Искатель 16 (СИ) - Шиленко Сергей - Страница 18

Лили подъехала ближе и накрыла мою руку своей ладонью.

— Это место… невероятное, — прошептала она. — Не верится, что оно наше.

Я сжал её пальцы в ответ, чувствуя тепло даже сквозь перчатку.

— Да, но пока что только на бумаге, нам ещё предстоит сделать его нашим по праву сильного.

В шесть утра мы встретились с Илином, Амализой и Кору у ближайшего гнездовья ящеров. Зачистка прошла как по нотам, сказывалась сыгранность. Я быстро оценил обстановку. Твари здесь не слишком опасные и идеально подходили для тренировки новичков, поэтому, дав команду продолжать, подмигнул жене, ударил пятками по бокам своего зверя и рванул на север, к границе.

— Кто последний, тот моет посуду! — крикнул я, хотя мы оба знали, что на кону стояло кое-что поинтереснее.

Лили заливисто рассмеялась и пустила своего ящера в галоп.

— Проигравший ублажает победителя! — донеслось мне в спину.

Гонка вышла рваной. Дикие земли не прощают беспечности. Нам то и дело приходилось останавливаться то из-за стаи волков, то из-за одинокого монстра, забредшего слишком далеко на юг. Работали чётко, как единый механизм: я бил издалека, снимая угрозу до того, как она нас заметит, Лили прикрывала, а наши ящеры рвали тех, кто всё же умудрялся подобраться близко.

Я тщательно наносил на карту уровни тварей, их тип, плотность логова, и чем дальше мы уходили от руин Кордери, тем опаснее становился лес. Тридцатые уровни начали попадаться чаще, что заметно замедлило наше продвижение, зато седельные сумки быстро тяжелели от мяса и шкур. В хозяйстве всё сгодится.

В конечном итоге где-то посреди бескрайнего моря высокой пожухлой травы Лили объявила ничью или, если говорить точнее, наше общее тотальное поражение, которое в извращённой кунидской логике почему-то приравнивалось к её двойному выигрышу.

Мы свернули в небольшую ложбину, надёжно укрытую от случайных взглядов плотным кольцом кустарника. Мой ящер тяжело дышал, раздувая бока, да и моё сердце тоже колотилось о рёбра. И дело было не только в бешеной скачке наперегонки с ветром. Адреналин, густой пьянящий коктейль, оставшийся после недавнего боя и безумной гонки, продолжал бурлить в крови, требуя выхода.

Она даже не дала мне отдышаться. Молча, с грацией дикой кошки, она толкнула меня спиной в высокую траву. Стебли хлестнули по коже, но я едва это заметил, всё моё внимание приковал её взгляд: глаза Лили потемнели, зрачки расширились, поглотив почти всю радужку. Сейчас она смотрела на меня не как на мужа или на лорда, и уж точно не как на командира, а как на добычу, желанный трофей, который нужно взять здесь и сейчас.

Она опустилась на колени, и ловкие пальцы лучницы мгновенно расправились со шнуровкой моих штанов.

— Ты проиграл, милорд, — промурлыкала она. Её голос вибрировал, став на октаву ниже обычного, а горячее дыхание обожгло живот, заставив мышцы пресса невольно сократиться.

Когда она взяла меня в рот, мир на секунду мигнул. Я выгнулся дугой, до хруста сцепив зубы, чтобы звериный рык не вырвался наружу, распугивая лесную дичь. Лили знала своё дело дьявольски хорошо. Её длинные ушки-локаторы подрагивали, сканируя пространство на предмет любой угрозы, пока сама она полностью отдавалась процессу. Серебристый водопад волос щекотал мне бёдра и живот, создавая невыносимый контраст с влажным жаром её рта. Она действовала с какой-то первобытной жадностью, словно хотела не просто доставить удовольствие, а выпить меня до дна, забрать мою силу, сделать её частью себя.

Запустив пальцы в её густую гриву, сжал их, задавая ритм. В этот момент не существовало ни системы, ни уровней, ни угроз войны, вселенная сузилась до одной пульсирующей точки, животного концентрированного удовольствия.

— Чёрт, Лили… — выдохнул я хрипло, чувствуя, как сладостная судорога подступает к самому краю.

