В Питере - жить? Развод в 50 (СИ) - Серпента Евгения - Страница 16

- Вот даже и не знаю, что сказать. Жаль или нет.

- Мне точно не жаль, - ёжусь как от порыва ветра. – Наоборот. Было бы неприятно узнать, что мой отец – совсем другой человек. Несмотря ни на что.

- На что? – сдвигает брови Данила. - Несмотря?

- А! – машу рукой. – Он ушел к молодой девке. Маминой помощнице.

- Домработнице?

- Нет. У мамы своя художественная галерея. А девка эта… Ну значится как референт, на самом деле помогайка на подхвате. То есть значилась, конечно. Твои ведь тоже в разводе?

- Давно уже. Я еще в школе учился, когда они разошлись. Норм общаются. Мама его администратор. Хотя сама себя называет продюсером. Для понта.

- А эта его подруга? Алиса какая-то? Я погуглила немного между делом.

- Лиса-то? – морщится Данила. – Они месяца три как расплевались. Интернетик отстает. Не, она неплохая тетка, но очень уж замуж хотела, а батя не горел.

По ассоциации вспоминаю ту девицу в синем.

- Дань, а у тебя проблем не будет? Ну что ты со мной ушел? Шепнут твоей девушке.

- Какой моей девушке? – удивляется он.

- Ну той, которая с тобой была. На концерте.

- А, Ида. Она не моя. Просто знакомая. Попросила, чтобы в клуб провел. Девушки у меня сейчас нет. А у тебя?

- Ну… девушки у меня тоже нет.

- А не девушки? – смотрит с раздолбайской ухмылкой, наклонив голову.

- И не девушки тоже. Развожусь с мужем.

- О как! А чего? Не сошлись характером?

Я что, правда обсуждаю это с парнем, которого знаю каких-то два часа? Да я и подругам-то не рассказывала ничего. Ну разводимся и разводимся, не все ли равно из-за чего.

- Я его застукала с бабой. То есть в бабе. С его точки зрения, это ачетакова, подумаешь, трахнул секретаршу. А я для этого слишком олдскул.

- Понимаю. Я тоже не смешиваю. Либо одна, либо другая, но не одновременно. И что, не болит?

Смотрю на него с подозрением. Это что, стеб? Да нет, не похоже. Вроде, на полном серьезе.

- Болит, конечно. Но знаешь, когда видишь это своими глазами, получается… как будто отрубили и каленым железом прижгли. Болит, но крови нет.

- Понимаю. Одна моя девушка тоже выбрала другого. Давно, еще на первом курсе. Я долго переживал. Думаю, если бы застал их вместе, быстрее прошло бы. А твоя мать, значит, от моего бати к твоему отцу ушла?

Звучит как-то… так себе. Особенно в обозначенном контексте.

- Не знаю, Дань. Они где-то на юге познакомились. Но какая там последовательность была… понятия не имею.

- Ладно. – Он кладет руку мне на плечо, но тут же убирает. – В конце концов, это не наше дело, правда?

- Правда, - соглашаюсь я. – Это целиком и полностью их трудности.

Глава 21

Александра

- Ну, за что выпьем? – Андрей поднял бокал, предупредительно наполненный официантом.

- С днем рождения, Андрюша.

Я взяла свой и подумала, что за вечер это уже третий, но будто воду пила.

- Как ты жила все это время, Саша? – Он коснулся моего бокала своим, над столом повис тонкий звон.

Словно встретились двое одноклассников или однокурсников, которые не виделись лет тридцать. И все содержимое этих лет уместится в несколько фраз. А дальше о чем говорить?

Не так давно в Москву приезжала моя одноклассница Оксана. Нашла меня, приехала ко мне в галерею. Мы устроились в ближайшем кафе – и подвисли после этих нескольких фраз. Но одноклассникам проще – можно вспомнить школьные годы, поговорить о том, кто из общих знакомых где и чего.

А как быть нам? Ворошить «а помнишь?» Зачем?

Господи, зачем я вообще пошла на этот концерт? Какие гештальты собиралась закрыть?

- Ну как жила? Вышла замуж, уехала в Москву. Дочь родила. Открыла свою художественную галерею, там и работаю.

Вот собственно и все. О том, что с мужем развожусь, говорить необязательно.

- Ну… тебя можно не спрашивать. Ты весь в прямом эфире.

