Современный зарубежный детектив-16. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Валдес-Родригес Алиса - Страница 114

– Жги.

– Я случайно узнала полное имя Рэя, – так же шепотом произнесла я. – И мне просто интересно: твоя мама тоже любит… странные имена?

– Нет, моя нормальная, – широко улыбнулась та. – Я всего лишь Талула Присцилла.

Я сдержала смех и донесла его не только до коридора, но и до самого рабочего места. Присцилла! Господи, что за семья дает детям имена из Средневековья? У них вообще есть электричество? И как они позволили Луле научиться читать?

На меня никто не смотрел, и поэтому я спокойно включила новый телефон. Сим-карта на месте, чат с Эриком и Рэем восстановлен, но там пока стояла тишина.

«Наконец-то, – всплыло наверху экрана сообщение. – Думал, Лула забыла».

Я не успела ответить, когда следующим пришел столбик с номерами, в которых безошибочно угадывалась старая добрая логика нумерации инсайдов.

«Постарайся незаметно пропихнуть их Ливингстону».

«Есть, сэр», – ответила я.

«Как все уйдут, зайди ко мне в кабинет».

Ни разу еще не заглядывала туда… Внизу живота все сжалось от предвкушения. Кабинет Рэя был моей запретной зоной, и сама возможность пересечь последнюю личную границу казалась схожей с карибским конфликтом по напряжению.

Если секс в его кабинете не будет подобен ядерному взрыву, я отказывалась жить эту жизнь.

Но сейчас нужно было вернуться к работе и выполнить новое задание. Открыв каждый из инсайдов по очереди, я попробовала найти между ними связь и запомнить всю информацию. Рэй выбрал их из разных сфер, и единственное, что объединяло их все, – примерное время реализации.

Получалось, он выигрывал нам три недели. Достаточно, чтобы придумать план и как минимум начать его реализовывать. И точно достаточно, чтобы Чарльз был спокоен и занимался пропажей своего информатора, а не мной.

Полагаться на память стало страшно, так что я нагло, не стесняясь камер, переписала суть себе в блокнот. Господи, что со мной стало? Еще три месяца назад я тряслась, опасаясь, что Рэй заметит подозрительное движение или лишний взгляд. А теперь самое пугающее лежало далеко за пределами этого офиса. В Стратфорде.

– Охренеть! – довольно громко воскликнула я, для убедительности поднимая брови и округляя глаза. – Не может быть.

– Распродажа? – приподнялся из-за перегородки Хэмиш.

Конечно. Для него любопытство было так же естественно, как дыхание, и он не прошел бы мимо моих эмоций.

– Нет, тут во внутренней базе…

Я осеклась, демонстративно сворачивая все окна.

Знаете, как заинтересовать дурака? Завтра расскажу.

– Нет, забудь. Это слишком странно.

Купился, как ребенок на сладкую вату. Хэмиш из последних сил старался сохранять стать и самообладание, но я-то видела, как его лицо вытягивалось, превращаясь в крысиную мордочку.

– Слава богу, хоть ты вернулась, – выдохнул он.

Взял кресло Гаурава – сука, опять ком в горле и мертвое тело перед глазами, это когда-нибудь пройдет? – и подтянул ко мне.

– Без вас двоих здесь было так уныло, я еле досиживал до конца дня, – пожаловался Хэмиш. – Показывай, что нашла.

– И не собираюсь, – яростно прошептала я. – Мы сидим под камерами.

– Настолько интересное?!

Я тяжело вздохнула и открыла один из инсайдов, сразу переводя его на правый, наименее заметный из кабинета экран, и даже отодвигаясь, чтобы Хэмишу стало удобнее прочесть. Вот теперь его внимание было на сто процентов сосредоточено на том, что мне нужно.

– Откуда? – бросил он, пока с жадностью пожирал глазами короткую записку.

Через три недели боты планировали обрушить репутацию сыну одного миллионера из Кардиффа, чтобы снизить цену на акции его холдинга, который только-только вышел на IPO.

– Говорю же, копалась во внутренней базе.

– Охренеть, это же… Ты представляешь, сколько можно заработать, если сыграть на понижении?

– Да будь ты тише.

Я толкнула Хэмиша, заставляя его отлепиться от экрана.

– Ты только это нашла? – быстро спросил он.

– Нет, там… шесть таких. Просто я куда-то залезла, сама не особо поняла. Даже… – я обернулась на камеру, – даже случайно закрыла сам поиск. Теперь не повторю.

