Клятва крови - Рейн П. - Страница 4

Кивнув и гордо вскинув голову, я толкаю дверь.

Чувственные ритмы пульсируют с идеально отлаженной громкостью: с одной стороны, басы отдаются в груди; с другой – хорошо слышно, кто и что говорит.

Или как кто-то стонет.

Вдоль стены тянется длинная стойка бара с задней подсветкой. На табуретках за ней сидят мужчины и женщины разной степени раздетости.

Некоторые мужчины в костюмах, некоторые женщины – в платьях, как у меня, но есть женщины в одном только кружевном белье и мужчины в одних трусах.

Зал разделен надвое, и вторая половина – это полноценный нижний этаж. Два лестничных пролета отгорожены стеклянными бортиками, и просторное помещение – как на ладони. По периметру стоят большие диваны, в середине – несколько мягких подиумов, а у дальней стены есть даже небольшая сцена. И люди внизу… трахаются. Занимаются оральным сексом. Участвуют в групповухах. Чего там только не происходит, и все – у меня на глазах.

Вдоль стены есть несколько дверей, и я, с трудом сглотнув, читаю крупные надписи над каждой из них: «Приватные кабинки», «Смотровые», «Казематы дьявола». Под всеми указателями подпись: «Ключ – согласие».

Меня так и тянет броситься прочь отсюда, но я гашу это чувство. Мне любопытно. Можно ведь не участвовать в происходящем, а лишь поглазеть, верно?

Кто же пригласил меня сюда? Может, тот, кто хочет со мной переспать? Он тут и следит? Я его знаю? Встречала на свадьбе? Однако самый большой вопрос: на каких я здесь правах?

Направляюсь к бару, уверенная, что удостоверение личности не потребуют. На входе у меня тоже про возраст не спрашивали.

– Джин-тоник, пожалуйста, – говорю бармену, одетому во все черное.

Тот с улыбкой достает чистый стакан. Я еще ни разу джин-тоник не пробовала, но женщины на свадьбе только его и заказывали.

Бармен подвигает мне напиток, а сам уходит обслуживать другого клиента. Пойло мерзкое, охота скривиться, однако я сдерживаюсь. Не хватало еще показаться ребенком. Может, мне и правда тут не место; впрочем, некая глубинная часть души подсказывает, что я пришла по адресу.

Я быстро допиваю первый стакан и прошу повторить. Бармен наливает, и я отхожу к перилам – посмотреть, что внизу. Мужчины и женщины стонут в экстазе, получая и доставляя удовольствие. У меня самой между ног все пульсирует, так что приходится свести бедра. Нет, я смотрела порнушку, но когда трахаются при тебе – это совершенно другое.

Секс у меня в жизни был всего дважды, с одним и тем же парнем. Бабушка всегда повторяла, что я – как та кошка, которую любопытство погубит. Так я, собственно, и лишилась невинности – с Бруно Альбисом, в подсобке старшей школы. Мне было интересно, хотелось самой все почувствовать, но двух раз хватило, чтобы понять: не так уж и много я теряю. С Бруно – точно. С ним все происходило как-то неловко; казалось, чего-то не хватает. Сплошное разочарование, в общем.

И видя страсть на лицах некоторых из гостей, я понимаю, что чутье меня не обманывало.

Хочу ли я спуститься туда?

Раздумываю над этим, прикусив нижнюю губу. Напряжение между ног требует разрядки. Можно вернуться в отель и там ублажить себя или… спуститься и дать это сделать кому-то другому.

Глядя на разнообразные сцены, я принимаю решение. Если уеду, то так и не пойму, что потеряла, поэтому, допив и оставив стакан на столике рядом, спускаюсь. С каждым шагом в животе у меня бурлит все сильней от возбуждения и тревоги. Но я задвигаю беспокойство подальше; от меня не требуется ничего, что доставит мне неудобство. Если передумаю – сразу уйду.

Ко мне присматриваются, это тяжело не заметить. А ведь я даже не знаю, как все устроено. Надо самой обратиться к кому-то? Или ко мне подойдут?

Долго ждать не приходится. Женщина в прозрачном нижнем белье ловит мой взгляд и жестом велит подойти. Ее темно-каштановые волосы стянуты в агрессивного вида хвост; рядом с ней сидит привлекательный мужчина с волосами песочного цвета. Он смотрит на меня оценивающим взглядом.

