уже почти улыбалась, хотя слёзы всё ещё катились по щекам.

— Построю целый дворец, — пообещал я.

Мы сидели, обнявшись, пока её рыдания совсем не стихли. Я гладил Лили по волосам, шептал глупые обещания про будущий дом, про то, как мы все вместе весело отпразднуем новоселье, про то, что новую кухню неплохо бы сделать ещё просторнее…

И постепенно, так фантазируя, начал верить в это сам. Да, мы потеряли дом, но это лишь здание. Стены, крыша, мебель — всё это можно восстановить, а то, что действительно важно, моя семья, всё ещё со мной.

— Спасибо, — прошептала Лили, прижимаясь ко мне. — За то, что ты у меня есть. За то, что даёшь надежду.

— Мы справимся! — сказал я уверенно. — Вот увидишь, через год вспомним этот день и удивимся, что могли так расстраиваться. Изгои хотели нас сломить, но получили обратное: теперь у нас появилась ещё одна причина стереть их с лица земли.

— Да! — в её голосе появилась сталь. — За наш дом! За дом наших детей!

— Вот теперь узнаю свою девочку, — я поцеловал её в макушку. — Пойдём планировать возмездие.

Мы поднялись со скамьи. Лили вытерла последние слёзы, расправила плечи. В её глазах всё ещё отражалась боль, но теперь к ней примешивалась решимость.

— Мы отстроим всё заново! — сказала она. — И сделаем ещё лучше!

— Обязательно, — кивнул я. — Но сначала отомстим за старый дом. Изгои заплатят за каждую слезинку моей семьи, это я тоже обещаю.

И сдержу своё обещание! Клянусь всеми богами Валинора, сдержу!

Глава 26

Шёл третий день пути. Ноги гудели как после марафона, хотя благодаря высокому уровню усталость была скорее психологическая. Мы упорно продвигались к логову Балора, и вот наконец подобрались достаточно близко, ровно настолько, насколько планировал граф Хорвальд.

Патрули Изгоев попадались весь день, но избегать их оказалось на удивление просто. Эрианна видела их заранее своим даром, а я вёл отряд обходными тропами через лес. Пары драконидов на ящерах-скакунах патрулировали лениво, словно дежурные охранники на складе. Помню, у нас такие же были, отсиживают смену и домой.

Видимо, давненько никто не рисковал соваться во владения Балора. Очередной патруль медленно проезхал мимо нашего укрытия. Всадники даже не удосужились осмотреться, так, для галочки повернули головы.

Наконец я увидел те самые Лазурные пики, три синеватые вершины, которые мы с Лили заметили через портал драконида. Рядом возвышался массивный холм, испещрённый входами в туннели. Лагерь, который тогда показался нам небольшим поселением на северном склоне, оказался чудовищных размеров. Палатки и грубые постройки кольцом опоясывали весь холм, растекаясь по равнине как раковая опухоль.

Мы потратили почти весь день, осторожно обходя внешний периметр. То, что я увидел, заставило челюсти сжаться до боли. Поля, загоны для скота, примитивные кузни, и всюду трудились рабы под надзором вооружённых головорезов. Условия были хуже, чем в концлагерях из учебников истории. Измождённые люди, и не только люди, я насчитал представителей дюжины рас, работали почти голыми без передышки. Вода и еда? Забудьте! Ослаб? Получи плетью по спине.

Скорее всего, Изгоям просто плевать, что рабы подохнут.