Но она не собиралась давать мне лёгкую разрядку. Резко отстранившись, кунида вскочила на ноги, в её глазах заплясали бесенята. Одним движением она скинула с себя всё лишнее, кожаные поножи, лёгкие штаны, бельё полетели в траву, образовав небрежную кучу.

Лили была великолепна в своей наготе, поджарая, мускулистая, идеальное создание этого жестокого мира. Она плавно опустилась на мягкую траву, расстелив на ней своё тело как дикое, необузданное подношение. Наш ящер, занятый пережёвыванием жёсткого пучка травы, лишь фыркнул, но даже не покосился на возню хозяев.

— Иди сюда, — скомандовала она властно, откидываясь на локти прямо на земле.

Её поза являлась откровенным вызовом: широко разведённые бёдра открывали вид на влажно блестящие розовые лепестки, которые словно пульсировали в такт моему сердцебиению.

— Возьми свой приз, Искатель, если сможешь.

Я опустился на колени перед ней. Воздух был наполнен пряным ароматом степных трав и мускусным запахом возбуждения моей жены.

Едва расположился между её разведенных ног, как Лили обхватила меня бёдрами, притянув к себе с силой, которой никак не ожидал от такой хрупкой на вид девушки. А когда вошёл в узкий и обжигающе-горячий вход, Лили запрокинула голову, и из её горла вырвался громкий, протяжный, лишённый всякого стыда стон. Ей было плевать на небо, на ветер, на богов, которые могли подглядывать сверху, сейчас здесь только я и она.

Мы двигались в ритме, который диктовала сама природа, грубо, быстро, безжалостно. Мятая трава под нашими телами и шелест ветра, казалось, вторили нашим стонам. Неподалёку недовольно фыркнул ящер, но его ворчание лишь добавляло остроты нашему дикому уединению. Для меня на данный момент существовала лишь одна Лили, её лицо, искажённое маской абсолютного наслаждения, плотно сжатые веки, прикушенная до крови губа, капельки пота на лбу. Её ногти впивались мне в плечи, оставляя горящие полосы, но боль лишь подстёгивала.

— Да! Да, Артём! Ещё! Глубже! — кричала она, срывая голос, и я ускорил темп, вбиваясь в неё до упора, пытаясь достать до самой души.

Это походило на бой, битву двух стихий, где нет победителей. Разрядка накрыла нас одновременно, как удар магической молнии, вышибая воздух из лёгких. Я излился в неё толчками, чувствуя, как дрожат колени и предательски слабеют мышцы, будто после марафона. Лили вскрикнула, содрогаясь всем телом в моих руках, и её экстатический крик эхом разнёсся над пустынными холмами моей новой земли.

В этом звуке отразилось всё: и страсть, и жизнь, и наша власть над диким опасным миром.

Глава 9

— Привал окончен, — скомандовал я сам себе, разминая затёкшую шею. Хрустнуло знатно, звук, знакомый любому, кто слишком долго сидел за компьютером или в седле.

Мы снова забрались на спины наших ящеров. Твари недовольно зашипели, переминаясь с лапы на лапу, но подчинились. Умные бестии, хоть и с характером!

Я развернул карту, которую мне всучил Хорвальд Валаринс, изображённую на плотном дорогом пергаменте. Её точность оставляла желать лучшего, хоть старый маг и клялся, что границы провинции Кордери отмечены верно, или, по крайней мере, так их видела Корона.

— Границы… — я хмыкнул.

На Земле граница — это колючая проволока, КПП, пограничники с собаками и штамп в паспорте, здесь же просто условная линия на песке, которую каждый трактовал, как хотел. Моя задача на сегодня — понять, где заканчиваются мои владения, чтобы случайно не начать строить сарай на чужой земле, хотя, учитывая, какой бардак сейчас творится в королевстве, вряд ли кто-то предъявит мне претензии.

Нам потребовалось всего пара часов быстрой езды, чтобы увидеть «границу» воочию.

— Вон они, — я указал хлыстом вперёд.

На горизонте ломаной чёрной линией торчали обугленные столбы. Когда-то они стояли через каждые пятьсот метров, на идеальном расстоянии для визуального контакта, и на каждом имелся сигнальный флаг Харальдара. Система простая и эффективная, как автомат Калашникова: подняли флаг, значит, тревога, соседи видят, передают дальше. Цепочка оповещения могла бы донести весть о вторжении до столицы за пару часов.