Стеклянное сердце - Олсен Рита - Страница 5

Следующий наш посетитель оказался ребенком, в поисках книг с картинками. Детская литература у нас стояла в отдельном стеллаже, и я проводил его к нему. Он провел там не меньше 15 минут, разглядывая каждую обложку, и задавая множество вопросов: а кто эту книгу написал? А про что она? Зачем ей 2 часть? Что такое энциклопедия? Для чего нужна? И многое другое… Дети уж очень любопытные. И если подумать, прожили и увидели они мало, а узнать хочется все на свете, поэтому докучают родителей своими вопросами. Спустя ещё некоторое время, книга все же была выбрана.

После него пришла юная леди, лет 15 с виду. Она искала романы для чтения в свободное время. Я понимаю, в её возрасте только такое и хочется читать. Но желательно, чтобы романы писали в рамках разумного, иначе в будущем у таких девушек завышены ожидания. В прямом смысле этих слов, миледи ждут принцев на белом коне. Я посоветовал ей одну книгу сестёр Бронте, и она охотно согласилась. Это оказались её любимые писательницы. На самом деле, их произведения известны по всему миру и каждая девушка должна прочесть хотя бы одну книгу троих сестер.

Следом я увидел мужчину, было заметно, что заказ у него большой, поэтому я решил предложить помощь:

– Добрый день сэр, чем могу помочь?

– Добрый, мне нужны все книги из этого списка…– сказал он мне и протянул длинную, слегка мятую бумажку.

– А он у вас не маленький, но все книги есть в наличии, сейчас подготовлю.

Я обходил стеллажи своего магазина и вытаскивал нужный экземпляр. Мне стало любопытно, зачем ему они в таком большом количестве, поэтому не удержался и спросил:

– Скажите, а для чего вам столько нужно?

– Знал, что вы это спросите. Я работаю в детском доме. Нам выделили деньги, чтобы порадовать детей. Вот они и составили список своих желаний. Представляете, как мы удивились, когда 80% списка составили книги? Это был настоящий фурор!

– Невероятно! А как далеко находится детский дом? Я хочу вам помочь. – поинтересовался я, складывая книги одну за другой.

– Не далеко, сэр.

– Хорошо, я почти закончил, поеду с вами, если вы не возражаете.

– Что вы, конечно нет! Я буду рад новым помощникам. «Меня зовут Грегор Авестин», —он протянул руку, которую я немедля пожал, в знак знакомства.

– Уильям Кроуфорд. Приятно познакомиться.

Мы собрали всё необходимое, и поехали к детскому дому. Мне было интересно: какие там дети, чем они занимаются, в каких условиях живут. Я никогда не встречал ребенка из детского дома.

По приезде, я увидел огромный особняк, во дворе которого играли детишки разных полов и возрастов. Детский дом оказался не таким мрачным, как я себе его представлял. Здесь не было тех цветов и игрушек, что встречались у благополучных детей в хороших семьях, но зато было множество смеха и шумных шагов, заполняющие каждую комнату. Они увидели нас и сразу подбежали, вскрикивая хором:

– Мистер Грегор пришел! Он привез наши подарки! Мистер Грегор приехал!

Радости детей не было предела. Мы раздали каждому его желанный подарок и наблюдали за их реакцией. Все были очень счастливы. Они сели вокруг и стали делиться друг с другом своими впечатлениями. Я наблюдал за ними. Их мир был совсем не тот, что у нас, у взрослых. Здесь не было места для фальши.

В голове не укладывалось, как их могли оставить? – произнес я, пока убирал обёртки в мусорное ведро.

– Знаете ли, их не всех оставили Уильям. У некоторых погибли родители. – добавил он, подметая ворсинки и кусочки веревки.

– Мои тоже погибли в раннем возрасте, но меня воспитала бабушка и соседская семья. – пришлось признаться мне.

– Да, это частый случай у нас. Смотрите сэр, видите того голубоглазого светлого парнишку? Это Саша. Ему 13 лет. Он из России к нам приехал, поначалу не знал английского, но сейчас говорит хорошо на нём. Родители его бросили, из-за отсутствия возможности обеспечить.

