СпортРоманы. Ты – мой главный соперник. Правила игры. Скамейка грешников. Комплект из 3 книг - Уайт Анастасия - Страница 4

– Ладно, Сашка, некогда нам болтать, мы и так опоздали из-за пробки на кольце, нужно распаковываться – и на тренировку.

Сашка поднял руки в жесте примирения.

– Конечно-конечно, Николаич. Был рад видеть. Как-нибудь в тренерской посидим?

– А как же!

Команда отошла метров на пять, и тогда Виктор Николаевич шепнул Лине на ухо:

– В этот раз мне его ни за что не перепить.

Та прыснула от смеха.

Внутри жилой комплекс выглядел еще лучше, чем снаружи. В каждом углу кулеры, вылизанная стойка регистрации, удобные кресла, столики со спортивными журналами, снек-бары, пышные цветы в минималистичных горшках.

Тренер переговорил с администратором, что-то подписал, потом передал собранные у команды заранее документы и их копии, получил электронные ключи от комнат и повел девушек на второй этаж.

– Так, в северное крыло ни ногой без презерватива. Поняли меня? – быстро заявил Николаевич, как только они миновали лестничный пролет. – Еще не хватало потом перед вашими родителями краснеть. Я прекрасно понимаю, что гормоны делают свое дело, но нужно и голову включать.

– А что там, в северном крыле? – озадаченно спросила Полина.

– Господи, Поля, ясно же, что Николаич о мальчиках говорит. Вот ведь серость! – закатила глаза Алена.

Полина обиженно поджала губы, но Лина приободрила ее, хлопнув по плечу. Поля так всегда. До нее медленно доходило сказанное, да и намеки она понимала плохо. Это не делало ее «серостью», как любила выражаться Алена, просто проявляло различие в воспитании. Поля росла с братом и отцом-военным. Мама умерла рано, поэтому и рассказать о женских штучках ей просто было некому, а поиски информации в книгах, журналах или интернете пресекались суровым папой.

– А «Слизерин» сюда припрется? – спросила Алена.

– Ты о «Факеле»? – Николаевич почесал затылок. – Не знаю, пока не видел их злыдню.

Тренера «Факела» не любил никто. Склочная баба с завышенным самомнением постоянно устраивала разбор полетов. То на нее и девочек не так посмотрели, то не такую комнату дали, то на обед подали вонючие котлеты, то море слишком холодное для ее больных суставов. Она жаловалась и ругалась постоянно. Поэтому, если становилось известно, что Людмила Эдуардовна Гысь не приедет в лагерь или на соревнования, тренеры других команд открывали шампанское. И был только один человек во всем спортивном мире Добропольского края, перед которым она лебезила, – Вадим Ли. Почему? Да потому что он был ядовитее ее! Правда, его яд разъедал кожу медленно и болезненно, по крупицам прожигая дыры в личности любого, кто вставал у него на пути.

– Итак, разбираем комнаты. У нас тут одна двушка, одна для пятерых человек и одна для четверых.

– Ксюнь, ты же со мной… – начала было Алена, но ее перебила Слава, с криком «чур мое!» выхватившая ключ от двушки. Она поволокла за собой в нужном направлении не отрывающуюся от телефона Аню.

Недовольная Алена взяла ключ от комнаты для четверых и, кивнув Ксюше, добавила уже скучающим голосом:

– Ась, Ева – вы же с нами?

Ася в ответ активно закивала, Ева лениво махнула рукой, а вот Марго, желающая во всем и везде подражать Алене, как-то сникла.

И вот Лина снова оказалась в окружении разношерстной компании: недотрог Поли и Вари, вечно недовольной чем-то Камиллы и заискивающей перед кем угодно Марго. Но Лина не чувствовала себя ущемленной или раздосадованной. Она любила каждую из этих девчонок по-своему. Камилла, например, никогда не лезла туда, куда ее не просили, предпочитая промолчать. Довольно ценное качество. Марго была очень старательной, Полина хорошо слушала и много всего знала, а почти всегда грустная, скорее всего, из-за опущенных уголков век Варя умела здорово наряжаться.

У Алены же теперь наверняка царила атмосфера сплетен и девичьих пошлых шуточек.