- Не такая уж я звезда первой величины, Саша. – Он поставил бокал и накрыл мою ладонь рукою. – Я очень рад тебя видеть. Спасибо, что ты пришла. Спасибо, что согласилась остаться.

Его голос… его взгляд – светлый, теплый… Я снова тонула в нем, как много лет назад. Как будто трескался лед на реке, и слезы кипели совсем близко.

- Я… ты знаешь, я очень жалела, что тогда не поговорила с тобой. Не объяснила. Но я боялась…

- Боялась, что передумаешь? Что уговорю вернуться?

- Да. – Мне удалось наконец справиться с дрожащим, как овечий хвост, голосом. – Потому что очень хотелось передумать. И вернуться.

Я знала: ни за что не скажу, что была беременна. Мне удалось справиться с той болью, ему она не нужна. Все равно ничего не изменишь, не исправишь. Невозможно изменить прошлое, только будущее зависит от нас.

- Мы можем поговорить сейчас, Саша. Нам нужно поговорить. Чтобы не осталось ничего недосказанного. Почему ты ушла тогда? Ты сказала, что не хочешь меня ни с кем делить. Но у меня правда тогда ничего не было с Вероникой. Тогда, в Череповце… это глупость была. Я напился, разозлился на тебя…

- Андрюш… - Я вытянула руку из-под его пальцев и накрыла их сверху. – Это был только повод. На самом деле я и до этого думала, что нам надо расстаться. Просто не могла решиться.

- Но почему? Потому что мы три года были вместе и я не позвал тебя замуж?

Он говорил спокойно, даже с легкой улыбкой, но я чувствовала ту – давнюю – боль. Боль, которая столько лет была с ним.

- А ты бы и не позвал, - вздохнула я. – Если бы только я не залетела. Понимаешь, я была… не из вашей стаи. Как будто из другого мира. Мне трудно было во всем этом вариться – концерты, гастроли, фестивали, тусовки до утра. Твоя известность, поклонницы. Музыка – вот что для тебя было самым главным, а вовсе не я.

- Музыка и ты, Саша, - возразил Андрей. – С тобой я мог все. Извини за пафос, но ты была моей музой. Мне хотелось быть самым лучшим – для тебя. Только для тебя. Да, мне хотелось славы, известности, но без тебя все потеряло смысл.

- Может быть… - Я не стала спорить, не стала говорить, что даже с якобы потерянным смыслом он держится на гребне до сих пор. – Но тогда я воспринимала все иначе. Наверно, слишком эгоистично.

- Но ты ведь с самого начала знала, кто я.

- Андрюш, я тебя ни в чем не упрекаю. Да, конечно, знала. И сначала мне все нравилось. Ну… почти все. Потом уже не очень, но я надеялась, что все-таки привыкну. А когда вы начали набирать популярность и ты стал в этом буквально купаться… Тогда поняла, что не смогу. Что надо расстаться, пока не стало слишком поздно.

- Уже было поздно. – Андрей покачал головой, сделал глоток вина. – Я никак не мог смириться. Понимал, что не смогу тебя вернуть, но все равно надеялся на что-то. Пока не узнал, что ты вышла замуж.

- И тогда женился на Веронике?

Я хотела, чтобы это прозвучало нейтрально, но, наверно, все-таки не смогла удержаться от доли яда – потому что Андрей посмотрел на меня с горькой усмешкой.

- Да я бы и не женился, - сказал он, опустив глаза.

- А, понятно… Нарисовался Данила?

- Нарисовался. Вероника… я просто грелся рядом с ней. К тому же мы работали вместе. Ну а ты?

- Что я?

- Ты вышла замуж по любви? – Он вернул мне мою стрелку. – Или тоже… хотелось погреться? Рядом с тем, для кого будешь на первом месте?

- Ты знаешь… - Я отпила вина. – Сначала – да, хотелось. Хотелось покоя. Нормальной семейной жизни. Как у моих родителей. Я это получила.

- Сначала? А потом?

- Бывает, что любовь приходит позже. Спокойная, ровная.

- Спокойная? И тебя это устраивало? Правда?

Андрей смотрел на меня пристально, испытующе.

Устраивало ли меня? Любовь без бурной страсти, без взлетов и падений? Хотя и страсть была сначала… правда, не такая, как с ним. Тоже… поспокойнее. Я была уверена, что устраивало. Или – уверила себя в этом?

- «На свете счастья нет, но есть покой и воля»*.

- То есть счастлива ты не была?