– Я тебя вроде тут прежде не видела. Как зовут? – спрашивает женщина.

Вблизи становится видно, что она немного старше меня. Ей лет двадцать пять, и она прекрасна. Тело вытянутое и упругое, как у модели.

– Привет, я тут первый раз, – говорю, гордая, что голос не дрожит и не выдает нервов.

– Свежая тушка, – похотливо произносит мужчина.

Женщина закатывает глаза.

– Я Мика, – представляется она потом, – а это Алекс.

– Приятно познакомиться. А я… – Осекаюсь, неуверенная, стоит ли называть подлинное имя. Наверное, нет. – Старла. – Боже, ничего лучше не придумала? Звучит как псевдоним стриптизерши.

Мика, если и раскусила меня, виду не подает. Только улыбается.

– Присаживайся, Старла.

Алекс без слов подвигается вправо, уступая место между ним и Микой.

У меня учащается дыхание. Я что, правда – соглашусь?

Да.

Я молода и буду пользоваться всякой возможностью оторваться, пока меня не выдали замуж за нелюбимого. Я не наивная и знаю, что от брака, устроенного братцем, не сбежать.

И потому с улыбкой подхожу к этим двоим, сажусь между ними.

Я, конечно, сама не ждала, что на меня сразу накинутся, но, как ни странно, Алекс и Мика целых десять минут посвящают светской беседе. Оказывается, она – модель, а он – фотограф. Так эти двое и познакомились.

– Так ты, значит, первый раз тут? – спрашивает Мика.

– Ага, – признаюсь я с нервной усмешкой.

И чуть не вздрагиваю, когда Мика пальцем проводит мне по плечу.

– Ты озираешься по сторонам, – подсказывает Алекс. – Это всегда выдает с головой.

Делаю пометку в уме: перестать палиться. Завсегдатаи, наверное, со временем остывают к тому, что творится вокруг.

– Не хочешь немного подурачиться? – предлагает Мика, окидывая меня взглядом.

У меня твердеют соски; она, должно быть, заметила это, потому что с ее губ срывается глухой стон.

Сейчас или никогда.

Неужели я правда соглашусь?

Еще как! Если перетрушу и сбегу, так и не узнав, к чему это приведет, то возненавижу себя.

– Думаю, да, хочу.

Мика довольно улыбается.

Алекс подается ближе и утыкается носом мне в шею.

– Пока не парься, просто получай удовольствие. – Он кладет мне ладонь на колено, и я делаю глубокий вдох.

Мика, с другой стороны, убирает мне волосы за плечо и скользит языком вверх по шее. Закрыв глаза, я сдерживаю стон.

Меня всю захватывает. Алекс зарывается лицом в мои волосы и стискивает коленку, а через секунду Мика разворачивает меня лицом к себе и целует. Поначалу медленно; языком раздвигает мне губы, находит мой язык.

Я еще ни разу не целовалась с женщиной – черт, я с женщиной вообще ничего не делала, – и не знаю, чего от меня ждут. Похоже, это почти то же, что целоваться с парнем, только нежнее и мягче.

И пока мы с Микой целуемся, Алекс приспускает бретельку с одной плеча и вдоль ключиц скользит ладонью к другому. Мика отстраняется, словно бы в отрепетированном танце, и тогда Алекс спускает вторую бретельку.

Затем они оба приспускают платье до пояса, обнажив мои голые груди.

Где мои стыд и смущение? Я их совсем не чувствую. Только между ног свербит в предвкушении.

Мика целует меня в шею и, не отнимая губ, спускается к груди.

Я, словно в трансе, слежу, как она языком ласкает мой сосок – и он твердеет в ответ. Потом она всасывает его, и я делаю резкий вдох, не в силах отвернуться; тем временем Алекс встает с дивана.

Окружающие звуки – музыка, голоса и стоны других людей – превращаются в жалкую пародию на себя. Мне словно затолкали ватные тампоны в уши.

Мика покусывает мой сосок, а я запускаю пальцы ей в волосы. Она стонет, согревая дыханием мою грудь. Затем отстраняется и опускает взгляд на мои ноги; тут я замечаю, что Алекс на коленях, смотрит и чего-то терпеливо ждет. Они с Микой улыбаются друг другу, и она снова оборачивается ко мне.

– Дашь ему отлизать? – Она гладит мне живот и кладет руку на грудь.