Взгляд Грегора скользнул вдоль ковра и остановился на девочке, которая знакомилась с содержанием книги.

–– Это десятилетняя Мелани. Смышлёная девочка, но глухо-немая. Говорит на языке жестов. Ее отправили к нам из-за «недостатка». Хотя я считаю, что это особенность ребенка, его изюминка. В голове не укладывается, разве можно так оставлять их? Бесчеловечное общество! И таких историй у нас много Уильям, как и детей. Некоторых забирают, некоторые растут здесь и по достижению совершеннолетия, отправляются в свободное плавание. Но есть один недочёт: такие дети, чаще всего, начинают вести разгульный образ жизни, почувствовав свободу. С этим уж ничего нам не поделать. Наша обязанность довести их до совершеннолетия. Мне бывает жаль многих из них. Но, с другой стороны, какого бы им было жить с людьми, которые хотели бросить их? Отвратительно. Здесь им будет лучше. Да, наверно это больно, тяжело. Но если возьмут себя в руки, все может у них получится.

Речь Грегора меня поразила, мне пришлось лишь кивнуть в ответ.

Возвращение домой было в какой-то мере даже обыденным. И тем не менее, в груди оставался лёгкий холодок. Письмо от Стефана, которое я обнаружил на пороге, принесло не столько облегчение, сколько просто небольшую встряску:

«Дорогой друг, в начале сентября я буду в Лондоне. Надеюсь, ты не забыл меня. Договорились?»

Я вздохнул, отложив письмо в сторону. Стефан был одним из тех, кто никогда не отставал от жизни, всегда куда-то спешил, всегда в поисках смысла.

Глава 4.

14 июня.

Наконец через 3 месяца к нам в гости пожалует наш сотоварищ по работе – Стефан Дюруа. Как вы и поняли, мой читатель, он француз по происхождению, с довольно редкой внешностью для наших англичан: светлая кожа и волосы, высокий рост, голубые глаза и слегка небрежный акцент, который только добавляет ему изюминку. Мы с ним – люди разных ритмов: он – порывистый, громкий, во всём ищущий цель; я же – предпочитаю слушать и делать выводы позже. Но об этом мы еще успеем поговорить…

Я вышел на улицу, и в тот же момент Лондон начал оживать – громче, чем обычно. Газетчики выкрикивали новости, торговцы ругались на углу, дети бежали с корзинками булочек. Подойдя к лавке, я снял замок. Дверь открылась с лёгким скрипом – почти приветствием – и в лицо мне пахнуло пылью, бумагой и утренним теплом. Тишина внутри была приятной, как выдох перед долгим днём. Я зажёг лампу, выровнял стопку книг и на минуту прислушался к тишине, как будто она могла мне сегодня что-либо поведать.

Первым покупателем оказался учёный с неизменным рассеянным выражением лица. Он так углубился в свои формулы, что чуть не опрокинул витрину.

– Мне нужно что-то о химических реакциях… или о политике. Полагаю, одно объясняет другое, – пробормотал он.

– Это смелое заявление, сэр. Казнить вас за него или подобрать книгу?

Он тихо хмыкнул, но книжечку о парламентских реформах всё же взял.

Часов в десять утра в лавку вошла эксцентричная женщина в лисьей шляпке и перчатками цвета фуксии. С раздражением она выкрикивала каждое слово.

– Я ищу книгу, которую вы продавали в прошлом году. Она была синяя. О любви. И с концом.

– Потрясающее описание, – сказал я. – Это сузило круг до пяти тысяч экземпляров.

Хомфорд тихо хрюкнул в сторону и исчез за перегородкой. Он сразу понял, что сейчас начнется буря.

–– Юная леди, при всём уважении, я не припомню такой книги. А уж тем более вас.

–– Вы не знакомы со своим товаром? – она фыркнула, глядя мне в глаза и безостановочно махала веером.

–– Хотите проверить меня? Перестаньте глупить. Помните автора книги или хотя бы название?

–– Что-то на букву «П». Не припомню.

–– Так, это не дело. Что по содержанию?

–– Я ведь уже сказала – о любви.

–– И это всё что вы знаете о ней? Вы читали её с закрытыми глазами?