– А история?

– Очистилась.

– Ты помнишь, что там написано?

В глазах Хэмиша загорелся азарт. Готова была поспорить, где-то в районе затылка раздался звук открывающейся кассы, пока остальной мозг лихорадочно подсчитывал прибыль.

Я снова обратила его внимание на камеры.

– Нет, это слишком опасно, я ничего не буду говорить. Просто… забудь, что ты видел.

– И ты это так оставишь? – начал давить он. – Я знаю место без камер, пойдем за мной.

Если Хэмиш имел в виду парковку, на которой стояла моя машина, то история становилась цикличной. Я поднялась, надеясь, что Рэй присматривал за камерами и не оставил бы меня наедине с еще одним шпионом в этой компании.

Кстати, на кабинет их уже нашлось слишком много. Наверное, стоило внимательно приглядеться и к остальным коллегам – мы вычислили одного копа и одного шпиона конкурентов. А знаете, сколько в Лондоне было инвестиционных компаний? Если каждая из них заслала по человеку в отдел аналитики, мы получались самым ненормальным офисом в городе.

А вдруг это и было амбицией Рэя? Тогда мои аплодисменты.

Хэмиш вывел меня куда-то за бухгалтерию, в ту часть этажа, которая ни разу не была мне нужна. На одной из дверей заметила значок зажженной сигареты – конечно, туда мы и зашли. В Англии запретили саморазрушение, когда я была ребенком, и теперь все места для курения обязали огородить. Наше представляло собой чертов балкон.

Да-да, открытое всем ветрам место посреди февраля. Я мгновенно запахнула полы пиджака, надеясь, что не заболею. Оглянулась к потолку в поисках спасительной камеры, но ее там действительно не было. Проклиная Рэя за вранье, попыталась спрятаться от сквозняка за стеной, но теплее от этого не стало.

– Прости, но мне правда нужно знать, – быстро сказал Хэмиш.

– Да с чего такая срочность?

– Все слишком подозрительно. То, как уволился Гав… Он не собирался, но я всегда думал, что парень знает больше, чем говорит. Если есть что-то необычное здесь, нам обоим стоит быть в курсе заранее, иначе не успеем уйти.

– Ты эту кашу прямо из головы выплюнул? – вежливо уточнила я. – Слова вроде понятны, но в смысловые блоки не складываются.

– Окей, в «Рид солюшнс» не все так гладко. И если есть что-то, что выбивается из общей картины, нам обоим стоит знать. Вдруг это поможет вовремя сбежать.

– Я не собираюсь, мне для резюме нужен как минимум год, – вздохнула я. – Но если тебе так интересно…

Неторопливо, хоть и с каждой секундой превращалась в сосульку, я перечислила Хэмишу все те инсайды, которые ему стоило знать. Удивительно, как на таком холоде у меня еще работала память.

– Ничего себе! – присвистнул тот. – Ты раскопала очень крутую штуку.

– Да и хер с ней, – потерла ладони друг о друга я. – Мне холодно. Наслаждайся, а я пойду.

Он остановил меня. Мой взгляд, я надеялась, выражал достаточно раздражения, чтобы Хэмиш убедился, что никто в офисе, кроме него, не понимает величайшей ценности в моих инсайдах. Особенно я сама.

– Ты точно рассталась с Блэком? – вдруг спросил он.

– Пошел в жопу, – взорвалась я. – Да, провалялась три дня в постели, не ела, не могла подняться и еле доползала до туалета, потому что не рассталась с ним.

Его взгляд скользнул к моим особенно впалым после полиции щекам. В целом двое суток без еды не прошли бесследно, и даже торт не смог восстановить мой обычный вид так быстро.

– Если захочешь избавиться от «Рид солюшнс», скажи, – вдруг предложил Хэмиш. – Ты слишком умна для этого места.

Я была слишком умна для него самого. Боже, мужчины настолько быстро и легко велись на мои схемы, что, если бы не существовало Рэя и Эрика, которые всегда умели видеть меня насквозь, их стоило запатентовать.

– Сказала же, год. Не раньше октября.

Пока Хэмиш хлопал глазами, я выбежала с балкона и быстро добралась до туалета, чтобы вымыть замерзшие руки горячей водой. Кажется, все сработало, по крайней мере, он не сомневался в правдивости моих инсайдов и точно не думал, будто я выдала их нарочно.