Комнаты представляли собой небольшие уютные помещения с односпальными кроватями, тумбочками около каждой и широким шкафом рядом с дверью. Здесь же имелся обеденный стол с белыми тарелками и тяжелыми чашками. Да что там! В номере даже плазма на стене висела, под которой крупными буквами был напечатан пароль от Wi-Fi. Не жизнь, а малина!

Лина кинула сумку в шкаф и расшторила окна. Комнату тут же обдало ярким солнечным светом, лучи которого выгнали из углов паучков, сумевших удачно увильнуть от уборщиц.

Камилла, как и ожидалось, заняла самую дальнюю кровать без соседа. Она всегда была такой. Волк-одиночка. Ей без надобности посиделки, танцы, подружки. У нее был телефон и хороший интернет. И только «Яндекс» с «Гуглом» знали, что она там ищет.

Лина выбрала кровать у окна, Полина села напротив. Варя и Марго запрыгнули на свои, стоящие прямо перед телевизором.

Началась самая скучная часть лагерной жизни: разбор сумок и подготовка к первой тренировке. Виктор Николаевич не собирался позволять подопечным расслабляться, поэтому назначил ее на вечер.

Вопреки ожиданиям, он вывел их не к прорезиненным площадкам, а на пляж, где гостей встретили новехонькие сетки и чистый песок.

– О, пляжка! – весело хихикнула Слава. Она тут же разбежалась и сделала сальто вперед. Девчонки одобрительно захлопали в ладоши, в очередной раз поражаясь ловкости доигровщицы.

– Да, песочек остыл, теперь можно и позаниматься. Да и падать тут куда приятнее, чем на площадке. Стягивайте кеды и наколенники, и вперед на разминку!

Они занимались уже больше часа, когда со стороны лагеря сломя голову примчалась отпросившаяся десятью минутами ранее в туалет Алена.

– Девочки! Вы не поверите, кто приехал в лагерь!

– Не-е-е-т, – с улыбкой протянула Ева.

– «Механик»! Их автобус только что остановился, и парни пошли к третьему корпусу! Они будут жить вместе с нами!

2

Потерянное достоинство

Делая вид, что набирает воду из кулера, Лина украдкой наблюдала за столпившимися перед тренером парнями. Она уже успела искупаться и переодеться, а команда «Механика» – выгрузить вещи и оформиться. Теперь они ждали дальнейших указаний.

Их поселили в том самом северном крыле, и Алена была в диком восторге. Она уже начала планировать, как подкараулит Диму Вышинского и пригласит на танцы. Ксюша пыталась намекнуть подруге, что Диме уже двадцать три, а ей только семнадцать, но кого это могло остановить?

Павел Алексеевич, тренер «Механика», тот самый лысеющий плотный мужичок, крепко пожал руку Виктору Николаевичу, когда тот проходил мимо. Лина сразу заметила, что ее тренер уважает Павла и здорово обрадовался его прибытию. То же самое можно было сказать и о втором. Связано ли это было с их возрастом и тем, что они старше других тренеров лет на десять, а то и все двадцать, Лина не знала, но перспектива посидеть с Павлом явно радовала Николаевича больше, чем распитие горячительных с Сашкой.

– О, Линка, а ты чего не в комнате? – удивился тренер, увидев ее.

Голос его прозвучал громче, чем хотелось бы, и несколько парней из «Механика», включая Вадима, обернулись. На фоне похотливых взглядов партнеров по команде, тут же приметивших пышногрудую волейболистку, каменное лицо связки особенно выделялось.

Только сейчас Лина смогла рассмотреть Вадима получше. Вне игры и в повседневной одежде он выглядел не так величественно, хотя стоило отметить, что одевался он явно лучше Лины. Зауженные брюки оливкового цвета, белая приталенная рубашка, визуально расширяющая плечи Вадима, белые кеды какой-то популярной марки, которые Лина ни за что не стала бы клянчить у родителей. Она бы подумала, что у Ли очень богатая семья, но уже знала: он начал зарабатывать на программировании раньше, чем поступил в университет.

К слову, о родителях. Вадим, как было нетрудно догадаться по фамилии, имел корейские корни. Отец его был метисом, а дед – выходцем из Южной Кореи, благодаря ему у Вадима сохранился экзотический разрез глаз, а также чистые щеки, с которых он тщательно сбривал редкий пушок, оголяя возле левого уголка губы едва заметную родинку. А вот носом он пошел в свою русскую маму – телеведущую на краевом канале.